Иллюзия - Наталья Медведская

Агата отставила чашку. До этого она усердно делала вид, будто не понимает, что говорят о ней. Поднявшись на ноги, девушка, гневно сверкнув глазами, пробурчала:

– Да я надеялась, что он уже разведён. Хотела утешить его, убитого горем, но раз не вышло, жалеть не буду. Я всё испробовала и могу двигаться дальше. И нечего, тётя, посмеиваться над моими чувствами. Это жестоко. – Задрав подбородок, Агата невозмутимо прошествовала мимо Дины Павловна и Марка.

Та пожала плечами.

– Вот дура девка. Уйму лет потратить на безответную любовь, хуже того на человека, который даже не подозревал о твоём существовании. По-моему у неё не всё в порядке с головой или ей просто нравится изображать их себя экзальтированную девицу из прошлого века. Почему это так похоже на плохую актёрскую игру.

Марк вздохнул.

– Всё что здесь происходило похоже на эту самую игру. Мне тоже кажется, никакая это не любовь, а чувства, выдуманные Агатой. Она ведь даже не предпринимала никакой попытки познакомиться.

Из дому вышла Сания с детьми. Илья и Мия тащили коробку с радиоуправляемыми машинками, а Олюшка, прижимала к животу синий воздушный шарик. Дети, поприветствовав бабушку и дедушку, отправились на игровую площадку, Сания подошла к свекрови.

– Куда вы Агату задевали?

Дина Павловна усмехнулась.

– Раз вы не разводитесь, то она больше не нужна. Знала бы, что вы помирились, не привела бы её сюда. Только зря обидела бедную девочку. – Свекровь похлопала невестку по плечу. – Давно бы так. Сошлись, так живите мирно. А то вы мне своим разводом жизнь  на десять лет укоротили.

Захар Васильевич, оторвавшись от созерцания облаков на небе, вышел из задумчивости.

– Диночка, раз теперь всё наладилось, может, пойдём домой? А то Агаточка отправилась одна, а ключа-то у неё нет.

Дина Павловна спохватилась.

– Точно. Будет бродить возле дома, словно неприкаянное привидение. – Глянув на сына, тоном ментора изрекла: – Помни, что я сказала насчёт Оли. Взяли ребёнка, так не таскайте туда-сюда. Нечего малышке психику рушить. Она живой человек, а не игрушка какая-то. – Переведя взгляд на Санию, добавила: – Дурная у тебя сестра. Ох, и жалеть будет и плакать, и раскаиваться. Хорошо, что хотя бы ты есть у девочки.

Сания выдавила из себя улыбку. При всех язвительности свекрови, иногда даже грубости на самом деле она неплохая женщина. За то, что она так отнеслась к Олюшке, Сания простила её слабость: интересы сына Дина Павловна ставила превыше всего на свете и это никогда не менялось.

С игровой площадки до них донёсся громкий плач Оли. Марк первым сорвался с места и понёсся к девочке.

Дина Павловна покачала головой.

– Готовьтесь, всё только начинается.

Обычно пророчица из Дины Павловны никакая, но на этот раз она оказалась права. Марк посмотрел на покрасневшую руку Оли, на Илью и Мию, отводящих глаза в сторону, сразу стало понятно, дети что-то натворили. Он прикоснулся к сине-красному пятну на маленькой руке Олюшки.

– Кто это сделал?

Малышка, всхлипывая, бесхитростно посмотрела на Мию.

– Она сказала: я путаюсь под ногами и мешаю играть.

– Мия, что с рукой Оли? Твоя работа.

Илья угрюмо уставился на отца.

– Она везде лезет и всё портит. Вы её взяли, так и смотрите сами, зачем нам навязывать. Мне и одной сестры достаточно.

Мия поддержала брата. Она хоть и досадовала на себя за свой поступок и чувствовала виноватой, но сдаваться не собиралась.

– Она испортила моим куклам причёски и сломала машинку Ильи. Мы ей говорили не трогать, но она не слушается. Маленькая, а такая вредная, да и ещё ябеда.

После её слов Оля заплакала громче. Марк совсем растерялся, не зная, что предпринять.

– И вы решили наказать её таким способом. – Сания опустилась на корточки, перед плачущей племянницей. – Ещё вчера, когда я её купала, заметила пятна на спине и плече. Хотела разобраться, откуда они взялись, но Оля ничего мне не сказала. Говоришь, ябеда? Но она такая маленькая, а до сего дня вас не выдавала. Но сейчас, видимо, вы ей сделали слишком больно, вот она и не выдержала. Кто из вас так сильно ущипнул Олю? Подойдите оба и посмотрите на синяк. Почему не двигаетесь? Полюбуйтесь на дело своих рук.

Илья и Мия, опустив головы, молчали. Им было и неловко и стыдно.

– Олюшка, иди с дядей Марком, он тебя на машине покатает. – Сания поднялась на ноги. – Отвезёшь родителей домой и заодно её отвлечёшь, а я пока побеседую с этими инквизиторами.

Марк взял Олю на руки.

– Хочешь покататься?

Оля закивала головой, тут же позабыв про обиду и боль.

– Вы теперь любите её больше нас? – нахмурился Илья, кусая губы. Ему было неприятно, что отец даже не предложил поехать с ним, а эту Олю понёс на руках.

– Быстро за мной в беседку, – скомандовала Сания, не отвечая на вопрос сына. – Нам нужно серьёзно поговорить.

Дети нехотя поплелись за ней, ожидая неприятного разноса.

– Садитесь. Закройте глаза.

Дети наоборот вытаращились на неё.

– Зачем?

– Не бойтесь. Просто закройте глаза и представляйте то, что я буду вам говорить. Представьте, что вы просыпаетесь утром и узнаёте: рядом с вами больше нет ни меня, ни папы. Никто не приготовит вам завтрак, не поведёт в цирк, не будет помогать с уроками, некому больше пожаловаться, если поссоритесь с друзьями и рассказать о своих успехах тоже некому. Наступит ночь, а рядом никого. Не думайте, что вы будете вдвоём. Каждый из вас останется один. Трудно представить?

– Трудно, – буркнул Илья.

Мия открыла глаза.

– А куда вы денетесь?

– Видите, вы не можете даже осознать, как это быть одному. А Оля в один день осталась без мамы и папы. Вы только подумайте, как ей было страшно. Мама привела её к нам и оставила. Она оказалась в чужом доме, пусть с родственниками, но всё же мы ведь не её родители. Ко всему прочему она ещё маленькая, многого не понимает. Не знает, как с вами подружиться. Но вы-то старше её и умнее. Если она вам мешала, нужно было сказать нам с папой,