Долг человечества. Том 7 - Артем Сластин

— Выглядит монструозно. — Притормозила Варя, вглядываясь вдаль.

— И правда. — Смиренно согласился я.

Было на что посмотреть — у подножия восточных утесов, среди низкорослого сухого и колючего кустарника, возвышались пики базальтовых круч. Черные, острые скалы взмывали вверх, рассекая стальное небо, а где-то вдали ярко блеснула молния. Заморосило.

Снова подумал об этом. Реально ли все вокруг? Симуляция ли это? Больно уж резкий переход. Пройти в течение суток три кардинально разных биома, от тропиков до пустыни. Еще час назад мы шли по мягкому ковру из хвои, теперь под подошвами хрустел мелкий отсев и острый, как битое стекло, сланец. Воздух тоже поменялся, сделался сухим, колючим. Полную грудь вдохнуть банально неприятно, но даже не из-за сухости. Ветер принес вонь. Как тухлые яйца и аммиак. Знакомые ароматы, когда-то я охотился за этим запахом и жаждал его, создавая нитроглицерин.

— Слушай, — негромко обратилась ко мне Варя, кутаясь от песчаного ветра в свой плащ, — у тебя случайно портала домой нет? А то я передумала.

— Куда ты денешься с подводной лодки. — Усмехнулся я, окидывая взглядом величественный хребет.

Варя фыркнула, но я по глазам видел — в них пылало упрямство и та самая злость на собственную слабость и неспособность контролировать свою судьбу, которую она так тщательно старалась скрыть под маской сарказма.

— Это правильный ответ. — Надвинула она капюшон на голову, покуда непослушные волосы окончательно не растрепались. — Фиг я отсюда куда денусь, пока не прижарю парочку тварей. Воняет только.

— Вспомни, как под горой несло. — Озвучил я свои недавние воспоминания.

— Именно. Тогда привыкли, и сейчас переживем. — Деловито заметила она.

— Еще нужна передышка? — Уточнил я, опускаясь на одно колено.

Варя дернулась, как ошпаренная, глаза округлились.

— Эй, ты чего это удумал? Не мог вчера, в лагере⁈ — Сделала она пару шагов назад.

— Да стой же ты смирно, — скомандовал я, — этап подготовки.

Понимая, что мы идем на «дело» против летающей твари, я наложил на нас несколько охранных рун, и основа нашей подготовки была в сапогах, усиленных импульсом. Вчерашний мы, проговаривая тактики и тренируясь, потратили, сейчас я решил его обновить. Но теперь я еще и забил до отказа все свои слоты упрочнения — покрыв защитной зеленой гексагональной магией все, что только можно было покрыть. Пока делал это, из памяти никак не уходила умирающая Лена, которая пала первой от молниеносного наскока. Я хотел избежать этого.

Повторив процедуру упрочнения всего и вся теперь уже на себе, я поднялся и поправил щит на левой руке. Его тоже. Копье, висевшее у меня за спиной, несколько раз довольно моргнуло поглощенной частью магии, и признаться, этот артефактный предмет грел мне спину. Не буквально, конечно же. Просто я знал, что кристалл внутри змеевики сагрегировал столько энергии, что мне и представить страшно. Так что таскаю я там, по сути, ядерную бомбу. Это не могло не радовать.

— Спасибо, — тихо буркнула Варя, поняв, что я сделал, — а есть что-нибудь, чтобы подошвы не скользили?

— Да, будет кое-что. — От идеи до реализации один миг.

Фантомной магией я воплотил две пары «кошек», такие штуки, надеваемые поверх сапога и крепящиеся ремнями, с зазубринами, на манер кошачьих когтей, металлическими коготками. Такое снаряжение используется, как правило, альпинистами, взбирающимися на обледенелые горы, ну а базальт чем хуже? Тоже скользкий, скотина, только может не такой податливый, как лед. Хотя я не был уверен, применяются ли где-то еще такие приспособления, не моя сфера интересов.

Разговора у нас не вышло. Обувшись, мы синхронно задрали головы — ведь сверху, из серой туманной пелены, послышался резкий щелчок, переросший в гортанное клекотание и визг. Нетопыри. Ну привет, скоты!

Первее нас среагировала Ренгу. Ее черный силуэт сделал крутое пике над нашими головами и уселся на торчащий из скалы сухой корень в нескольких метрах от нас.

— Разведала! Много, во-о-о-няют, — забулькала она, — не спят, ждут. Будет кровь.

— Ну, как говорил великий — поехали! — На выдохе сказал я и схватился за первый крутой утес, втыкая в хрустящую породу острия кошек на ногах. Подтянулся силой, и пару раз переставив ноги, оказался на уступе. В таком темпе подниматься метров сто, не меньше.

Каково было наше удивление, ведь об этом ни одна живая душа не обмолвилась, но это не совсем горы. Это каньон. Снизу казалось все сплошной монолитной стеной, но проведя несколько итераций подъемов с передышками, мы натолкнулись на пролом, за которым раскинулся массивный, удушливый и скрытый полумраком провал в земле.

Дневной свет и без того неохотно просачивающийся сквозь черные тучи, сюда и вовсе почти не попадал, слишком угол был неправильный. Так что вид сверху вниз открывался в большой степени мрачный. Сырые сумерки, вот как бы я его охарактеризовал. Базальтовые стены на верхотуре казались пористыми, испещренными бесчисленными темными полостями, и мне припомнилась одна птичка, из прошлой жизни, умеющая выдалбливать себе крошечные норки в скалах.

Сам каньон выступал как очень большая аэротруба. Ветер наверху дул беспощадно, на миг зазеваешься и отпустишь камень — тем же камнем полетишь вниз, выдует просто. Переглянувшись со спутниками, мы молчаливо приняли решение спускаться. Где-то в воздухе витало ощущение, что мы пришли не туда. Не очень-то походило на место из описаний.

Мой пассивный навык ощущения опасности чувствовался на периферии сознания. Зудел, откровенно говоря. Что, кстати, странно — ну кто мне здесь враг? Эти летающие, черные твари с размахом крыла в три метра, заметные, громкие, алчущие — что они мне сделают? Любого я превращу в мутную юшку задолго до того, как оно помыслит на нас напасть.

Наше появление не осталось незамеченным. На полпути, когда склон каньона стал чуть более пологим, чтобы можно было просто спускаться под углом, не используя при этом руки, показались первые морды. Нетопыри выползали из дыр, прогрызанных в камнях. Цепляясь суставчатыми когтями за базальт, их становилось все больше. Пока не летают, честно говоря, больше похожи на пауков, нежели на летучих мышей-переростков, с коими я их мысленно сравнивал. Шеи эти еще с буграми… мерзость.

Варя сделала глубокий вдох. Я кожей ощутил, как воздух вокруг нее нагрелся, задрожал от избытка магии, выплескиваемой волшебницей. Искры пока не было, посему, если на нее посмотреть, выглядела она как далекий мираж в пустыне, плывущий рябью на бесконечно жарком песке. Огонь будет позже.

— Твари… — Процедила она сквозь зубы.

Огонь пришел. Чародейка,