Человек государев 2 - Александр Горбов

— А ты ещё не уходишь, Миша? — спросил меня Саратовцев, когда рабочий день закончился.

Мефодий покидал службу всегда минута в минуту, не задерживался ни на мгновение. Без четверти шесть он уже был одет для выхода и смотрел на часы. Дверь открывал одновременно с тем, как минутная стрелка перескакивала последнее деление.

Саратовцев иногда задерживался, заканчивая какую-то работу. Но сегодня, к счастью, был не такой случай. В шесть часов Саратовцев поднялся, собираясь уходить.

— Ага, — кивнул я. — Нужно кое-что доделать.

— Бывает… Кабинет закрыть не забудь.

Саратовцев попрощался со мной и ушёл. Немедленно после этого я метнулся к окну и наблюдал за тем, как Коллегию покидают остальные сослуживцы.

При виде согбенной фигуры Розалии Сигизмундовны, сползающей с крыльца, сердце забилось чаще. Ушла! Последней на крыльцо выпорхнула Ангелина Прокофьевна. Обернулась, увидела меня в окне и чуть заметно кивнула. Я кивнул в ответ и устремился к чёрному ходу.

Мы заранее договорились, что сделаем так — чтобы гардеробщик Матвеич думал, будто ушли все. По вечерам Матвеич в обязательном порядке обходил Коллегию и дёргал дверь каждого кабинета. Подёргав нашу, он подумает, что мой уход проморгал. Одного человека не заметил — ничего, бывает. А вот если бы не заметил сразу двоих, это могло бы вызвать подозрения.

Чёрный ход был заперт, ключ Матвеич держал у себя. Но Захребетник пообещал, что с такой ерундой проблем не возникнет, и не подкачал. У двери чёрного хода он перехватил управление. Вынул из кармана перочинный нож, вставил лезвие в замочную скважину, и через секунду замок негромко щёлкнул.

— Проходите, — шепнул я Ангелине, убирая нож.

Мы быстро поднялись по лестнице. Притаившись на верхней площадке, подождали, пока Матвеич обойдёт кабинеты первого этажа. Затем спрятались в архиве и заперли дверь.

Через некоторое время дверная ручка дёрнулась. А потом наступила тишина.

Выбравшись на площадку снова, мы наблюдали, как Матвеич, позевывая, с упоением стаскивает с ног сапоги и переобувается в извлечённые из-под стойки гардероба валенки. После этого старик запер входную дверь и ушёл в буфетную.

— Ужинать будет и чай пить, — прошептала Ангелина, — а потом в свою каморку спать пойдёт. Наверх уж точно больше не поднимется. Можно приступать!

Мы вернулись в архив. Ангелина подвела меня к одной из самых дальних секций.

— Вот этот справочник.

Она вытащила с полки небольшой томик в коричневом переплёте. Я взглянул на обложку. Адрес-календарь за 1899 год.

Попробовал открыть. Не тут-то было, Ангелина всё сказала верно. Обложка на миллиметр не сдвинулась.

«Что? — ухмыльнулся Захребетник. — Не выходит каменный цветок? А если бы меня сейчас не было? Если бы ушёл по своим делам?»

«Ну ты же здесь, — мысленно огрызнулся я. — Вот и открывай, хватит ломаться! А то я не знаю, что тебе не меньше меня интересно, как попал к Горцу малахириум».

Захребетник буркнул в ответ что-то невнятное, а обложка справочника под моей ладонью начала нагреваться. Контур книжки на мгновение осветился, а в следующую секунду я понял, что могу открыть обложку.

Когда сделал это, Ангелина восторженно ахнула. Прошептала:

— Да-да, это она! Та самая тетрадь.

Внутри справочника лежала тетрадь в кожаном переплёте. Распухшая от записей, с растрёпанными из-за постоянных перелистываний краями страниц.

Я открыл тетрадь. Стон разочарования у нас с Ангелиной вырвался одновременно. Такого безобразного почерка мне ещё не доводилось видеть.

— Боюсь, на расшифровку уйдут годы, — пробормотала Ангелина. — Вы понимаете хоть что-нибудь?

— Только то, что при таких криптографических талантах Розалия Сигизмундовна эту тетрадку могла бы не скрывать, — проворчал я. — Тут армия шифровальщиков нужна, чтобы прочесть! Как же она служебные записи ведёт?

— Их веду я, Розалия Сигизмундовна крайне редко что-то пишет. А до меня этим занимались другие её помощники.

— Ясно…

Я удручённо смотрел на страницы, исписанные ломаным, совершенно нечитаемым почерком.

«Пф! — прокомментировал Захребетник. — В районную поликлинику бы вас обоих, только сперва заставить очередь отсидеть! Вмиг бы всё, что врачиха в карте напишет, расшифровали как миленькие… Что там?.. Ну вот, ясно же! Прямо на первой странице заголовок: Императорский Оружейный Завод. Подчёркнуто, видишь?»

Я присмотрелся. Теперь, после подсказки, буквы и впрямь стали угадываться.

— Императорский Оружейный Завод, — проведя по подчёркнутым словам пальцем, повторил за Захребетником я.

— О! — восхитилась Ангелина. — Вы можете прочитать эту абракадабру?

«Может, может, — гоготнул Захребетник. — Он, милочка, ещё и не такое может! Чрезвычайно талантливый молодой человек, вы далеко-то не отходите».

Я почувствовал, что краснею.

— Надо же, как повезло, — продолжила восхищаться Ангелина. — Сразу, на первой странице то, что нужно!

— Да тут как раз никакого везения, всё логично. Оружейный завод — старейшее и главное предприятие в городе, документов должно было скопиться много. Неудивительно, что записи начинаются с него.

Глава 20

Кошки-мышки

«Приходные накладные по годам, — продолжил между тем читать Захребетник. Он снова перехватил управление телом и перелистывал страницы сам. — Расходные накладные по годам. Техническая документация. Бухгалтерские отчёты… Так, ну документы за последние полтора года должны быть в секциях В-один-бис и Л-двенадцать».

— Секции В-один-бис и Л-двенадцать, — сказал Ангелине я.

Она покачала головой.

— Никогда бы не подумала! Эти секции находятся в совершенно разных местах… Мне кажется, Розалии Сигизмундовне стоило бы пойти служить в военную разведку. Там её талантам нашлось бы широчайшее применение.

— В военной разведке пришлось бы работать, — проворчал я. — А этого Розалия Сигизмундовна, насколько я понимаю, терпеть не может. Сама мысль о том, что на службе нужно что-то делать, наполняет её праведным гневом… Так где, говорите, эти секции?

Мы с Ангелиной вытащили все документы, относящиеся к нужному периоду, две большие стопки. Принялись просматривать. Основная сложность по-прежнему заключалась в том, что я плохо представлял, что именно ищу.

Какие-то неточности. Несовпадения. Что угодно, что могло бы вызвать подозрения! Однако ничего подобного в глаза не бросалось.

Малахириум отправлен на оружейный завод такого-то числа. Расходная накладная, серийные номера. Печать Коллегии, подпись Мухина. Выработавший ресурс малахириум от завода получен такого-то числа, передан в Горное ведомство такого-то. Приходная накладная, серийные номера. Печать Коллегии, подпись Мухина…

На техническую документацию и бухгалтерские отчёты