Волчья балка - Виктор Иванович Мережко

— В основном по мероприятиям… Праздники, презентации, приемы. А что, у следственного управления к ним какие-либо вопросы?

— Нет, просто поинтересовался.

— Если вы кем-то интересуетесь, то спина сразу идет мурашками.

— Может, и так, — Петр Петрович усмехнулся впалыми щеками. — Условимся так, Борис Сергеевич. Я все услышал. Постарайтесь с вашими размышлениями, подозрениями, советами ни к кому больше не обращаться. Пусть до поры до времени это будет между нами.

— А МВД?.. Мне бы хотелось, чтобы и там были в курсе наглой клеветы.

— В ближайшее время я встречусь с новым начальником областного управления генералом Иванниковым и изложу суть нашей беседы. Не возражаете?

— Не только не возражаю, Петр Петрович, — нижайше благодарю…

Жара набирала силу, над землей трепетно расплывался сизый бархатный зной, вся живность или попряталась в слабую зелень полувысохших деревьев и кустарников, или забилась в норы.

Парни прикатили на «Волчью балку» ближе к полудню, свернули к смотровой площадке поста, Виталий подогнал мотоцикл в тень служебного домика.

Гуляев, стоявший на трассе, увидел неожиданных гостей, достал рацию.

— Стас, тут подкатили какие-то альбатросы, шугани их!

Виталий огляделся, качнул головой.

— Да, веселая картинка, — повернулся к Володе. — Кстати, фотик прихватил? Место колоритное.

— Как без этого? — тот спрыгнул на землю, достал из сумки довольно серьезный фотоаппарат, навел объектив на пепелище, пару раз щелкнул.

Из домика вышел Стас, недовольно крикнул:

— Эй, герои!.. Чего здесь партизаним?

— Снимки на память! — засмеялся Виталий. — Где еще такое увидишь?

— Подожги дачку своего папеньки, не такое увидишь! — гаишник подошел к Володе, отвел объектив камеры в сторону. — Все, отдыхаем. Съемка окончена!

— Что — нельзя, что ли? — возмутился тот.

— Нельзя. Объект запрещен для фотографирования и прочей развлекухи!.. Все! Харэ! Спрятали балалайку, сели на свой трактор и веселый ветерок хоть в спину, хоть в харю!

— Мы молодые журналисты!

— Тем более. Наваляете такое, что опосля теща с тестем не разгребут!

— Мы правда молодые журналисты, — вмешался Виталий. — В этом году поступаем в университет.

— Документы!

Парни достали паспорта, протянули Стасу. Тот полистал их, повертел в руках, вопросительно посмотрел на незваных гостей.

— Ну, и чего дальше?

— Нам нужен ваш сотрудник Лыков, — сказал Володя.

— Лыков?.. А вы откуда его знаете?

— Видели по телику. Он давал интервью с того места, где расстреляли трейлер.

— Ну, и чего дальше? Смысл интереса?

— Поговорить, побеседовать… Будет интересный материал.

— Лихие парни, — почесал затылок лейтенант. — Начнем с того, что младший лейтенант Игорь Лыков здесь больше не служит.

— Почему?

— Тебе спеть или ответить конкретно стишками?

— Можно конкретно стишками.

— Сейчас… — Стас задумался, потом выдал: — Служить Игореша был бы рад, но получил пинком под зад!

— За что?

— А вот это, веселые и находчивые, почти государственная тайна.

— И больше он здесь не появится?

— Думаю, обязательно появится. Для проведения следственного эксперимента.

— А где можно его найти?

— Парни, вы что — совсем? — психанул Кулаков. — Чего прицепились? Нет здесь больше Лыкова! И не будет! А где найти — вопрос не ко мне! К цыганам, которые на базаре дурачат! Они все расскажут и даже покажут!

Подошел Григорий, лениво козырнул.

— Какие вопросы, господа?

— Вот, ищут Игоря Лыкова, — вместо парней объяснил Стас.

— Зачем?

— Молодые журналисты. Хотят про него сделать репортаж.

— Про Лыкова?

— Говорят, про него.

Гуляев внимательно и по очереди осмотрел приехавших ребят, усмехнулся.

— Вам известно, что Лыков уволен из рядов МВД?

— Да, нам уже сказали, — кивнул Виталий.

— А если человека увольняют из органов, значит что?

— Что?

— Значит, человек гнилой, недостойный, порченный. И вам, молодым журналистам, вряд ли стоит делать репортаж о подобном бывшем сотруднике. Себе же во вред.

— Но Володя видел его по телевидению!.. Он вытаскивал раненых из этой бойни.

— Вытаскивали все, не он один. Но одни тащили изо всех сил, а кто-то наполовину, с трёпом по телику! Поэтому, уважаемые, тему закрыли!

— Тут вот какое дело, — не выдержал Володя Гуськов. — К нам в дом… ну, где я живу с мамой… пришел человек, чабан!.. Раненый, его избили. Он сказал, что записку передал именно Лыкову.

— Какую записку? — нахмурился Григорий.

— С номером того трейлера, который был потом расстрелян.

— Можешь яснее?

— Чабан… Он сейчас пока у нас. Этот чабан передал записку Игорю Лыкову с номером трейлера, который перевозил вроде наркотики. Мы бы хотели побеседовать с Лыковым, получить интересные сведения.

— А вы что — следователи?

— Сказали же, поступаем в университет! Если раскопаем, будет бомба!

— За бомбу, милый, сейчас срок дают. Записка эта у кого теперь?

— Не знаю.

— А чабан?

— У нас дома… Ну, где я живу с мамкой.

— Адрес можешь назвать?

— Зачем?

— Проведать твоего чабана.

— Не назову.

— Почему?

— Потому что он убежал от бандитов, которые хотели его убить. И теперь прячется у нас.

— Думаешь, я тот самый бандит?

— Ничего я не думаю, просто не скажу и все.

— Ваши документы.

— Мы уже показывали.

— Документы!

— Пожалуйста, — Виталий достал права и техпаспорт, передал Григорию.

Тот изучил, вернул.

— Свободен.

— Не «ты», а «вы»!