Четвертый путь к сознанию - Георгий Иванович Гурджиев

Я поступал следующим образом: делал из глины и воска фигурку человека, изображавшую моего подопытного, которого я приводил в гипнотическое состояние. Дальше я натирал какую-либо часть тела загипнотизированного человека смесью оливкового и бамбукового масла, затем, удалив часть масла, натирал им соответствующее место глиняной фигурки.

Особенно удивило тогда моего отца то, что, когда я кольнул иглой фигурку в место, смазанное маслом, загипнотизированный человек дернулся, а когда я уколол фигурку сильнее, на соответствующем месте кожи человека выступила капелька крови.

Интересным оказался и тот факт, что испытуемый человек, выведенный из состояния гипноза, не помнил абсолютно ничего, что с ним за это время произошло, и, конечно, не чувствовал боли от «уколов».

Ссылаясь на то, чему свидетелем он был, мой отец сказал: «Нечто», сформировавшееся в человеке, может самостоятельно реагировать на определенные внешние воздействия».

Отец, занимаясь моим воспитанием, имел определенную систему, глубоко им выношенную и повлиявшую на формирование моей личности самым благотворным образом.

С раннего детства он так формировал мой образ мышления, так развивал мои чувства, чтобы в будущем исключить появление у меня таких черт характера, как привередливость, трусость, робость, зазнайство, вызывающих безволие, безразличие к жизни.

Я очень хорошо помню, как с этой целью он подкладывал мне в кровать животных – мышь и лягушку, позволял мне брать в руки неядовитых змей и даже играть с ними.

Отец учил меня, что человек должен заботиться о своих близких, особенно о старых людях, таких, как моя мать, тетя, и даже пожилых пастухах, которые на нас работали.

Он заставлял меня вставать рано утром, когда детский сон особенно сладок, и идти к роднику. чтобы облиться холодной ключевой водой, а также приучал меня обходиться легкой одеждой даже в холодную погоду.

И как я ни пытался отлынивать от этих легких обязанностей, отец никогда не уступал, хотя был добрым человеком и очень любил меня. Несмотря на то что я очень часто подвергался наказаниям, я вспоминаю его с благодарностью за все то, что он для меня сделал.

Не будь отец так строг и требователен ко мне, я не смог бы, став взрослым человеком, преодолеть все препятствия, которые возникали на моем пути во время длительных странствий.

Отец не только проявлял требовательность ко мне, но и к себе относился не менее строго. Он вел жизнь, педантично подчиненную строгому распорядку.

Например, он всегда ложился спать очень рано, чтобы так же рано вставать на следующее утро, и не изменил этой привычке даже в день свадьбы собственной дочери.

В последний раз я виделся с отцом в 1916 году. Ему было уже 82 года, и при этом он был здоровым, полным сил и оптимизма человеком, в его густой бороде белело всего несколько седых волос. Он умер годом позже и не своей смертью.

Это событие, горестное и несправедливое для тех, кто его хорошо знал, случилось во время нелепого взрыва человеческих страстей, когда турки в очередной раз атаковали Александрополь и моя семья вынуждена была бежать, чтобы спастись.

Отец не захотел бросить наш дом на произвол судьбы и, защищая его от турок, был тяжело ранен, вскоре умер и был похоронен несколькими стариками, случайно оказавшимися свидетелями этих событий.

Тексты древних легенд и песен, записанные отцом, были, к несчастью, безвозвратно утеряны во время массовых грабежей и погромов. Его голос, записанный на пленку фонографа, содержащую несколько сотен песен, возможно, уцелел среди вещей, которые мне пришлось оставить в Москве.

Мне будет очень жаль любителей народного фольклора, если эти записи бесследно исчезнут.

Своеобразие личности моего отца, его недюжинный ум будут, несомненно, по достоинству оценены читателями, если я приведу здесь несколько любимых изречений моего отца, которые он часто и очень к месту употреблял в беседе.

В связи с этим очень интересно отметить, что те же самые изречения, если их вставлял в разговор кто-нибудь другой, воспринимались иначе и казались верхом нелепости.

– Не отведав соли, не узнаешь вкус сахара.

– Сутана – хороший покров для глупости.

– Если священник пошел направо, разумный человек должен, не раздумывая, повернуть налево.

– Чтобы признать себя трусом, нужно иметь немало мужества.

– Человека насыщает не наличие пищи, а отсутствие жадности.

– В потемках вошь страшнее тигра.

– Своя ноша не тянет.

– Глуп тот, кто слишком много умничает.

– Болтливая жена хуже тяжелой болезни.

– Счастлив тот, кто не замечает своих несчастий.

– Чингисхан был могущественным человеком, но полицмейстер еще могущественнее.

– Если хочешь стать богатым, подружись с полицией.

– Если хочешь стать знаменитым – подружись с журналистами.

– Если хочешь быть сытым – подружись с тещей.

– Если хочешь жить в мире и спокойствии – подружись с соседом.

– Если хочешь спокойно спать – помирись с женой.

– Если хочешь стать атеистом – подружись со священником.

Чтобы дать вам полное представление о личности моего отца, я должен рассказать о его характере, редко встречающемся среди современных людей и вызывавшем удивление у всякого, кто был с ним хорошо знаком.

С тех самых пор, когда отец внезапно лишился всего своего богатства и был вынужден заняться коммерческой деятельностью, его дела шли так плохо, что все те, кто был в курсе его бизнеса, считали его крайне непрактичным.

И в самом деле, любое коммерческое предприятие, которое организовывал мой отец, несмотря на все его усилия приносило ему одни убытки. Однако так происходило не потому, что он был непрактичным в деловом отношении или не имел способностей к коммерческой деятельности. Причина этих неудач заключалась в его характере.

Свойство его натуры, по-видимому сформировавшееся еще в детском возрасте, я бы определил так: инстинктивная антипатия к возможности строить свое счастье на несчастьях других людей.

Иными словами, будучи очень гордым и честным человеком, мой отец никогда не мог извлекать выгоду из наивности или неопытности своих партнеров. Но большинство из тех, кто окружал его, являясь типичнейшими представителями своего времени, использовали его честность и несуетность для того, чтобы обмануть его самым бессовестным образом.

В самом деле, к моему отцу идеально применимы строки Священного Писания, которые цитируются представителями самых разных вероисповеданий для того, чтобы описать убожество нашей обыденной жизни:

«Если не хочешь быть избитым – бей первым.

Если ты не ударишь – будешь забит до смерти, как Сидорова коза».

Несмотря на то что мой отец часто попадал в сложные ситуации, преодолеть которые было невозможно, и несчастья сыпались на него как из рога изобилия, несмотря на то что он постоянно сталкивался с самыми низменными проявлениями