Космическая одиссея - Avadhuta

заклинаниям. Вернувшись к жизни, он тут же бросился к своей жене, с которой принялся обниматься, целоваться и совокупляться. А хотя нет, по последнего дело не дошло, потому что кругом было полно свидетелей, а любовники попались стеснительные.

Тилка я реанимировал последним. У него и мозг в клочья порвало, и гуауд сбежал, пока его тащили к вратам. Не уследил я за червяком. Пришлось мне посылать своего клона на Абидос, чтобы найти подходящего симбионта.

Очнувшись, Тилк посмотрел на меня и молвил:

— Мой бог… — Так, чего-то я в его мозгах неправильно подсоединил. Но ещё одно диагностическое заклинание никаких патологий не выявило. Тем временем, Тилк продолжил. — …Имхотеп, позволь мне служить тебе.

Он встал с кровати и опустился на колени.

— Ты признал меня своим богом? — Уточнил я.

— Да. Ты — истинный бог! Твоё могущество безмерно. После смерти моя душа находилась рядом с телом, и я видел все те чудеса, что ты сотворил. Это не технологии гуаудов. Это истинная сила божества.

— Я, конечно, рад, что ты осознал наконец моё величие, но мне не нужны рабы, воины и почитатели. Своих джаффа я давно уже вернул на Чулак. Ты можешь просто молиться мне и продолжать службу в составе команды ЗВ-1. Кстати, не расскажешь, почему ты убил Шарэ?

— Это была Амонет. Ложные боги должны быть уничтожены все до единого. Одно их существование оскорбляет тебя.

— Давай я сам буду решать, что меня оскорбляет, а что нет. — Отрезал я.

— Конечно, мой бог. — Тилк ещё ниже склонил свою голову.

Вот как с этими фанатиками можно иметь дело? Ради тебя они начинают потворствовать своей шизофрении, а потом устраивают еретические культы, которые формируют образ злобного беспощадного ублюдка, требующего поклонения себе, послушания и внесения денег в кассу храма. В своих богах люди изображают самих себя, после чего в религию заявляются те, кто хочет возвыситься любой ценой, и используют образы богов для того, чтобы занять их место.

— И не вздумай устраивать тут культ поклонения мне. Только мои жрецы имеют на это право. А единственный мой жрец в округе — это Джек О’Нил. Понятно?

— Да, мой бог.

— Замечательно.

Я развернулся и пошёл проведать двух других пациентов.

— Дэниел, нам нужно поговорить.

— Да, мой бог. — О нет, только не это. Они что, сговорились, пока были на том свете?

Мы отошли в кабинет доктора Фрейзер, после чего я поставил защиту от прослушивания.

— Ты мне крупно задолжал. Вытащить гуауда из головы — это не то же самое, что воскресить трёх умерших.

— Я благодарен тебе, Имхотеп.

— Этого мало.

— Что я могу сделать?

— Ничего. В этом то и проблема. — Я помолчал, обдумывая ситуацию. — Ладно, будешь должен. И ещё. Шарэ ни в коем случае не должна покидать Землю. Если она пройдёт через врата или улетит на космическом корабле, то умрёт в тот же миг.

— Что?… Почему?

— Потому что таковы правила. Она должна была умереть. И для всех тех, кто знал её, так и должно быть.

— А как же её отец?

— Люди с Абидоса видели, что она мертва. Не стоит будоражить их ум историями о внезапном воскрешении. Хотя это и не такое уж чудо для гуаудов. Саркофаг смог бы сделать то же самое. Но ты ведь понимаешь, что самое главное, чтобы именно гуауды поверили в её смерть?

— Касуф захочет принять участие в её похоронах.

— Скажи, что его дочь земляне пустили на опыты и всю израсходовали.

— Ты знаешь, что с моим сыном? — Сменил тему Дэниел.

— Что за глупый вопрос. Конечно, знаю.

Через пару секунд тишины Дэниел уточнил:

— Знаешь, но не скажешь.

— Именно. Ты мне и так должен. Не стоит звать богов на помощь каждый раз, как вам захочется подтереть себе зад. Всё, свободен. И позови Шарэ. Мне нужно поговорить и с ней.

— Слушаюсь.

Дэниел вышел, и в кабинет зашла доктор Фрейзер.

— Имхотеп, это чудо. Ты смог воскресить мёртвых.

— Ты что, тоже уверовала в меня? — Подозрительно осведомился я.

— Что? Да. То есть… ты можешь воскресить остальных погибших?

— А чем платить будете? — Поинтересовался я голосом жадного еврея.

— Платить?

— Да. Или вы, таки, думали, что я тут забесплатно чудеса совершать буду? Софочка этого не одобрила бы.

— Но… ты ведь воскресил Тилка, Дэниеля и его жену.

— За это уплочено. Что за еврейская привычка платить за килограмм, а требовать тонну? Вы, таки, разорить меня хотите?

— Но… — Аргументы у доктора закончились, и в этот момент в двери показалась смущающаяся Шарэ.

— Доктор, прошу вас дать мне возможность поговорить с моим пациентом.

— Да, конечно. — Фрейзер засуетилась и вымелась прочь.

— Садись. — Указал я девушке на стул. Та уселась, сжавшись от страха и смущения. — Ты ведь хотела вознестись?

— Я?… откуда?…

— Откуда я знаю? Я же бог. Дэниел не рассказывал тебе обо мне?

— Рассказывал. Только что. Все уши уже прожужжал. Что с моим сыном?

— Он где-то там, среди далёких звёзд. Возможно, твой муж сможет его найти. Тебе же дорога во врата заказана.

Я накинул на Шарэ заклинание, которое должно было её убить при прохождении через врата. Мне не нужно изменение сюжета игры. По крайней мере не из-за этого моего вмешательства. За одно, это заклинание должно было следить за ней и сообщить мне о начале процесса вознесения.

— Я спас тебя, чтобы ты сыграла роль любимой жены. — Продолжил я свои наставления. — Ты можешь вознестись через пару месяцев, но не раньше.

— Хорошо.

— Ну, раз ты всё уяснила, то можешь быть свободна.

Девушка встала и вышла. Вслед за ней помещение покинул и я.

— Имхотеп, ты совершил чудо! — Набросилась на меня Саманта Картер, которую только что допустили в помещение госпиталя. Я велел держать всех любопытных подальше до того, как закончу работу.

— Ты наконец уверовала, что я бог? — Поинтересовался я.

— Нет, но… я благодарна тебе.

— Спасибо, таки, в карман не положишь.

— Неужели тебя совсем не трогает человеческая благодарность?

— Предпочитаю, чтобы меня трогала не благодарность, а красивая девушка.

— Ты на что это намекаешь? — Обиделась Саманта.

— Что меня дома гарем ждёт.

— Что? Гарем? — Ещё больше обиделась она. Вот и пойми этих женщин.

Я не стал пререкаться, а прошёл мимо прямо к Джеку.

— Полковник, сегодня ты познал силу искренней молитвы мне.

— Думаю, это не тот опыт, который мне хотелось бы повторить. — Ответил тот.

— И именно поэтому я выбрал тебя. Как говорится, не поминайте имя божье всуе. С тобой я могу быть уверен, что ты обратишься ко мне только в действительно серьёзном случае.

— Почему ты помогаешь нам? Фрейзер