Восточный деспотизм. Сравнительное исследование тотальной власти - Карл Август Виттфогель

Правители захватнических государств часто опускаются на самый низкий уровень гидравлической рациональности. Да и эндогенные государи, во время упадка и распада своей страны, тоже нередко опускаются до этого уровня. Мощные движения к более высокому коэффициенту рациональности происходят чаще всего во время начальных фаз эндогенного правления, но могут иметь место и в эпоху более поздних периодов роста или консолидации.

Формирующая фаза завоевательного общества в основном определяется способностью захватчиков идентифицировать себя с новой окружающей средой. Монголы не знали ни традиций, ни образа жизни гидравлических цивилизаций, которые они завоевали. Сын Чингисхана Огатай, по слухам, планировал превратить все обработанные поля Китая в пастбища, но не стал этого делать только потому, что Елюй Чуцай сумел убедить его, что он получит больше налоговых поступлений, если сохранит поля в неприкосновенности (Виттфогель К., Фен Ч. История китайского общества Ляо). Но хотя монголы и поддерживали гидравлическую экономику своего нового государства, они остались равнодушны к самым насущным его потребностям. Практически везде они держались вблизи рационального минимума гидравлического общества.

Мухаммед, уроженец Аравийской пустыни, несомненно, хорошо понимал важность орошения земли для выращивания посевов, но в своих высказываниях очень редко затрагивал эту тему, предпочитая мелкомасштабную ирригацию (создание колодцев) (Коран). Его последователи сохранили, отреставрировали и создали мощные гидравлические экономики в Сирии, Египте, Ираке, Северо-Западной Африке, Испании и, частично, на Сицилии. Маньчжуры познакомились с ирригационным земледелием еще до того, как форсировали Великую Китайскую стену и завоевали Китай (Виттфогель К., Фен Ч. История китайского общества Ляо). В этом отношении они были похожи на инков, которые занимались ирригацией на высокогорьях Анд еще до того, как создали свою гидравлическую империю (Гарсилазо де ла Вега. Комментарии о жизни инков). Когда их завоевали испанцы, они, очевидно, уже приблизились к максимуму рациональности.

Чей коэффициент рациональности?

И не важно, управляется ли гидравлическое общество плохо или эффективно, в любом случае требование благотворительности заставляет нас спросить: а кто от этого выигрывает? Мы знаем, что операционные задания могут выполняться таким образом, чтобы удовлетворить запросы правителей в ущерб простому народу. А могут отвечать нуждам простого народа и давать некоторые, но не многочисленные преимущества правительству. Промежуточные варианты находятся между этими крайностями.

Как правило, все три альтернативы серьезно рассматриваются только в том случае, если реальные обстоятельства предоставляют возможность выбора. Такая возможность имеется в управленческой, потребительской и юридической сферах гидравлического общества. Но во всех этих сферах интересы народа приносятся в жертву рациональному оптимизму правителей страны.

Рациональный оптимизм правителей преобладает

Необходимость и выбор в политике гидравлического режима

В территориальных государствах Древнего Китая, как и в других гидравлических цивилизациях, философы обсуждали, какое управление лучше – альтруистическое, сбалансированное или жестокое и бесчеловечное. Эти дискуссии слушали представители абсолютной власти. Конфуций говорил о том, что Юй, легендарный основатель доисторической династии Ся, питался грубой пищей, одевался как бедняк, жил в скромном домике и отдавал все свои силы строительству ирригационных каналов. Этот великий герой, которого Конфуций считал безупречным человеком, не имевшим никаких недостатков, сочетал минимум личных потребностей с максимальной преданностью людям.

В последний период древней истории Китая императоры жили очень комфортно, но лучшие среди них, как говорят, занимались поисками равновесия между своими собственными интересами и интересами подданных. Философ по имени Мэн-цзы, обсуждавший этот вопрос, был согласен, что правители имеют право строить высокие здания, разбивать парки с прудами, привлекая рабочих, которые отрабатывали на этом строительстве барщину; но он утверждал, что эти рабочие должны иметь право пользоваться этими сооружениями наравне с королем.

Философы Древнего Китая допускали, что в пределах правительственных нужд существуют настоящие альтернативы для действий. Однако все, без исключения, хозяева аграрного аппарата заявляли, что государство должно удовлетворять свои строительные, организационные и потребительские потребности, предоставляя максимум преимуществ им самим и минимум – требованиями своих подданных.

Управленческий оптимум правителей

На раннем этапе своего развития гидравлический режим становится все сильнее и богаче благодаря росту экономики. Но наступает такой момент, когда правительство сможет получать дополнительный доход только в том случае, если будет расширять свои стяжательские, а не производительные операции. Именно в это время, благодаря действиям различных силовых группировок, и рождается иной управленческий оптимум.

Управленческий оптимум властей проявляется тогда, когда правительство получает максимум доходов при минимальных гидравлических затратах. Управленческий оптимум народа существует тогда, когда максимальное гидравлическое достижение сопровождается минимальными административными расходами. Промежуточное состояние включает в себя большие, но не максимальные налоговые поступления, основная часть которых уходит на организацию крупных, но не гигантских гидравлических работ.

Реакция правителей на эти альтернативы очень четко показывает, каким образом тоталитарная власть влияет на тех, кто ею обладает. За пределами зоны стимулирующего расхождения они обычно создают только те гидравлические предприятия, которые увеличивают их состояние, ибо сильнее всего их талант проявляется в тех случаях, когда надо придумать новые методы фискальной эксплуатации. Короче говоря, они стремятся достичь не народного, а своего собственного, управленческого оптимума.

Потребительский оптимум правителей

Три главные альтернативы можно выявить и в сфере потребления. Потребительский оптимум правителей поддерживается тогда, когда хозяева гидравлического государства присваивают себе максимум товаров, которые они могут потреблять в неограниченном количестве. Промежуточные уровни бывают благоприятны для представителей управленческого аппарата, впрочем, без серьезного ухудшения качества товаров народного потребления.

И снова реакция на эти альтернативы демонстрирует влияние тотальной власти на тех, кто ей подчиняется. Знаменитое великолепие восточного деспотизма, а также не менее знаменитая нищета его подданных уходят своими корнями в политику, которая направлена не на народный потребительский оптимум, а на оптимум правителей.

Этот оптимум имеет не только экономический, но и юридический аспект. Концентрируя в своих руках все созданное народом, правители ограничивают количество товаров, доступных для населения. Издавая законы, запрещающие простолюдинам пользоваться престижными вещами, они обеспечивают себе безграничное потребление. В простых гидравлических государствах обе эти цели достигаются без особого труда. Усиливающееся социальное расслоение общества усложняет дело, но не мешает правителям создать необходимый им оптимум.

В империи инков простолюдины питались очень плохо и имели мало возможностей предаваться пьянству. Зато правители объедались и пили, сколько хотели («Законы Ману»). Более того, разрыв между этими группами увеличивался благодаря законам, которые разрешали пользоваться золотом, серебром, драгоценными камнями, красочными перьями и шить одежду из шерсти ламы только тем, кто принадлежал к правящему классу. Простолюдинам позволялось украшать одежду самым скромным орнаментом, но даже ее разрешалось носить лишь в особых случаях (Бартон Дж. Царские надписи шумеров и аккадцев).

Распоряжения подобного рода легче всего вводить в