Злоборцы - Алексей Лишний

– Ой, сейчас будет… – поднял смутную от удара голову Кир, предчувствуя страшное.

Но Казион пришёл в себя и решил принять участие в сражении.

– На холмах Грузии лежит ночная мгла, шумит Арагва предо мною… – зашептал он заученные в начале учебного года слова. Подвал наполнился белёсым туманом такой степени плотности, что не было видно собственных ресниц. Казион надеялся: чародей первого разряда не сразу вспомнит рассеивающее заклинание. Всё-таки с его-то первого курса прошло столько лет…

– Сюда идём! – Кто-то схватил Казиона за мантию и потащил. Опять за мантию! Что за люди-то такие, а?! – Лежачего хватай!

Маг взял за ладошку Кира и потянул следом. Где-то по дороге бы ещё найти Мамса. А тот тем временем, воспользовавшись туманным замешательством, решил нанести ответный удар обидчице. Конечно, отец учил: нельзя бить женщин. Но один раз сестре (она думала: и толчки, и обиды сойдут с рук) крепко досталось от разозлённого Мамса. Сейчас и краля в капюшоне получит порцию качественных люлей. Он всем весом прыгнул в направлении незнакомки. Где-то ойкнуло, хрустнуло, рявкнуло и порвалось одновременно. Понадеявшись, что никого не убил, он для верности ухватился за кусок ткани и потянул. Где-то упало, разбилось, тявкнуло и выругалось. Мамс побежал на звуки удаляющихся шагов друзей, волоча за собой ткань и оставшееся её содержимое.

– Мне грустно и легко, печаль моя светла… – Вспомнилось наконец чародею первого разряда, после чего туман стал с невероятной скоростью рассеиваться, словно его вдохнул через рот великан-токсикоман.

Сквозь просветы во мгле Мамс заметил лестницу и пятки Кира, пропадавшие за массивной железной дверью. Бывший мельник из последних сил бросился следом, швырнул вперёд тяжкую ношу и прыгнул сам. Низкорослый, едва Мамс оказался по эту сторону двери, скинул бревно-щеколду и для верности крепежа пододвинул из угла комнаты сундук.

– Всё, пусть собаки теперь чужаков пожирают. А там что валяется? – обратился шустрый мелкий тип к Мамсу.

Без воодушевления и с опаской мельник слегка пнул ногой лежачее нечто, свёрнутое в плащ. Нечто пошевелилось и, шатаясь, поднялось на ноги.

– Вы са фсё, са фсё ответите перед моим отсом, – шипело и свистело оно, приводя в порядок одеяние.

У Мамса отлегло от сердца: жива. Дальнейшие последствия про ответ перед отцом сейчас волновали мало. Они и так находились в чужом доме, за дверью – собаки, охранники и непобедимые маг с наёмником, впереди – таинственный карнавал, на который должна прийти сама смерть.

Низкорослый снова куда-то торопил. Он приоткрыл дверь в тёмный коридор и правой рукой показывал злоборцам двигаться дальше. «С таким не пропадёшь», – подумал Кир.

Они прошли по двум лестничным пролётам в верхнюю часть замка, откуда стали слышны звуки музыки и праздничных хоров. Играла волынка, гитара и флейта, певец меланхолично исполнял балладу на незнакомом языке с массой шипящих и скворчащих звуков.

– Спрячемся пока здесь. – Низкий указал на комнатку, дверь которой оказалась не заперта. – Попробуем переодеться для карнавала.

– Мы ничего не взяли, – признался Кир.

– Недотёпы! – Малой постучал кулачком об ершистую свою голову. – Чего ж попёрлись на дело?

– А на какое дело? – возмутился Мамс. – И ты кто такой, кстати?

Они пробрались в комнату и закрыли дверь на засов. Низкорослый нашёл канделябр и осветил помещение при помощи самодельного огнива. Женщина без особого воодушевления, впрочем, как и сопротивления, послушно шла за мужчинами.

– Моё имя Хуммель. Я, как видите, взлохоббит, – приоткрыл завесу тайны незнакомец.

– Кто?

– Хуммель, через «у».

– Нет, ты сказал про злохоббитов.

– Простите, правильно «взлохоббит», – не обиделся Хуммель. – Такая разновидность полуросликов. В принципе, отличий в комплектации немного. Дело в характере: мы, взлохоббиты, любим приключения – жить без них не можем. Не для того ж нам даны волосатые, бесшумно ступающие ноги, чтоб дома штаны просиживать. Не для того ж мы табак курить любим, чтоб нервы после прополки репы успокаивать. Не для того ж…

– Да поняли мы! – прервал Кир. – Нам зачем помогаешь? Не ради приключений же.

– Э не… – Взлохоббит, видимо, вспомнив о заветном табаке, достал трубку и раскурил. – Я здесь по заказу гильдии воров: надо выкрасть графский фамильный бриллиант. Ходили слухи, что граф вставит его сегодня в маску.

– Ты воровать, значит, пришёл? – поразился Кир. – Вяжи его, ребята, он не взло… он злохоббит какой-то.

– Погоди-погоди вязать, – отнекивался Хуммель. – Сами, небось, тоже не поздравлять явились. У меня ещё один заказ – от гильдии свах. Графинька есть одна, дева старая. Выдать за графа её желают. Информацию б о нём собрать, о любимых животных и занятиях. Чтоб графинька к нему как вторая половинька, в смысле половинка, прибыла, тот бы втюхался – и вот выгодный брак.

– Это дело безвредное, – решил Кир. – А с первым – завязывай. Чуть что рыло взлохоббичье на графские украшения направишь – мы тут как тут.

– Как скажете – вас больше, – угрюмо согласился Хуммель. – А сами какими судьбами?

– На карнавал каждый год смерть является. – Кир указал на даму в плаще. – Вон она, кстати. Нас проследить просили, чтоб костлявая – а в данном случае тучная – не забрала никого.

– Роса я, а никакая не смерть, – заявила женщина.

Казион в первый раз после подвала обратил на неё внимание. Сегодня редкий случай – с ними рядом человек противоположного пола. Но надо же, какая подлая судьба: магу она не нравилась. Во-первых, ей было под сорок. Первого пункта уже достаточно. Однако, во-вторых, черты лица её оказались чересчур мужественными. В-третьих, фонарь под глазом и ссадины на лице не делали женскую красоту привлекательной.

– А чего ты здесь делала, Роса, с магом и воином, а? – спросил Кир. Женщина открыла рот, чтобы ответить, но вместо неё ответили из-за двери.

– Вернитесь на карнавал! – кричал властный голос. – Курить в помещении замка без графа запрещено!

Хуммель накрыл трубку ладошкой. Почти сразу же натянул на лицо маску.

– Держите, у меня ещё три в запасе. Не порвите! – он протянул злоборцам маски из заначки. – А ты, Роса, поглубже в капюшон спрячься.

Спустя мгновение дверь отворилась. Седой дворецкий сквозь полумрак коридора пытался разглядеть куривших втайне от хозяина гостей. Те прошмыгнули мимо и пошли на яркий свет главной залы, где и проходило празднество.

***

Злоборцы по юности не успели ещё побывать на настоящем карнавале. Однако этот, даже по их скромным представлениям, не укладывался в голове именно как «карнавал». Да, почти все гости были в масках. А ещё они носили на руках цепи, на кожаных куртках – шипы, на головах – рогатые шлемы.