Академия неформат - Наталия Зябкова

Девушка мягко высвободила ладонь из его прохладных слабых пальцев.

− Насколько мне известно, хотя я ещё не побеседовала с доктором Тормвелом, у вас точно такие же симптомы, как у остальных студентов, подвергшимся нападению неизвестного. Ну, может быть, за исключением исчезновения татуировок. У вас кровопотеря – оттуда – слабость. Ещё и значительное снижение магического потенциала, что тоже может быть следствием кровопотери. Отчаиваться рано!

Шален немного помолчал, переводя дух, а потом задумчиво произнёс:

− Как я понимаю Шульмана! Вы замечательная. Не нужно смущаться, я по-дружески, на правах старшего по возрасту. Будьте всё-таки с ним осторожнее. Патрик милашка, но, как все мы, лишь до определенного момента.

Жаклин не нашлась, что ответить.

Дверь открылась, пропуская высокого мужчину лет тридцати в белом халате поверх тонкой батистовой рубашки и черных строгих брюк. Кудрявые русые волосы были стянуты сзади в аккуратный маленький хвост.

− Здравствуйте! Плановый обход: вынужден попросить посетителей на выход! – строго произнёс он хорошо поставленным голосом.

Жаклин поздоровалась и представилась.

− Я бы хотела побольше узнать о состоянии сьера Шульмана – мне нужно доложить ректору…

− Сьер Вайс может сам заглянуть ко мне на досуге! – отрезал доктор. – Пока не могу сообщить вам ничего нового.

Девушка растерялась от такой отповеди.

− Тогда не буду мешать, − она улыбнулась Шалену. − Джейд, поправляйтесь! Рози передать привет от вас?

− Она была сегодня утром, − ответил парень. – Принесла розы и роман. Приходите завтра, хорошо?

Жаклин кивнула и помахала ему рукой, выходя. Не много же ей удалось узнать, в том числе от бесцеремонного доктора Тормвела. Теперь предстояло держать ответ перед ректором…

− О! Вы здесь! – к дверям палаты торопился Альберт Вайс. – Пока от вас дождёшься отчета, год пройдёт!

− Доктор Тормвел меня выгнал из палаты – идет осмотр, − на всякий случай предупредила Жаклин.

− Ничего, мне можно! – Вайс толкнул дверь, забыв о существовании девушки.

Она постояла несколько мгновений, соображая, как поступить, а потом пожала плечами и решила – раз её отодвинули, пора наконец заняться личной жизнью! До свидания с Патриком оставался час.

***

Она шла по аллее, соединявшей жилой корпус с фонтанной площадью, поминутно одёргивая себя – шаг помимо воли ускорялся, так и норовя сорваться почти на бег. Сердце мячом скакало в груди, а пальцы холодели от волнения.

Она здоровалась со встречными студентами, внутренне молясь, чтобы никто не попытался задержать. Почти у самого фонтана ей встретился магистр Грюно, неторопливо шествовавший рядом с магистром Флери, о чем-то беседуя. Девушка поздоровалась, удостоившись лишь кивков от обоих магистров – Грюно едва на неё взглянул. Сейчас это вполне устраивало – вести с ним долгие пространные беседы никак не входило в её планы.

Жаклин шла к воротам, внутренне умирая и возрождаясь с каждым шагом. Парковая аллея, уходящая вдаль, пустовала. «Он же не может ждать меня на виду у всех! Или, может, просто опоздал» − успокаивала она себя.

***

Дойдя до перекрестка, а точнее до места, где основная дорожка делала поворот, разделяясь на три поменьше, она заметила Шульмана, который расхаживал взад-вперед, не находя себе места, под раскидистым кустом, усыпанным яркими красными цветами.

− Патрик! – тихонько позвала девушка. Парень буквально засветился, увидев её. Жаклин помимо воли ускорила шаг – то же произошло и с Шульманом. Они почти бежали навстречу друг другу.

− Ты всё-таки пришла! – он взял её за руки, заглядывая в лицо с почти детским восторгом. – Я уже начал переживать!

− Пойдём! А то нас тут могут увидеть! – забеспокоилась Жаклин, пытавшаяся отнять у него свои руки. Шульман не позволил, пристраивая одну себе под локоть и придерживая ладонью.

− Идём. Пусть себе видят! Мы взрослые люди.

В противоречие словам он повлёк её на тоненькую тропинку, проходящую прямо по газону между деревьев.

− Так короче, − пояснил он, заметив непонимающий взгляд девушки.

− Я не хочу спускаться напрямик по косогору! – на всякий случай предупредила она. – Там красиво, конечно, но можно ноги переломать.

Пришёл черед Шульмана удивляться.

− Когда это ты там спускалась? Это же опасно!

− А помнишь, когда ты меня встретил в городе? Магистр Грюно показал мне тот путь − на самом деле это не дорога, а какая-то козья тропа.

− Странный он, этот магистр Грюно, − пробормотал Патрик. − Порой ведёт себя противоречиво – будто два разных человека. Иногда на лекции такое чудит! Предметы свои знает прекрасно, но с настроением прямо беда – то рубаха-парень, то угрюмый бирюк. Никогда не угадаешь, какой стороной к тебе сегодня повернётся.

− Да, я заметила, − подхватила Жаклин, но осеклась: как-то некрасиво обсуждать другого преподавателя за спиной, тем более с учеником. – Давай поговорим о чём-нибудь другом, − попросила она.

− Давай. Расскажи о себе: где выросла, училась?

− А, тут ничего интересного: родилась в Тартасе – это маленький городок на юге. Большую часть времени прожила у тёти Аделины, в Кардоссе. Там закончила школу и Кардосскую академию. Потом моя профессор Уна Грейвз порекомендовала меня сюда, на освободившееся место. Вот и вся история.

− Нет, так не пойдёт! – покачал головой Патрик. – Это не рассказ, а выдержка из досье, или автобиографии. Я хочу знать, с кем ты дружила в детстве, какие книги читала, о чем мечтала, что любила больше – капусту, спаржу, или сельдерей, и чего желаешь добиться теперь.

Жаклин замолчала, обдумывая, что бы такого рассказать. Патрик понял правильно.

− Давай, тогда я начну, − улыбнулся он, и погладил её по руке. – Я самый младший в семье. Ну, ты это уже знаешь – у меня есть трое братьев. Так случилось, что детство в основном прошло в деревне, а практически вырастила меня кормилица. Нет, на мать не в обиде – она поступила единственно верным образом. На самом деле, годы, проведённые там, до сих пор остаются самыми счастливыми. Однако, это наложило свой отпечаток – каждый раз, возвращаясь, очень долго не мог понять, почему нельзя играть и общаться на