Четвертый путь к сознанию - Георгий Иванович Гурджиев

Вскоре после приезда в наш город он, в ответ на просьбу отца-настоятеля, дал согласие стать моим учителем, заменив Крестовского, который незадолго до того получил место капеллана в одном из полков, стоявшем где-то в Польше. Богаевский был приглашен в Карс, чтобы заместить Крестовского в соборе.

Он оказался очень общительным и добродушным человеком и вскоре заслужил всеобщую любовь и доверие. Даже Пономаренко, которого окружающие считали, и не без основания, грубияном, и тот сошелся с Богаевским довольно близко. Они совместно снимали комнату, расположенную рядом с городским общественным садом и пожарной каланчой.

Так как Богаевский был еще совсем молод, у меня с ним возникли дружеские, доверительные отношения, и я часто заходил к нему в гости или оставался после окончания занятий, чтобы послушать, о чем он беседует с Пономаренко или другими знакомыми, которые часто собирались у него. Иногда я помогал ему по дому.

Среди тех, кто чаще всего приходил к Богаевскому, мне запомнились военный инженер Всеславский, его близкий друг и соотечественник, и офицер артиллерийских войск Кузьмин, специалист по взрывным веществам.

Сидя у самовара, они беседовали обо всем на свете, и я внимательно прислушивался ко всему, о чем они говорили. Будучи большим любителем чтения, я поглощал огромное количество книг, посвященных различным вопросам, и как губка впитывал в себя все, что узнавал. Из-за разницы в возрасте я никогда не решался вмешиваться в их беседы и испытывал благоговение перед их обширными и глубокими знаниями.

Жизнь в нашем провинциальном городке была скучна, и, чтобы развеять тоску, эти люди собирались одной компанией довольно часто. Их дискуссии, постоянным свидетелем которых мне доводилось быть, пробудили во мне интерес к абстрактным вопросам, который не угас до сих пор.

Это увлечение «высокими материями» определило всю мою будущую жизнь, поэтому я остановлюсь на этом периоде моей жизни довольно подробно. Однажды во время очередной дискуссии завязался горячий спор о спиритизме и в том числе о cтоловерчении, которое в те дни привлекало всеобщий интерес.

Военный инженер утверждал, что этот феномен осуществляется при участии духов, остальные присутствующие относили его к проявлению иных сил природы, таких, как магнетизм, закон притяжения, самовнушение и т. п., но никто не отрицал существования этого феномена как такового.

Я слушал как всегда внимательно: эта тема меня очень заинтересовала. Хотя я много читал, но мне еще не попадались книги о спиритизме. Этот интерес многократно усилился под влиянием одного события в моей жизни. Я все еще скорбел о недавно умершей младшей сестренке, и тема смерти и загробной жизни, обсуждаемая моими знакомыми, чрезвычайно волновала меня.

Дискуссия закончилась, и собравшиеся решили провести эксперимент, для которого понадобился стол на трех ножках. Как раз такой находился в комнате, но, большой специалист по этому вопросу, офицер артиллерии отверг его, потому что он был изготовлен с применением гвоздей. Он объяснил, что нужен такой стол, в котором отсутствует металл, и поэтому я был послан к соседу и вскоре вернулся, захватив с собой то, что было необходимо.

Наступил вечер, мы расселись вокруг стола, положив на него руки определенным образом, как нам показал Кузьмин.

Минут через двадцать стол начал двигаться. И инженер спросил его о возрасте каждого из присутствующих, и он отстучал ножкой соответствующие цифры.

Мне трудно описать, какое сильное впечатление произвело на меня это событие. Передо мной открылся целый мир неизведанного, непостижимого.

Все, что я увидел и услышал, так поразило меня, что я думал об этом всю дорогу домой и целую ночь не спал, размышляя над тем, что случилось.

В конце концов я решился спросить обо всем увиденном у отца Борша.

Услышав мой подробный рассказ, отец-настоятель ответил: «Все это полная чепуха. Не забивай себе голову подобными глупостями. Подумай сам, если духи действительно имели бы возможность стучать ножкой стола – это значило бы, что они обладают физической силой. А если это так, то почему они прибегают к такому идиотскому способу заявить о своем присутствии».

Но хотя я очень уважал своего учителя, я не смог безоговорочно принять его ответ. Мне подумалось, что мой молодой репетитор и его друзья, которые окончили высшие учебные заведения, гораздо более образованны, чем старый человек, который учился во времена, когда наука еще не достигла такого прогресса, как теперь. Я решил, что мои молодые друзья наверняка знают о некоторых вещах гораздо больше, чем мой старый учитель.

Чтобы глубже разобраться в этом вопросе, который меня заинтересовал, я обратился к книгам, которые мне давали Богаевский и его друзья.

Но моя напряженная учеба оставляла очень мало свободного времени, и в конце концов я забыл обо всем этом.

Время шло. Я очень усердно занимался со своими учителями, а во время недолгих каникул ездил к дяде в Александрополь, где завел много друзей. Целью моей поездки было желание подзаработать, так как я постоянно испытывал нужду в деньгах. Мне необходимо было покупать еду, одежду, книги и т. п., а также материально поддерживать некоторых членов семьи.

В Александрополе меня ценили как мастера на все руки и часто просили починить то одно, то другое. Один человек хотел починить замок, другой – старые часы, третий просил собрать печь особой конструкции из местного камня. Кому-то необходимы были богато вышитые подушки для приданого своей дочери, кто-то хотел украсить поделками свою гостиную. Короче говоря, у меня была обширная клиентура, и моя работа щедро оплачивалась.

В Карcе я вращался в среде интеллигентных людей и из-за своих предрассудков не хотел, чтобы они узнали, что я простой ремесленник, и заподозрили, насколько бедна моя семья. Мне было бы неприятно, если бы они увидели, как я зарабатываю себе на жизнь. Мое самолюбие было бы сильно уязвлено.

Итак, на Пасху, как обычно, я отправился в Александрополь, который находился примерно в шестидесяти милях от Карса, с намерением остановиться в доме моего дяди, который всегда относился ко мне очень хорошо.

На следующий день моя тетя за обедом вдруг сказала мне: «Послушай, будь поосторожнее, чтобы с тобой ничего не случилось».

Я удивился: «А что со мной может случиться?»

«Да я и сама толком ничего не знаю, – смутилась она. – Но часть предсказания сбылась, и я боюсь, как бы и остальное не осуществилось», – и она рассказала следующее.

В начале зимы полоумный Иунг Ашох Мадиросс приехал в Александрополь, и почему-то моей тетке пришло в голову узнать о том, что ожидает меня в будущем. Она пошла к нему и