Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 1 - Максим Шаравин

Лапа молча кивнул и развернулся ко мне:

— Пошли.

Мы подошли к Мирону и Мишке, которые сидели на перевёрнутых вёдрах.

— Вставайте, двигаемся к Егорычу быстрым шагом, — сказал Лапа и припустил вперёд.

Мы прошли уже центр лагеря и двигались к западному проходу, когда я заметил бегущего на нас падальщика. В него уже летел огненный шар — Лапа тоже его заметил.

— Всем быть предельно внимательными, активируйте кольчуги, мечи из ножен, — скомандовал Лапа.

— Мирон, мне нужна вода, — я повернулся к поручику Миронову.

— Впереди с левой стороны будет небольшой водоём, мы там берём воду для бытовых нужд лагеря, — сразу ответил Мирон.

— Лапа! — окликнул я его.

— Я всё слышал, ускоряемся к водоёму, — Лапа и Мирон побежали так быстро, что мы с Мишкой еле поспевали.

Подбегая к водоёму, мы обнаружили трёх падальщиков и крылатую ящерицу, которые рвали на части тело убитого ими солдата.

— Задержу! — крикнул Лапа и атаковал тварей.

Мишка кинулся за ним, на ходу создавая маленький огненный шар и кидая его в падальщика. Я искренне порадовался за друга — пусть и в такой ситуации, но он проявляет себя и старается быть полезным.

Мы с Мироном кинулись к водоёму. Я успел создать щит и хлысты, когда к водоёму вышел огромный «паук». Мирон встал рядом:

— Княжич, у тебя мана есть?

— Полный браслет и ядро, но поделиться не смогу, сейчас браслет не снять, — быстро ответил я.

— Тогда я на подстраховке, мана почти на нуле. Кольчугу уже снял, чтобы поддерживать водный щит, — проинформировал меня Мирон.

— Хорошо, поручик, сам справлюсь, — уже наступая на «паука», буркнул я.

Я прекрасно помнил, что его слабое место — это брюхо. Но «паук» двигался, а чтобы ударить «каменными шипами», надо его остановить хоть бы на пару-тройку секунд.

Я нанёс ему удар хлыстами в переднюю броню, пробить не смог, но оставил хорошие борозды. А самое главное, «паук» затормозил от удара и зашипел, клацая своими жвалами. Я снова нанёс удар хлыстами — «паук» полностью встал и оторвал от земли свои передние лапы. «Каменные шипы» пробили его брюхо и вышли со спины. Немного подергавшись, «паук» застыл. Я подошёл и забрал с него всю силу.

— Там ещё четыре падальщика и ящерица, — махнул рукой в сторону подошедший Мишка.

— А откуда четвёртый? — удивился я.

— Так это тот, которого Лапа подпалил. Я его догнал и мечом зарубил. А потом притащил в общую кучу, — довольно сообщил Мишка, улыбаясь.

— Красавец, весь в меня, — я засмеялся, и мой смех подхватили остальные, таким образом скидывая напряжение боя.

— Мишка, мчись во все ноги к Беркуту. Скажи, что тут прорыв. Пусть шлёт подмогу. Но чтобы по сторонам смотрели, а то монстры уже на территории, — сказал Лапа.

Мишка кивнул, указал мне глазами на кучу с монстрами и рванул к Беркуту.

Я быстро подошёл к мёртвым тварям и забрал себе их силу.

— А ловко ты этого «паука» уделал. Мы с Мишкой, как своих тварей добили, хотели тебе помогать. Я же видел, что хлысты не пробили грудную броню. А тут раз — и шипы уже торчат со спины, — Лапа подошёл к висящему на «каменных шипах» «пауку».

— Здоровый, зараза. Откормился в туннеле на падальщиках, — Лапа потрогал жвалы «паука». — Ну что, готовы? Осталось недалеко. Посмотрим, что там Егорыч делает.

Лапа побежал в сторону западного туннеля, постоянно крутя головой по сторонам.

Бой с тварями мы увидели почти сразу, хотя до него ещё было метров пятьсот. Ворота были вынесены, но «гориллы» или другого крупного монстра, способного на такое, я не видел. Пока бежали, я разглядел три крупных очага сражающихся.

— Лапа, бери Мирона, пусть тебя страхует. Он пустой по мане. А я врублюсь щитом в левый очаг. Там дела, судя по всему, самые плохие. Бери на себя правый, потом центральный возле ворот, — крикнул я Лапе, и он молча сразу свернул направо.

Я поддерживал водный щит и вёл его перед собой. Кольчуга работала на полную мощь. Маны было огромное количество в запасе. В случае раны регенерация будет работать в полную силу. Водные хлысты в руках. Я ещё никогда не чувствовал себя полностью готовым к бою, но сейчас я был готов.

«Каменные шипы» вскрыли животы сразу нескольким падальщикам и «пауку». Хлысты засвистели в воздухе, снося головы двум ящерам. Ещё один «паук» ударил меня жвалами, но я подставил щит, и его голову разорвало на мелкие куски. Защищающиеся, увидев, как начали погибать монстры, усилили напор со своей стороны. Огненная волна пошла в толпу монстров, а следом солдаты добивали их мечами.

Снова принимаю на щит уже прыгнувшую на меня ящерицу — её откидывает на добрых два метра, она приземляется как кусок желе и не шевелится, похоже, целых костей у неё не осталось. Хлыстами сношу головы ещё двум ящерам. Остальных монстров уже добивают солдаты, рубя их мечами.

Поворачиваюсь к центральному очагу, но там уже Лапа помогает Егорычу.

И снова «каменные шипы» — в этот раз на них болтается ящерица, которая подкралась к Лапе, пока тот увлечённо рубился мечом с двумя падальщиками. Лапа обернулся и поднял руку в знак благодарности.

Ещё около двадцати минут мы зачищали окрестности стены, а солдаты восстанавливали ворота, когда к нам пришёл Беркут и двадцать солдат.

— Что-то ты не торопился, — тяжело дыша и без всякой злобы сказал Егорыч Беркуту, когда поблизости не было солдат. — Если бы не княжич с Лапой и Мироном, нас могли и покрошить. У меня мана почти на нуле. А солдаты давно уже пустые были. На мечах рубились.

— Задержались в лагере. Зачищали от монстров. Группа из двадцати падальщиков и пяти ящериц, — ответил Беркут.

— Мы эту группу не встретили, только «паука», четверых падальщиков и ящера, — сказал Лапа.

— Ага, видели трупы возле водоёма, — Беркут сел на лавку возле стены и привалился к ней.

— А где Мишка⁈ Мы его за тобой отправили, Беркут! — спохватился я.

— Нормально с ним всё. Целители его сейчас латают в лагере. Кстати, Егорыч, ты ему теперь должен за Машку. Мы же их в столовке нашли, Мишка еле живой был. Пятерых падальщиков положил мечом. Машку защищал, — сказал довольный Беркут. — Из парня отличный боец будет.

К нам подошёл Молчун, ведя под руку хромающего Слона.

— Жив Слоняра, — Егорыч хлопнул его по раненной ноге.

— Егорыч, твою маму, больно ведь, — запричитал Слон.

— Не