Мастер светлых артефактов - Алексей Даниленков

— Зараза.

— Да ладно. Меня вообще Бешеной прозвали. — Зоя поднялась на ноги. — До вечера не вставай, пусть хоть чуть-чуть затянется. Я пойду, поговорю с кэпом.

Десять минут спустя к Соне подошел Сэм. Поморщился и активировал броню.

— Колдуешь, что ли?

Соня кивнула:

— Пытаюсь рану затянуть побыстрее.

— До вечера управишься?

— Вряд ли. Но если потуже перетянуть, то идти смогу.

— Это хорошо. Гном сказал, что вызвал конный патруль. Лучше нам будет уйти сразу, как только они появятся.

Капитан развернулся.

— Капитан, — остановила его Соня, — а что с той гарпией?

— Спит. Пусть светлые сами с ней разбираются. И наводчика среди своих тоже пусть сами ищут. Кстати, а кого еще, кроме гарпий, ты можешь так… допросить?

— Наставница рассказывала про все расы. Но у остальных чувствительные места требуют более интенсивной… стимуляции. И расположены там, куда я не полезу. Особенно к мужчинам.

— Это куда?.. А-а, понял. — Он хмыкнул. — Тьма, я даже не знаю хорошо это или плохо. Наверное, все-таки хорошо.

После ужина Зоя сняла повязку, снова поцокала, на этот раз одобрительно, наложила новую и напоила Соню обезболивающим. А час спустя отряд двинулся к границе.

Прикинув по карте маршрут, которым, скорее всего, будут возвращаться темные, Опал повела отряд к самому, как ей показалось, подходящему месту. Находиться под давлением темного источника было неприятно, но ее бойцы — не самые слабые маги с хорошим резервом, и у каждого при себе заряженный накопитель. Этого должно было хватить и на ночевку, и на хороший бой. А в сумке у Камиллы лежал еще десяток полных кристаллов. Из-за привычки Опал таскать с собой запас силы кузен, да и другие Рыцари и Леди посмеивались над ней, называя перестраховщицей, а кое-кто и трусихой. Но она предпочитала думать, что такой запас в походе куда полезнее, чем лишняя коробка конфет.

Место оказалось действительно удобным, с чем согласился даже Харальд. Правда гном умудрился-таки заразить ее своими нехорошими предчувствиями, и Опал решила не снимать на ночь доспех.

Проснулась она от грохота и сильнейшей боли в боку, почти тут же отправившей ее в беспамятство. Иногда, словно сквозь пелену тройного щита, до сознания доносились отголоски боя и чьи-то голоса. Потом теплая волна силы смыла почти всю боль. Через какое-то время Опал почувствовала, что ее приподнимают. Губ коснулось что-то холодное и в рот полилась терпкая жидкость. Сделав несколько глотков, Опал вновь провалилась в беспамятство.

Пришла в себя она поздним вечером. Оглядела порванный в нескольких местах потолок палатки. Немного удивилась доносившимся снаружи чужим голосам и ржанию коней. Приподняла голову и позвала сидевшего у входа сержанта:

— Харальд.

Гном обернулся:

— Как вы, княжна?

— Плохо. — Она прислушалась к своим ощущениям. — Но жить буду. Кто меня так?

— Гарпия. Гранатой.

— Гранатой? Значит, темные?

— Нет, — покачал головой гном. — Их капитан прав, кроме нас никто не знал, куда мы идем и где остановимся.

— Капитан? Они здесь?

— Ушли час назад. Как патруль показался, так сразу и ушли. Я запретил их преследовать — мы им и так жизнями обязаны. Своими и вашей.

— Жизнями? — Опал насторожилась. — Кто еще из наших пострадал?

— Только Камилла. Ее накрыло взрывом почти одновременно с вами. Я отправил пару конных вдоль реки — может, найдут.

— Расскажи, что случилось.

— Значит за темными тоже следили. И поэтому они пришли раньше, чем мы планировали. И вмешались в бой, когда гарпии атаковали… — Опал задумалась. — Харальд, а та девушка… светлая студентка… она тоже была с ними?

— Была. И в бою участвовала. Очень уж у ее пистолета звук характерный. Да и потом, если бы не она, мы бы вас потеряли. — Гном опустил голову.

— Как так?

— Запасные накопители были у Камиллы. Вы же знаете, что она свою сумку из рук не выпускает. А когда напали гарпии, мы почти все силы потратили на щит. В общем, эта человечка отдала мне свои накопители. У нее их, кстати, было четыре, пусть и неполных. А потом за двадцать минут зарядила еще один наполовину.

— То есть как наполовину? Она же бездар… очень слабая.

— Есть у меня одна мысль. Она в палатку ушла и запретила за ней ходить, даже своим. А потом вернулась с перебинтованной ногой. И я точно уверен, что слышал стон.

— Думаешь, Свет жизни?

— Я не знаю никаких других способов. И после допроса гарпии она пожаловалась на плохое самочувствие и до самого вечера из лагеря темных не показывалась. Да и когда они уходили, ее вещи несли другие.

— А не могло ей стать плохо после допроса. Все-таки неопытной девушке может быть неприятно смотреть на пытки.

— Так это она и… гхм… пытала.

— Харальд? — Опал удивленно посмотрела на краснеющего гнома.

— Ну, не совсем пытала. Крови и прочего точно не было. — Сержант отвернулся. — Не спрашивайте, княжна.

Уточнить Опал не успела — снаружи раздался топот копыт и громкие голоса. Харальд выглянул наружу.

— Патрульные вернулись. — Он обернулся и отрицательно покачал головой. — Простите, Леди. Камилла не выжила.

Камилла выбралась из воды и выругалась. Тупые гарпии ее чуть не убили. Хорошо, что успела прикрыться щитом сама и прикрыть сумку. Она прислушалась: река доносила крики и грохот взрывов. Кажется, веселье в самом разгаре. Что ж, она сделала свою работу, а значит, тоже имеет право себя развлечь.

Камилла достала из сумки шкатулку. Открыла и вытащила из-под горсти накопителей небольшой цилиндр. Отвернула крышку, вытряхнула на ладонь золотистый шарик, забросила в рот и откинулась на траву. Леди Опал может сколько угодно считать, что платит своим людям достаточно, но… Впрочем, обещанных за точное местоположение и план лагеря денег ей хватит и по долгам расплатиться, и обеспечить себя «поцелуем суккубы» лет на пять вперед. А там можно будет придумать что-нибудь еще.

Час спустя дриада поднялась и неспеша пошла вверх по течению. Ближе к вечеру она вновь достала шкатулку. Положила под язык сразу две золотистые конфеты и откинулась на траву. Сквозь охватившую разум пелену удовольствия пробился шум хлопающих крыльев. Создать щит она не успела.

Харальд, разбиравший сумку дриады, от тела которой патрульные отогнали трех гарпий, с удивлением разглядывал лежавший среди флаконов с эликсирами шарик связи. Личные артефакты связи были не то чтобы очень дорогими, но, из-за сложности изготовления и первичной настройки, очередь на их получение была расписана на месяцы вперед.

Нахмурившись, гном еще раз перетряхнул сумку целительницы. Не найдя больше ничего подозрительного, он открыл шкатулку с накопителями, поворошил кристаллы и достал тонкий цилиндрический пенал, вытряхнул на ладонь золотистый шарик, похожий на конфету.