Четвертое королевство - Ана Эм

Они буквально оказались в том самом городе, о котором рассказывала Дея.

– София поселилась здесь вместе с Королем, однако просила его каждую ночь всего на пару часов оставлять ее одну и не следовать за ней. Уходила она на тот самый пляж, где мы сегодня вышли. Он до сих пор остается несколько заброшенным. Воды там слишком грязны для людей, чтобы ловить рыбу, и слишком мелки для кораблей, чтобы бросать якорь.

Людей вокруг становилось все больше. Улицы вокруг то сужались, то снова расширялись. Дети бегали туда сюда, перемазанные в грязи. Повсюду были небольшие магазинчики, жилые дома и таверны.

– Пират долго сдерживался, но любопытство в итоге все равно пересилило. – Дея остановилась у тележки с яблоками. Пожилой мужчина нанизывал их на острые палочки, слегка поджаривал на огне, а затем окунал в тягучую прозрачную жидкость.

Хранительница бросила ему монетку и взяла одно такое яблоко.

– Карамельное яблоко. – пояснила она, откусив. – Будешь?

Гива покачала головой.

– Что было дальше?

– Сама как думаешь?

– Пират пошел за ней и увидел, как она превращается?

Дэя кивнула, и продолжила путь вверх по улице.

– Он испугался. Увидел в ней чудовище. Думал, что перед ним не она, а кто-то другой.

– Пират убил ее. – догадалась Гива, и Дэя снова кивнула, продолжив есть яблоко.

– София была не первой русалкой, с которой так поступили. – почти шепотом произнесла она. – Потому-то сейчас и запрещено законом раскрывать свою суть. Особенно перед мужчинами.

Это имело смысл. Люди боялись того, чего не понимали. Мужчины опасались женщин, которые и женщинами то были лишь наполовину.

Девушки свернули на боковую улицу. Гива внимательно наблюдала за своей спутницей. Та казалась намного оживленней. Без стеснения она заигрывала с прохожими, то улыбаясь им, то подмигивая. Мужчины смотрели ей вслед. Даже женщины порой невольно оглядывались.

– Да тебе здесь нравится. – заметила Гива.

Дэя отбросила уже пустую палочку в сторону и пожала плечами.

– Я считаю, что раз Боги наделили нас способностью жить в двух мирах, то стоит брать лучшее от обоих. Глупо избегать суши, когда здесь столько всего интересно.

– Например?

– Например, – протянула Дэя, улыбаясь молодому парню, который только вышел из какого-то места чуть дальше по улице. – Мужчины. Иногда эти похотливые создания умеют дарить поистине стоящее наслаждение.

Гива встречалась с мужчиной однажды. Он трогал ее, целовал, трахал, но никакого наслаждения она в этом не нашла. Лишь дискомфорт. Она молилась, чтобы этого хватило для того, чтобы забеременеть, но Боги отвернулись от нее в тот момент. Потом она полностью сосредоточилась на своем истинном предназначении стать хранительницей, и Королева больше не стала отправлять ее на сушу. Теперь же, когда все в корне изменилось, Гива прекрасно понимала, что как наследнице трона ей рано или поздно снова предстоит пройти через этот неприятный процесс совокупления.

Дея свернула направо в какой-то проулок и потащила за собой Гиву.

– Хорошо говоришь на эсумийском? – спросила она шепотом.

– Разумеется.

Эсумийский был общим языком для всех южных островов и государств. Так как Оринф был ближе именно к этой части суши, Королева позаботилась о том, чтобы ее дочери знали его в превосходстве. Ну, все кроме Аморы.

В конце проулка перед девушками открылся широкий двор. Здания спереди и по бокам становились ему щитом так, что выход оставался отсюда лишь один. Он же был и входом.

В самом центре работал старый фонтан с полу-обрушившимся фасадом. Пол был устлан осколками синей плитки. Повсюду были расставлены круглые деревянные столы и зеленые растения в больших горшках. Справа и слева вверх тянулись винтовые лестницы. А прямо перед девушками раскинулся широкий бар из темного дерева. За ним стояла одна единственная женщина с кудрявыми волосами, заплетенными в длинную косу. Услышав двух посетительниц, она настороженно вскинула голову.

– Что мы здесь делаем? – прошипела Гива, но Дэя уже направилась вперед, огибая фонтан с зеленой плесневелой водой. Должно быть, когда-то это место было красивым. Много много лет назад. Если не веков.

– Что-то ты сегодня рано. – бросила женщина, продолжив начищать стойку тряпкой.

В ее ушах болтались разносортные сережки, а полная грудь едва не вываливалась из черного кружевного корсета.

– Мне скучно. – протянула Дэя и расплылась в улыбке. – Не найдется свободной комнаты?

Гива понятия не имела, что происходит, но изо всех сил старалась не подавать виду. Женщина окинула ее быстрым взглядом и начала переставлять бутылки.

– Приходи вечером.

Дея вынула из сумочки на бедре золотую монету и бросила ее на стол. Женщина замерла на мгновение.

– Мы принимаем клиентов только вечером. – произнесла она ровным голосом и посмотрела Дэе прямо в глаза, но та лишь улыбнулась шире и кинула на стойку еще монету.

На красных губах женщины появился намек на улыбку. Одним резким движением она смахнула монеты со стола и сказала, кивнув вверх:

– Третья комната свободна.

– Ты просто лучшая. – ответила Дэя, и Гиве едва удалось сохранить невозмутимое лицо. Она в жизни не видела эту русалку такой обаятельной и дружелюбной.

В подводном мире Дэя из Ливаны всегда держалась особняком. Высокомерно и с нескрываемым пренебрежением ко всему и всем.

– Пригласишь Джея с Шивон? – добавила она. – Разумеется, если они свободны.

Женщина поджала губы, задумавшись. Казалось, она мысленно взвешивала, стоит ли ей попросить за это больше монет или же уступить.

– Если бы ты не привлекала сюда столько мужиков одним только своим присутствием, Нира. – в итоге сказала она. – Я бы не стала терпеть твои запросы.

Нира?

Гиве показалось, или же Дэя действительно напряглась при звуке этого имени?

– Знаю. – фыркнула девушка и тут же развернулась в сторону винтовой лестницы слева.

– Нира? – нагнала ее Гива. – Это часть твоего истинного имени?

– Просто выдуманное. – резко бросила Дэя в ответ. – Я ведь не могла назваться своим, вдруг кто-то из других русалок услышал бы.

– Едва ли тут много русалок.

– О, ты бы удивилась.

Они начали подниматься по ступенькам и продолжили переговариваться шепотом.

– Но остров ведь под запретом. – возмутилась Гива.

– Не все такие правильные, как ты, Ваше Высочество. – усмехнулась