Чудовищная алхимия. Том 8 - Борис Фёдорович Тролль

Противника мгновенно унесло куда-то за борт, и командир крикнул Леопольду:

— Зачисть трюм!

Тот опасливо глянул на деревяшку в руке, конец которой начал пузыриться от попавшей желтой дряни, кивнул и побежал к спуску. А Зефир быстро оценил обстановку вокруг.

Девчонки по бокам не давали немногочисленным мутантам запрыгнуть на палубу. При этом от стрел защищались по-разному: Мила их просто игнорировала в своем доспехе, а по телу розоволосой бегали самые натуральные молнии, и она с легкостью уворачивалась от снарядов — со скоростью, не уступающей командиру.

Впереди, в дальнем конце улицы, тем временем замаячила крепостная стена. Их спасение и в то же время главная проблема, учитывая сломанный артефактный механизм.

Вдруг пол под ногами парня просел, и тот чуть не свалился. Рядом заверещал Брут, вцепившись в штурвал. Корабль резко и самовольно снизился примерно на метр — теперь они летели на уровне окон первого этажа. А у молодого человека заныл затылок: он даже представлять не хотел, что будет, если их летающее средство окончательно поломается посреди захваченного города.

В чувство его привел залп из стрел. Командир развернулся и начал сбивать их ладонью, затем подобрал кусок поломанных перил и, со злости усилив бросок, запустил его в пятерку лучников на ближайшей крыше.

Снаряд выбил сразу двух солдат, отправив их в полет, а остальных заставил залечь. Зефир же, уняв немного раздражение, стал судорожно оглядываться, ища вокруг хоть какой-нибудь намек на выход из ситуации.

Стена меж тем неумолимо приближалась, и до ушей парня донеслось нервное тявканье енота. Он кинул взгляд на небольшой пролом — метра два в ширину — в укреплениях, куда предлагал протиснуться мохнатый. Но тут же отбросил эту идею — не пролезут они там никак, только встрянут затычкой в дыре.

Оставался единственный вариант: повернуть перед самой стеной и надеяться, что дальше они найдут более широкую брешь.

Командир уже хотел было сказать Бруту сворачивать — до укреплений осталось всего ничего, — когда заметил полностью разрушенный дом, лежащий грудой щебня. Зефир повернулся к еноту, и тут из-за поворота неожиданно выскочила пятиметровая мохнатая тварь с головой медведя. Брут просто не успел среагировать, и корабль врезался в неё, насадив на нос.

Их транспорт тут же тряхнуло — да так, что юноша чуть не улетел вниз на палубу. Благо балюстрада остановила падение. Мохнатый ударился о рулевое колесо, закряхтев, а пассажирки попадали на пол.

Монстр тем временем заревел от боли, вцепившись в доски когтями передних лап, и Зефир наконец опомнился и, подскочив к штурвалу, крутанул его влево.

Корабль моментально повернул, направившись к развалинам дома, которые парень ранее заприметил. С палубы панически закричали девчонки, от которых не укрылись маневры командира. Но он не обратил на это внимания.

Еще секунда — и судно на огромной скорости заехало на высокую насыпь из обломков и начало подниматься. Метр, два, три… Трамплин позволил ему воспарить примерно на уровень стены, до которой оставалось всего-то рукой подать.

Вот только этого было все равно недостаточно.

— Держитесь! — заорал командир под громкое верещание енота, схватившись за многострадальные перила.

Через миг Гордость Моревии страшно тряхануло. Раздался грохот. Кладка ниже гребня, в которую влепился корабль, перестала существовать, разлетаясь каменными обломками в стороны. Снизу что-то оглушающе хрустнуло, и судно, все-таки проскочив укрепления и минуя облако поднятой пыли, нырнуло носом в землю, зачерпнув днищем грунт.

Зефира тут же подбросило вверх, а потом приложило о балюстраду, выламывая ее окончательно. Однако спустя секунду все успокоилось, посудина выровнялась и продолжила лететь всего в метре от земли.

Парень приподнялся с досок и ошарашенно огляделся.

Енот вцепился всеми лапами в рулевое колесо и отпускать не собирался, а его разжиревшая табуретка куда-то пропала. Мила лежала на палубе в остатках каменного доспеха, который продолжал с нее осыпаться, и смотрела вверх пустым взглядом. Розоволосая чемпионка замерла невдалеке в такой же позе. Это поначалу даже испугало юношу, но, приглядевшись, он понял, что обе просто в лёгком шоке.

Одновременно с этим из каюты под ним раздавались стоны — значит, с мелкой брюнеткой было все относительно в порядке. И молодой человек крикнул:

— Леопольд! Живой⁈

Он прислушался и, не дождавшись ответа, уже забеспокоился, когда из трюма прозвучало глухое:

— Да.

Зефир выдохнул — они выбрались, — и, поднявшись на ноги, направился проверить мутанта на носу. Тот, как вцепился когтями в доски, так и продолжал висеть там. Правда, огромная медвежья голова была опущена и лежала на лапах.

Подойдя ближе, он осмотрел монстра и осторожно пнул. Реакции не последовало, а из пасти потекла кровь. Хмыкнув, командир обошел тушу и, наклонившись, заглянул за борт.

Как он и думал, твари попросту оторвало ноги вместе с частью туловища во время экстремального пересечения стены.

Отцепив одну из лап, командир дождался, когда мертвец сползет вниз, и направился обратно.

— Я уже и забыла, какой ты… — раздался голос приподнявшейся блондинки, стоило ему подойти.

— Какой? — присел на корточки рядом молодой человек.

— Наглухо двинутый, — беззлобно пробурчали позади, а затем голос розоволосого чемпиона жалобно добавил, — я, по-моему, описалась…

Зефир решил не обращать внимания на ее слова и, обернувшись, поинтересовался у незнакомки:

— Как твоя рана на животе?

Та смутилась:

— Хорошо, я использовала зелье.

Затем последовала небольшая пауза, и она признательно проговорила:

— Спасибо.

Командир кивнул и снова посмотрел на Милу. Та изучала его непонятным взглядом и поинтересовалась:

— Что с твоей внешностью? И что, демоны побери, не так с этим кораблем?

— Конспирация, — загадочно проговорил юноша, приподняв изящный пальчик вверх. Затем стянул с плеч артефакт.

Через мгновение он снова был сами собой, и блондинка наконец улыбнулась. Она подобралась ближе и крепко обняла его, проговорив:

— Я скучала.

…

Первым делом Зефир и Леопольд, после того как убедились, что погони за ними нет, проверили состояние корабля.

И оно было крайне хреновым. Едкая дрянь внизу к этому времени испарилась, но успела основательно все разъесть, уничтожив гальюн и половину клети. Артефактный механизм тоже пострадал. Правда, насколько все было плохо, командир не знал, но подозревал худшее.

Более того, судя по всему, из-за манёвра сквозь стену, судно потеряло весь свой жирок на днище, ободрав его о камень. По сути, у них и не было никакого днища. Оно все осталось там — в городе.

Тем не менее Гордость Моревии еще каким-то чудом оставалась на высоте полутора метров и умудрялась двигаться