Во все Имперские ТОМ 11 Непобедимое Солнце - Альберт Беренцев

— Gnosticus Liberator Venit! — прогремел в ушах Шаманова неотмирный глас.

Акалу уже ничего не понимал, всё было, как в дурном сне...

Но его сейчас не интересовало ничего, кроме Любы.

Вампирка металась на обочине дороги, а к ней из трупа Павла Павловича тем временем лезла какая-то буро-золотая масса, нечто чудовищное...

Шаманов прямо на ходу распахнул двери внедорожника, на ауре выскочил наружу и ринулся вперед, даже обогнав машину.

Он, как болид, мчался по дороге среди залитых красным солнцем полей...

Акалу было плевать, в аду он сейчас или в страшном сне, для него не существовало ничего, кроме нуждавшейся в спасении вампирки.

А буро-золотая масса, надвигавшаяся на Любу, тем временем приобретала очертания...

Она уже обратилась в великана — уродливую тварь трехметрового роста.

Тварь состояла из какой-то бурой призрачной субстанции, то ли из магии, то ли из мяса, то ли из натурального дерьма, а то ли из всего этого сразу...

Башка у великана была лысой, черты лица — невыносимо уродливыми, на губах застыла гадкая звериная усмешка.

Тело твари было одето в солдатскую гимнастерку, подпоясанную ремнем, на ногах имелись грубые солдатские сапожищи, а вот штаны и нижнее белье отсутствовали полностью — так что волосатые ноги и громадный член великана можно было разглядеть во всех подробностях...

Впрочем, Шаманов не был любителем рассматривать члены, да его сейчас и не волновал чудовищный вид неведомой твари. И даже половой орган монстра, который был длиной около метра, Акалу не напугал. Его не смутила даже исходившая от чудища сокрушительная вонь — нечто среднее между запахом трупнины и дерьма...

Шаманов уже был рядом с Любой, он решительно встал между перепуганной девушкой и монстром.

И только тогда испугался наконец сам...

Шаманов, разумеется, понял, кто перед ним.

Нагибин рассказывал ему о радикальных масонах, их темных мистериях и их кошмарном предводителе.

— Ты Гностический Либератор! — проорал Шаманов твари, — Но я не боюсь! Убирайся!

Усмешка Либератора стала еще кривее.

Монстр изрёк омерзительным голосом:

— Я БОГ. ГЛУПЕЦ, Я БОГ...

В следующую секунду в Либератора влетел на полной скорости внедорожник казаков, тварь тут же рассыпалась на потоки дерьма и золотой магии, разлилась водопадами мерзости по обочине дороги...

Шаманов понял, что твердая форма Либератора была лишь иллюзией, монстр-то на самом деле был жидковат, в буквально смысле...

— ААААА! — заверещал непонятно откуда глас Либератора.

Через мгновение вверх к красным небесам вдруг метнулась темная тень — образ Либератора воспарил, помчался над полями, а потом исчез...

Просто растворился на осеннем ветру, оставив после себя лишь вонь, а еще какие-то бурые корки застывшего дерьма на обочине дороги и на казачьем внедорожнике.

Шаманов опешил от шока и удивления.

Вот так просто?

Вот это Величайшее Зло смогли просто сбить машиной казаки?

Либератора вот так легко изгнали, а может даже и убили... Раздавили автомобилем, как того купца на привокзальной площади?

Акалу уже ничего не понимал...

Если Либератор побежден — то почему небо до сих пор красное, и почему Солнце такое маленькое?

— Что это за мерзость, вашу мать? — орал тем временем вылезший из внедорожника есаул, — Ваше Благородие, вот на такое я даже за десять лямов рублей не подписывался...

— Небо! — провозгласила толстая казачка, испуганно пялясь в кровавые небеса, — Небо-то... Эт чё? Господи, помилуй...

Водила просто прошел к бамперу внедорожника и поковырял присохшее дерьмо Либератора на нём.

Чумновская тоже вылезла из машины и теперь стояла перепуганная...

Шаманов повернулся к Любе.

Но вампирка уже пришла в себя, она хищно оскалилась острыми зубками:

— Шаманов! Служитель Нагибина! Нагибина, который отравил моего Императора...

Вампирка крутанулась на месте и впечатала Шаманову в лицо заряженный маваши гери.

Приятно, конечно, когда тебя касается самая прекрасная девушка во Вселенной, но только не тогда, когда она касается тебя сапогом в лицо...

Шаманов полетел в придорожную канаву. Люба прыгнула за ним следом, приземлившись Шаманову на грудь обеими ногами и переломав ему все ребра разом...

— Не стреляйте в неё! — прохрипел Шаманов, едва соображавший от болевого шока, — Не стрелять в Любу!

Но казаки вроде и не собирались стрелять, все происходило слишком быстро...

Люба выхватила кинжал, явно намереваясь вырезать Шаманову сердце одним ударом.

— Люба, умоляю... — простонал Шаманов, — Императора никто не травил! Разве ты не видела... От яда Гностические Либераторы из людей не вылезают! Графиня, пощады... Я люблю вас!

Глава 246 — Справедливость

«Он родился! Либератор родился!

Вылез из Павла Павловича.

Посмотри на небо!»

Сообщение от Шаманова

8 сентября 2022

Российская Империя, Павловск

19:31

Принцесса замерла от ужаса, все еще сжимая в руке саблю.

Вокруг оружия девушки металась золотая магия, а сердце принцессы Лады тем временем трепетало...

Будто ад вдруг сошёл на землю.

Дворец позади принцессы все еще пылал, осенний ветер пах гарью.

Столпы черного дыма уходили в небеса, которые теперь стали красными, цвета свежей крови. Солнце, уже почти зашедшее за горизонт, вдруг уменьшилось и обратилось в маленький и тусклый диск. Будто принцесса сейчас смотрела на него в грязный и перевернутый бинокль.

Девушке даже казалось, что на этом новом ущербном Солнце она видит бурые пятна, будто Солнце измазалось в кровавой жиже...

Сами цвета мира изменились за секунду, на всем — на стенах дворца, на гравии вертолетной площадки, на речной долине, на перепуганных лицах людей теперь лежал кроваво-алый отсвет.

Казалось, что безумный бог-художник вдруг плеснул в палитру планеты горсть крови...

Все теперь поменялось, за пару мгновений.

Из разорванного на части трупа Павла Стального тем временем лезли потоки магии, перемешанной с дерьмом и какой-то совсем шизофренической субстанцией, которую точнее всего было бы назвать «жидким мясом».

Но жидкость уже застывала, она на глазах росла, как стремительное дрожжевое тесто, обретала форму и очертания...

Первыми появились сапоги — огромные, выше принцессы...

Сапожищи были серыми и вроде бы каменными...

Из сапогов ввысь выросли циклопические ноги — голые, кривые и волосатые.

Эти были уже призрачно-бурыми, не совсем материальными. Вслед за ногами возникло волосатое пузо и громадные мужские половые органы.

Ниже пуза тварь была обнаженной, если не считать каменных сапогов.

А вот выше пуза уже взросла раздувшаяся грудина, затянутая в гигантскую старинную солдатскую гимнастерку, такие вроде носили в середине двадцатого века...

Потом появились