Титан империи 8 - Константин Зубов

Значит, придется приложить чуть сильнее…

И едва Зубр напитал кулак для борьбы с Таурусом, как замок щелкнул, и дверь сама собой приоткрылась.

За ней показалась Гама. При этом крики из кабинета зазвучали втрое громче.

— Прошу прощения, но хозяин занят! Проводит разъяснительную работу! — сказала она, улыбнувшись, и тут же захлопнула дверь у них перед носом.

— Что-то она долго… — проговорил Коля Кречетов, посматривая на избу, из которой не раздавалось ни единого звука. — Вдруг что-то случилось?

Они с Дашей, Костоправом и его псом, Джеком, расположились на лавочке у сарая. Охранники Кречетовых ждали у машины.

— Ничего не случилось, — вздохнул Костоправ. — Дай девочке побыть одной. Я ее понимаю. Когда-то давно у меня тоже была любовь всей жизни…

— И что с ней стало? — спросила Даша.

— Она оказалась полной сукой, и мне пришлось делать ноги, — ухмыльнулся Костоправ и сунул руку под телогрейку. — Но, чую, мы с ней скоро встретимся…

И он почему-то посмотрел на небо, где висела бледная громада Нексуса.

— Хочешь? — спросил лесник и сунул Коле фляжку, от которой сильно несло спиртом.

— А… можно? — спросил Коля, скосив глаза на охранников. Даша хихикнула.

— Пока мамка не видит, все можно, — подмигнул ему Костоправ. Кречетов-младший, ухмыльнувшись, взял фляжку и пригубил.

— Фу! Гадость какая!

— Дай сюда, — осмелела Даша и тоже приложилась.

Мигом покраснев, она отняла горлышко ото рта и закашлялась. Очки закачались у нее на ухе.

— Вот! Вы побольше хлебните, ваше благородие! Чтоб, так сказать, до кончиков пальцев дошло.

Коля выхватил у очумевшей Даши фляжку, сделал глубокий вдох и опрокинул ее. Тут нутро обожгло так сильно, что он едва не полетел на землю. Даша захохотала.

— Вот так, ваше благородие! Вот так! — закивал Костоправ, похлопав кашляющего Кречетова-младшего по спине. — А теперь, молодые люди, дайте обратно, а не то…

И вдруг изба разразилась диким карканьем.

— Ой… — пискнул Коля и сунул Костоправу фляжку. — Кажется, я перебрал?

— Нет, это…

Он не договорил, как окна избы вынесло наружу и на улицу вылетела туча воронов. С отчаянными криками они забились в воздухе, закружившись вокруг дома как черный вихрь.

Коля с Дашей приросли к месту. Джек поднял хвост и залился лаем.

— Да, дела… — проговорил Костоправ. — Кажется, девочка не выдержала…

Вороны бесновались все сильнее, и к детям подбежали охранники, чтобы увести их, но тут из леса показался мужчина, заросший недельной щетиной. Он сильно припадал на левую ногу, в руках у него был костыль.

Костоправ при виде него сплюнул.

— Не смог⁈

— Нет, — покачал он головой, пожав Костоправу руку. — Я полный идиот.

— Факт! — покачал Костоправ и ударил мужчину по спине. — Такую женщину нельзя бросать! А то она, глядишь, весь мир перевернет… и нас заодно!

Кивнув Коле с Дашей, мужчина побрел в сторону вихря. Казалось, только подойди к этой неистовой буре клювов, крыльев и когтей, как она сама подхватит тебя и разорвет в клочья.

Но мужчина отважно шагал в самый эпицентр.

— Глаза береги, слышишь! — крикнул Костоправ ему вслед, и тот, пригнув голову, подбежал к крыльцу и скрылся в доме.

— Тихо! — рявкнул я и, отряхиваясь, поднялся с пола.

От криков Герасимовой страшно болела голова, а ее, между прочем, минуту назад оторвало с корнем!

Гама щелкнула пальцами, и горло Светланы сдавило удавкой. Она закашлялась и начала краснеть. Кричать, к счастью, перестала.

Вдруг мне стало ее даже жаль… Все же девушка мирно себе жила во Владимире, получала образование и, наверное, даже не собиралась влезать в дела ее гнусного папаши. Здесь же она оказалась хлопотами негодяя К., которого, я надеюсь, Герда уже скормила свиньям.

Вот и думай, кто она? Злодейка или жертва других злодеев?

— Хватит с нее, — кивнул я Амальгаме. — У нас тут не пыточная. Отпусти, она уже ничего не сделает. Мы и так переполошили всю усадьбу.

На подоконнике у разбитого вдребезги окна сидела Маша — размахивала своими гигантскими крыльями и кусала губы. До крови. Тоже испугалась за меня, бедняжка.

— Слушаюсь, — ответила нексонианка и щелчком пальцев остановила экзекуцию.

Нити расслабились и медленно потащили обмякшую Герасимову вниз. Затем подхватили ее дрожащее тело и поднесли к секретеру.

Хлоп! — и она безвольно распласталась на столешнице.

— Женя, что она сделала? — спросила Маша, вставая рядом. — Она пыталась тебя убить⁈

— Скорее, помогла мне научиться паре новых трюков, — ухмыльнулся я, подходя к секретеру.

Затем заглянул юной бомбистке прямо в глаза. В них плавал настоящий ужас. Надеюсь, мы не переборщили — как бы она головкой не тронулась.

Вдруг в кармане зазвонил телефон. Я вытащил трубку. Герда?

— Женя! — раздался у меня в ухе ее голосок. — Я, наконец, смогла допросить К.! Пляши!

— Пляшу, но боюсь…

— Эта Светка Герасимова реально была у него в руках! Он пичкал ее Сферам, промывал мозги и, когда она достигла нужного уровня отмороженности, отправил в Фаустово, чтобы в нужный момент выскочить из-за угла и взорвать тебя к черту! Берегись, она может подстерегать тебя где угодно!

— Уже поздно, — вздохнул я. — Светлана Герасимова мертва уже сутки.

— Что⁈ — охнула Герда.

— Что?.. — пискнула Света, то краснея, то бледнея. Улыбнувшись самой теплой из улыбок, я погладил ее по голове.

— Она попыталась с наскоку поглотить Омскую Сферу и сгорела на месте. Бывает. Как ты там?