Блонди и Медведь - Виктория Борисовна Волкова

– Милена не такая. Я люблю ее, ба, – отрезаю медленно и твердо. Словно черту ставлю в разговоре. Хватит болтать. Там моя любимая мечется в жару, а мы тут всякую хрень вспоминаем!

– Она же…

– Дочь Белкиных, – перебиваю раздраженно. – Ну и что? Плевать мне на чужие договоренности… – выдыхаю, теряя терпение.

– Захар, она очнулась, – окликает меня из номера Мария.

– Хочешь, помоги. Нет, мы сами справимся, – бросаю пристальный взгляд на бабку и, развернувшись, спешу к Милене.

Глава 35

Постепенно я поправляюсь. Послушно принимаю лекарства, прописанные Марией. И провожу все время с Захаром. Он от меня ни на шаг не отходит. Постоянно приносит мне свежие цветы и фрукты.

Пофиг, что за окном метель! Для Берова нет ничего недоступного.

Этот человек покоряет меня снова и снова. Реанимирует мое сердце и душу. Придя из офиса, заваливается поперек постели, нащупывает под одеялом мои ноги. Что-то рассказывает, легко массируя мои ступни. Сначала перебирает каждый пальчик, и я улетаю куда-то ввысь. Теряю нить разговора, прикрывая глаза. Затем умелые руки движутся дальше по подъему к щиколотке. Опускаются на пятку.

Выдыхаю, стараясь держать себя в руках. Так и хочется кинуться Захару на шею. Прижаться. Поцеловать. Но не могу. Робею. Не те у нас сейчас отношения. Больше дружеские и пропитанные нежностью. Никакой дикой страсти, как раньше, никакого спонтанного секса.

Все очень пристойно и выдержанно. В рамочках.

Вздрагиваю и боюсь признаться. Я хочу его. Только Беров такой отстраненный. Будто заботливый родственник, брат, и не разу не любовник. Мы даже спим под разными одеялами. Но без Захара я заснуть не могу. Сразу кошмары одолевают. Я снова стою, прижавшись спиной к бревенчатой стене и смотрю в глазах отморозкам. На помощь уже спешат волки. Но не успевают. Паровоз стреляет сначала в них, а потом в меня. В ушах до сих пор бьется дикий смех Ядвиги. И я вскрикивая просыпаюсь. Чем каждый раз пугаю Захара.

- Что, Блонди, что? – подскакивает он на постели. А потом укутывает в одеяло, целует в висок и велит спать. Он же рядом.

– Тебя что-то расстроило? – отвлекает меня от собственных мыслей Захар. Смотрит настороженно. Целует пальцы у меня на ногах.

– Нет, ничего. Все в порядке, – поспешно перевожу дух. – Надоело лежать в постели, – признаюсь честно.

– Так давай прогуляемся в зимний сад, – азартно предлагает Захар. – Сейчас дам указание. Там все прокварцуют и закроют вход для постояльцев. А то еще заразят тебя, – ворчит, оглаживая мою лодыжку. Безумная сладкая пытка продолжается. И я не знаю, чего хочу больше. Прекратить ее или потребовать продолжения.

– Бедные гости, – улыбаюсь печально. – У них и так мало развлечений.

– Почему это? – вскидывается Беров. – Бассейн и спа работают, горки все благоустроены, санки есть в пункте выдачи. Катайся, не хочу. Лыжи, вездеходы… – продолжает он задумчиво и неожиданно предлагает. – Слушай, а может, лучше в баньке тебя попарить, чтобы вся хворь ушла? Наверное, уже можно. Сейчас спрошу… хмм… у Марии.

Пока Захар переписывается с врачом, тянусь за своим сотовым. И он в руке жужжит, доставляя сообщение.

«Как дела, крошка? Ты поправилась?» – пишет моя Куница. – «Я прилетела. Занимаюсь твоим делом. Беровы просто красавчики! Отложи мне там одного».

«Ты фотки в интернете смотришь или инфу копаешь?» – спрашиваю напрямую Алю. Не хочу даже в шутку предлагать ей Луку.

У них с Оливией все сложно. Но мне кажется, еще все поправимо. Общий ребенок, взгляды, когда кажется, что никто не видит. И дикое нежелание Луки отпускать от себя бывшую любовницу. И сама Оливия мне нравится. Добрая, с юмором. И очень открытая.

Ей, конечно, тяжело с «Потапычем». Но куда от него денешься, если в небесной канцелярии ей выбрали этого индивида.

«А мне вот младший достался. Дерзкий, неугомонный… любимый», – в немом восхищении пялюсь на Захара.

– Тебе пока в баню нельзя, – роняет он расстроенно. – Но можно пойти погулять. Мария разрешила… По зимнему саду пройдемся и на террасе посидим, – предлагает Беров.

– Да… хорошо, – соглашаюсь радостно. – Я за любую прогулку. Не могу все время в номере торчать.

– Даже со мной? – улыбается Беров. Мой герой-любовник.

– С тобой хорошо. Но мне и погулять хочется. А то совсем скисну без свежего воздуха.

– Тогда собирайся малышка, – великодушно решает Захар. Моя нянька и мой друг в одном флаконе.

– Отлично! – подрываюсь с места. И отвлекаюсь на эсэмэску Куницы.

«Систер, там ничего особого нет, – печатает подружка. – На тебе ничего не числится. Только папина квартира в Дубках. Но она вряд ли кого-то может заинтересовать».

«Таких, как Беровы, точно», – быстро отправляю ответ.

– Кто там? – мрачнея, интересуется Захар.

– Аля Куницына, – бросаю на автомате.

– А-а-а, китайская гейша Куни-цын! – смеется Беров, мгновенно меняясь в лице. Жесткие складки на лбу и подбородке мгновенно разглаживаются, делая лицо добрее.

«Он меня подозревает, что ли? – думаю я, дожидаясь, пока Алька допечатает сообщение. – «Интересно, к кому? К Вадиму? Так они незнакомы».

«К собственности Беровых ты отношения не имеешь. Тут тоже шайба, систер!»

«Тогда что?»

«Мне удалось нарыть одну странную запись в госреестре. Простое товарищество. Совсем простое-простое, мля. Трое участников. Знаешь кто?»

«Не тяни».

«Потап Лукич Беров, Андрей Петрович Белкин и Игорь Васильевич Соколов. Ты поняла, в какой замес угодила?»

Ой, мамочки! Мой отец, Захара и Вадима. Вместе! Учреждали что-то!

Не обращая внимания на Захара, прикрываю лицо руками. Как такое может быть? И Вадим, и Захар меня использовали? Что там в этом товариществе такого, что оба воспылали любовью и решили жениться? Вадик, правда,