Когда деньги говорят. История монет и нумизматики от древности до поп-культуры - Фрэнк Хольт

изучения в виде единой совокупности, имеющей историческое значение. Проблема заключается и в том, что некоторые коллекционеры до сих пор отбирают монеты из кладов ровно таким же образом, как некогда первые археологи ковыряли древние памятники в поисках произведений искусства музейного качества — практика, от которой академические археологи уже давно отказались. Ускоренные темпы обнаружения кладов в современном мире, вызванные с одной стороны распространением металлоискателей, а с другой стороны все более интенсивной обработкой земли, привлекли внимание ученых к потенциалу использования кладов для крупномасштабного статистического анализа[570]. Потеря этой возможности из-за охотников за сокровищами в значительной степени повлияла на сомнения археологов в отношении этичности коллекционирования монет. Поэтому в следующих двух главах этого нумизматического путешествия мы обратимся к теме кладов.

7. Находки кладов

Как хищник, собирая серебро и злато, и хвастаясь и радуясь тому, как был богат он.

К. Кавафис, Ороферн[571]

Клад из Хишт-тепе

С ледяных карнизов «Крыши мира», или Бам-и Дунйа, как она называется по-персидски, каскадами по скалам и ущельям падает вниз вода, дробящаяся в конце концов на реки и ручейки, один за другим впадающие в могучую Амударью[572]. Рожденная среди глетчеров и ледяных пещер Центральной Азии, Амударья стекает с одной из самых высокогорных и в то же время одной из самых исторически важных пустынь на Земле. Поиски ее истоков начались в виде побочного спора в пресловутой «Большой игре» между Российской и Британской империями в XIX веке; но и сегодня эта игра все еще продолжается. На другом конце своего пути Амударья столь же неуловима — когда-то она впадала в Аральское море, но теперь река пересыхает, не доходя до него. Пройдя более 2500 километров, она сталкивается с обезвоживающей ее чередой современных ирригационных каналов, которые пересыхают вместе с ней, а ее последние капли, которые некогда были горным снегом, испаряются в песках пустыни.

Однако в своем среднем течении Амударья все еще доминирует над сложным ландшафтом Средней Азии, где она сплетает воедино пресловутый клубок «станов»: Афганистана, Таджикистана, Узбекистана и Туркменистана. Там, в регионе некогда известном как Бактрия, воды Амударьи до сих пор кажутся неисчерпаемыми. Ее мощное течение несет большие массы ила, что образуют вихри среди речных кос и отмелей и придают бурной Амударье характерный желтый оттенок[573]. Этот блеск ослеплял глаза Кира Великого, Александра Великого, Чингисханазян и других, менее известных исторических героев, сделавших ее важным звеном на длинном Шелковом пути[574]. Древние знали этот впечатляющий водный путь под именем Окса[575] и посвящали ему алтари как живому богу[576]. Они благочестиво давали своим детям имена, призывающие силу реки, такие как, например, «Оксибаз» («сильный в Божественном Оксе»)[577]. Множество людей вдоль реки занималось сельским хозяйством, строило поселки, торговые посты и города. Они использовали реку в качестве транспортного пути, а также для орошения и защиты. И эти же люди зарывали сокровища вдоль ее берегов.

Мысы, разбросанные по всему среднему течению Амударьи, кое-где так пережимают ее, как будто сама природа пытается крепко-накрепко зашить реку. Издревле эти теснины охранялись стратегически важными крепостями. В одном из таких узких мест, расположенном на афганско-таджикской границе, груда из битых кирпичей, кусков известняка и треснувшей глиняной посуды указывает на то, где не менее 2300 лет назад на своем посту стояла древняя стража. Это место метко называется Хишт-тепе, что означает «Кирпичный холм» и знаменито оно лишь одним — здесь 23 августа 1946 года афганские пограничники во время раскопок рядом со своей казармой обнаружили древний горшок[578]. Внутри горшка находилось 628 монет, в том числе пять самых крупных серебряных монет, когда-либо отчеканенных в античности (фототабл. 4–5)[579]. Этому кладу повезло с его первооткрывателями — он был отправлен в Кабул и в конечном итоге 7 января 1947 года был передан в Национальный музей Афганистана. Однако в 1990-х годах, когда Кабул сотрясали гражданские беспорядки, ракеты одного из полевых командиров пробили крышу музея (рис. 7.1). Уцелевшие в завалах доисламские древности в дальнейшем были либо разграблены, либо преднамеренно уничтожены, так что героическими действиями хранителей удалось спасти лишь одну монету. Впоследствии талибы[580] уничтожили и сожгли музейные записи (рис. 7.2), чтобы скрыть то, что они забрали с планшетов государственной нумизматической коллекции (рис. 7.3).

В течение последующего десятилетия ценные монеты, похищенные из музея и опознанные экспертами как часть сокровища из Хишт-тепе, постоянно проходили через крупные нумизматические аукционные дома Лондона, Нью-Йорка, Мюнхена, Барселоны, Брюсселя, Франкфурта, Вены, Оснабрюка, Базеля, Сан-Диего и Стокгольма[581].

Рис. 7.1. Национальный музей Афганистана в Кабуле, серьезно пострадавший в результате боевых действий в 1990-х годах. Фотография предоставлена Джолионом Лесли / SPACH / Национальным музеем Афганистана.

Рис. 7.2. Интерьер Национального музея Афганистана в Кабуле после его разграбления, сопровождавшегося преднамеренным уничтожением музейных записей. Фотография предоставлена Джолионом Лесли / SPACH / Национальным музеем Афганистана.

Рис. 7.3. Интерьер Национального музея Афганистана в Кабуле, демонстрирующий разграбленные планшеты государственной нумизматической коллекции. Фотография предоставлена Джолионом Лесли / SPACH / Национальным музеем Афганистана.

Многие монеты были проданы через интернет-аукционы, на которых анонимные участники торгов находили выгодные для себя цены за счет разграбленного музея[582]. Узнав об этом злоупотреблении, некоторые онлайн-покупатели и продавцы отказывались от сделок, однако ущерб уже был непоправим. Лишь несколько из 628 монет, найденных в Хишт-тепе, сегодня можно увидеть в восстановленном Национальном музее Афганистана. Между тем, вслед за первоначальной распродажей кладовых монет последовало появление и многочисленных их подделок[583]. Сегодня изучение этого клада сопряжено со все возрастающими трудностями. Исчезли не только большинство монет клада, но и важные первоначальные записи о них[584]. Похороненный и потерянный в древности, а затем найденный и снова потерянный в наше время, клад из Хишт-тепе символизирует горькую действительность реального существования нумизматического сокровища. На самом деле, большинство монетных кладов так и не пережили свое открытие в целости и сохранности: такова их судьба, которой совершенно безразличны монеты и мемы, составляющие клад. Однако и некоторые из людей настолько же эгоистичны. Искатели, не являющиеся археологами и академическими нумизматами, продолжают получать прибыль, рассеивая клады и скрывая их происхождение, что дорого обходится историческим исследованиям. С другой стороны, некоторые коллекционеры возразят, что лучше купить монеты, чем рисковать их исчезновением в плавильном котле (см. об этом девятую главу).