Тайновидец. Том 5: Старшая ветвь - Алекс Рудин

Снова сухо щелкнуло, и вторая пуля ударила в ствол сосны совсем рядом со мной.

— Стоять! — бешено выкрикнул Зотов.

Я услышал торопливый топот и понял, что он за кем-то гонится. Леонид Францевич первым подбежал ко мне и опустился рядом со мной на колени.

Я смотрел на него, ничего не понимая. Ощущал только боль и головокружение.

— Вы ранены, Александр Васильевич? — спросил Щедрин.

— Не знаю, — с трудом ответил я. — Кажется, в плечо.

— Сейчас, сейчас все будет хорошо, — ободряюще заговорил Леонид Францевич, быстро расстегивая мою куртку.

Его пальцы плохо справлялись с новыми тугими пуговицами.

— Сейчас. Потерпите минуту.

Наконец ему удалось расстегнуть куртку. Рубашку он просто разорвал. Затем взглянул на рану, и добродушное лицо эксперта вытянулось от удивления.

— Что это? — изумленно спросил он. — Как такое возможно?

Я с трудом приподнял голову и посмотрел на свое плечо. На коже краснел глубокий кровоподтек. Пуля явно ударила именно в это место, но никакой раны или крови не было.

— Вы можете пошевелить рукой? — спросил меня Леонид Францевич.

Я осторожно попробовал подвигать рукой. Было очень больно, но рука двигалась.

— Никогда такого не видел, — покачал головой Щедрин. — Как вам это удалось, Александр Васильевич?

Он с любопытством смотрел на меня.

— В вас явно попала пуля. Куртка пробита, и рубашка тоже. А вы целы.

— Если бы я знал, — с трудом ответил я.

Внезапно в лесу раздался долгий душераздирающий крик. Этот вопль был наполнен болью, страхом и яростью. Он мучительно тянулся и никак не хотел прекратиться.

От этого жуткого вопля сердце зашлось не хуже, чем от выстрела.

Леонид Францевич вздрогнул и обернулся на крик.

Я попытался подняться, опираясь на правую руку, и в эту секунду крик умолк.

— Что это? — спросил я.

В ту же секунду крик повторился. Теперь он звучал еще сильнее, но почти мгновенно оборвался.

— Помогите мне встать, Леонид Францевич, — попросил я Щедрина.

Леонид Францевич протянул мне руку. С его помощью я поднялся на ноги и поглядел в ту сторону, откуда раздался крик. Я увидел Никиту Михайловича Зотова, который смотрел себе под ноги.

Словно почувствовав мой взгляд, Зотов поднял голову и поглядел в нашу сторону.

Увидев меня, он махнул рукой.

— Александр Васильевич, подойдите сюда.

— Вам нужно присесть, — торопливо сказал Щедрин. — В вас только что попала пуля.

Но я упрямо покачал головой и пошел к Никите Михайловичу. Лес вокруг раскачивался, от запаха дыма кружилась голова.

Щедрин пошел за мной. Наверное, он собирался подхватить меня, если я вздумаю упасть.

Но я не упал.

Я подошел к Никите Михайловичу, и он окинул меня внимательным взглядом.

— С вами все в порядке? — спросил Зотов. — Пуля вас не задела?

Конечно, он увидел, как Леонид Францевич оказывает мне первую помощь.

Я молча оттянул разорванную рубашку и показал Зотову отметину от пули.

Прищурившись, Никита Михайлович долго разглядывал ее.

— Любопытно, очень любопытно, — пробормотал он. — Честно говоря, никогда такого не видел. С вами все хорошо?

— Да, — кивнул я. — По счастью, со мной все нормально.

Я почти не соврал. К этому моменту я уже начал приходить в себя.

— В таком случае взгляните сюда, — сказал мне Зотов и показал вниз.

Возле его ног, запрокинув голову, лежал человек. Он был мертв, об этом говорили выпученные глаза и рот, перекошенный гримасой боли. Лицо человека посинело, похоже, он задохнулся. Его руки и ноги крепко обвивали гибкие колючие побеги, а еще один толстый побег захлестнул шею.

— Видимо, это растение его и задушило, — сказал Зотов.

В лице человека было что-то чужое. Он выглядел не так, как большинство местных жителей. Узкое лицо, нос с горбинкой, темные волосы и темные глаза.

— Вы его знаете, Александр Васильевич? — спросил меня Зотов.

Я покачал головой.

— Нет.

— Он выстрелил в вас, — объяснил Никита Михайлович, — дважды. Потом бросил ружье и кинулся бежать. Я погнался за ним. Вдруг он упал и закричал. Когда я подбежал, он еще пытался вырваться, но я не успел ему помочь.

Никита Михайлович наклонился и попытался снять побег с шеи человека.

— Крепко вцепился, — заметил он.

К нам подбежали Брусницын и Сосновский.

— Это же Карл Иванович, — удивленно сказал лесничий.

— Да, это наш управляющий, — мрачно кивнув, подтвердил Сосновский. — Но какого черта он здесь делал? Зачем стрелял в нас?

— Не в нас, а в Александра Васильевича, — поправил его Зотов. — А еще ваш управляющий умер очень странной смертью.

— Это вы его убили? — спросил Сосновский.

Зотов только усмехнулся.

— К сожалению, не я.

Затем он обернулся, и на его лице появилось удивленное выражение.

— Между прочим, ваш дух леса очень вовремя удалился. Взгляните сами, Александр Васильевич.

Я тоже оглянулся. Кроме нас в лесу никого не было. Дух Сосновского леса исчез без следа.

— Очень любопытно, — протянул Зотов.

Он часто так говорил, когда был в затруднении.

Затем Никита Михайлович отошел на несколько шагов в сторону. Он вглядывался в траву, будто что-то искал.

— Ага, вот оно, — радостно сказал Зотов.

Он наклонился и поднял с земли ружье. Я увидел, что это охотничья двустволка.

Никита Михайлович переломил ее и достал из стволов две пустые гильзы.

— Вот почему он выстрелил только два раза, а потом бросился бежать, — крикнул мне Зотов. — Понимаете, Александр Васильевич?

Я молча кивнул, и тут магический дар мягко толкнул меня в грудь. Это напомнило мне удар пули, и я вздрогнул, но тут же опомнился.

Подчиняясь внезапному импульсу, я посмотрел на управляющего и заметил то, чего не увидел раньше. Вокруг головы мертвеца, смешиваясь с горьким дымом пожара, медленно таяло черное облачко.

Это был след темного магического проклятия. Точно такое же проклятие в свое время темный маг наложил на князя Горчакова.

Глава 16

Я сразу же окликнул Зотова:

— Никита Михайлович, подойдите сюда.

Голос звучал хрипло, и я откашлялся.

Зотов быстро подошел ко мне, держа ружье на сгибе руки.

— Вы что-то заметили, Александр Васильевич? — спросил он.

— Посмотрите на покойника, — сказал я.

Зотов в несколько секунд смотрел на распростертое тело, затем недоуменно