Эзотерическое подполье Британии. Как Coil, Current 93, Nurse With Wound и другие гениальные сумасброды перепридумали музыку - Дэвид Кинан

созданий в возлюбленных Христа – скорбных дев и свидетельниц его страстей. «Эта фраза мне очень напоминала де Квинси, хоть она и написана до него, – объясняет Тибет. – Идея горестных мистерий – вот в чем вся суть. Они несут муки, но на самом деле являются источником радости. Хотя поначалу эта фраза кажется очень меланхоличной, даже готичной. Думаю, весь альбом вышел довольно шизофреническим, будто состряпанным наспех. Многое на нем меня уже не трогает». Несмотря на это, длинная заглавная композиция – фантастический пример контролируемой истерии: Тибет выкрикивает енохианскую фразу как мантру, в то время как группа играет и играет без намека на финал. Живьем она впечатляет еще больше, поскольку Тибет часто затевал вокальные импровизации, вспоминая строки из «Mushroom Clouds Are Falling» группы Love. «Тибет любил, чтобы я истекала кровью на сцене, когда мы исполняем „Christ & The Pale Queens“, – вспоминает Роуз Макдауэлл. – Следует уточнить: чтобы были окровавлены мои руки. Я должна была играть на гитаре костяшками пальцев и брать свою белую гитару, на которой кровь заметнее. Мне всегда приходилось следить, чтобы ведьмам не досталось ни капли». «Думаю, „Christ & The Pale Queens“ получилась объективно сильной, – соглашается Тибет, – но могла бы быть в тысячу раз мощнее. Артур Мэкен как-то сказал, что мыслил в огне, но работал в глине. Эта прекрасная фраза передает суть творчества любого художника, поскольку он создает лишь отражение идеала, живущего у него в душе».

В 1988 году Тибет и Уэйкфорд записали мини-альбом Earth Covers Earth. За исключением единственного оригинального трека «Rome For Douglas P.» и фольклорной «Dilly Song», Earth Covers Earth представляет собрание возвышенных переложений английских метафизических стихотворений XVII века с гитарными партиями Уэйкфорда. Изысканно меланхоличный, это один из самых неустаревающих альбомов Current. Здесь снова на первый план выходят размышления о Британии. Тибет наткнулся на фразу Earth Covers Earth в социологической работе об отношении к смерти в постхристианской Европе. «Эти слова показались мне прекрасными, словно взятыми из Библии, – говорит он. – Из праха мы вышли и в прах вернемся, станем землей и в землю вернемся». Ее отражение, песня «Time Tryeth Truth», названа так по надписи, которую Тибет и Пирс увидели на могиле на Бруквудском кладбище неподалеку от Лондона. Обе песни основаны на «Fields», которую Уэйкфорд сочинил для Lex Talionis – альбома Sol Invictus в тройном бокс-сете наряду с Horsey Current 93 и Lumb’s Sister Nurse.

«Fields» вдохновлена видом многочисленных рядов могил на военном кладбище, которое Уэйкфорд посетил в одном из путешествий по Европе. «Пейзаж был плоским и довольно унылым, окруженным „полями цвета ее волос“, – рассказывает он. – А потом вдруг я увидел все эти кресты, „словно скрещенные стрелы, указующие в небеса“, и вспомнил резную трость, которую моему родственнику подарил заключенный концлагеря в благодарность за свое освобождение». Когда Уэйкфорд сыграл Тибету песню, образы объятых огнем Дрездена и Ковентри и полей, где «лежат отцы, братья и любимые», спетые под незатейливую гитарную партию, побудили Тибета сделать на нее кавер на новом альбоме. Текст Уэйкфорда он заменил «Sic Vita» – стихотворением Генри Кинга (1592–1669) о мимолетности человеческой жизни на фоне вечности.

Интерес Тибета к жанру ванитас[130], посвященному бренности человеческого существования, заметен по обложке Christ & The Pale Queens Mighty In Sorrow с черепами и зеркалом. Он неизбежно привел его к изучению метафизической поэзии XVII века. Работая над Earth Covers Earth, он читал Эндрю Марвелла (1621–1678), Джона Холла (1627–1656) и Генри Кинга, бо́льшая часть творчества которых опубликована в оксфордском трехтомнике «Второстепенные поэты периода правления Чарльза I». После цитирования на предыдущем альбоме Хильдегарды Бингенской его обращение к поэтам-метафизикам свидетельствует о стремлении закрепить тенденции, обозначенные в Swastikas For Noddy. Но настроение Earth Covers Earth оказалось более набожным. Здесь преобладает акустическая гитара Уэйкфорда с протяжными реверберирующими аккордами, увлекающими за собой лирику в неумолимом потоке времени. «Это одна из тех пластинок, которыми я по-настоящему доволен, – улыбается Уэйкфорд. – Но Тибет в студии такой скупец! Если вы ошибетесь, он просто скажет: да ладно, подумаешь, и так сойдет. Работа с Current – сплошной экспромт. Он приходил и говорил: „Вот мой текст, записываемся?“ Боже! Мог бы попытаться объяснить, чего хочет, заставить сыграть три аккорда, которые вы знаете, чтобы выбрать два, которые понравятся. У нас никогда не было репетиций, так что мы даже не представляли, как должна звучать готовящаяся песня».

Единственная композиция Тибета на мини-альбоме – «Rome For Douglas P.», прекрасная песня, сбросившая топорность студийной версии лишь на концертах. Когда в 1999 году Current 93 выступили с серией концертов в Нью-Йорке, она стала их ключевой композицией. Песня крутится вокруг фразы «Когда падет Рим, падет мир», отражающей убеждение некоторых католических теологов, что Церковь станет последним бастионом Христа после битвы Апокалипсиса и местом назначения для победоносного шествия его возвращающейся армии. Повествующая о том, что мир отпадет от Христа, когда Церковь утратит свое влияние, песня сигнализирует о пробуждении своего рода христианской совести у Тибета после увлечения Кроули и Антихристом: «Что ты мне дал? / Склоненную голову смерти, / Черный флаг, истекающий кровью, / Умирающий рассвет <…>. Подхватит ли меня кто-нибудь, / Когда я паду, как и должно?» Впрочем, посвящение Джеймсу Лоу и надпись на обратной стороне обложки «Да будут счастливы все разумные создания» ясно дают понять, что он по-прежнему увлекается буддизмом. Earth Covers Earth также посвящен Comus – британской прогрессив-фолк-группе, чей демонический альбом 1971 года First Utterance оказал большое влияние на Тибета, не говоря уже о Стэплтоне и Кристофе Химанне. На альбоме Horsey 1990 года Current выпустят кавер на их песню «Diana».

В память об оформлении альбома 1968 года The Hangman’s Beautiful Daughter группы The Incredible String Band на обложке Earth Covers Earth помещен снимок растущей семьи Current 93: Тибет в окружении Бэланса, Стэплтона, Роджерсон, Пирса, Уэйкфорда, Рида и Роуз Макдауэлл. Первоначально идея заключалась в том, чтобы воспроизвести психоделический викторианский снимок на втором альбоме On The Shore ирландской электрик-фолк-группы Trees, однако состав Сurrent был слишком большим для такой съемки, поэтому им пришлось расположиться под деревьями в парке Хампстед-Хит. На виниловом релизе United Dairies фотограф Рут Байер намеренно размыла снимок, чтобы подчеркнуть вневременное ощущение альбома. Четкая фотография на компакт-диске – с Макдауэлл, прячущейся от солнца под красным зонтом, – выглядит еще более странно. «Это было настоящее хипповое сборище, – вспоминает она. – Тогда мы впервые собрались всей компанией. Я познакомилась с Бэлансом, и мы сразу подружились. Прекрасный был день».

На самом диске изображены две соломенные куколки, плетеные символы плодородия, используемые в европейских ритуалах. Уэйкфорд и Тибет обожали такие фигурки и развесили их под потолком по всей квартире. К 2001 году Тибет собрал целую коллекцию плетеных кукол, которых держал на алтаре перед плакатом с Тайни Тимом. «Я всегда восхищался ими, – признается он. – Когда я жил у Тони, то посмотрел фильм „Плетеный человек“[131], и он пробудил во мне этот интерес. Моя мама была знакома с одним из главных кукольников в Йорке, многих я купил у него. Ряженые меня тоже интересовали, но песня Ширли Коллинз об „узле истинной любви“ подстегнула мое увлечение „вегетативными ритуалами“, которые она связывала с судьбой возлюбленных».

На альбоме 1967 года The Power Of The True Love Knot Коллинз использовала образ плетенки из соломы, которую крестьяне вяжут в конце страдной поры, – она символизирует сезонное возрождение и должна поспособствовать хорошему урожаю в следующем году. Для Коллинз это еще и символ неземного узла, соединяющего влюбленных после смерти. «Старые любовные баллады повествуют об истинной любви как силе, не поддающейся общественному контролю, неуправляемой, непреодолимой и незыблемой. Поскольку эта идея до сих пор лежит в основе любой романтики, песни по-прежнему волнуют нас, – пишет она в примечаниях к альбому. – Любовный узел, объединяющий в балладах влюбленных после смерти, служит очень древним преданием. Несомненно, это традиционный символ любви, веры и дружбы, который датчане принесли в Британию со словом „трулофа“[132]. Обладает ли узел истинной любви реальной силой? Песни гласят, что церковь освящала браки по расчету, устроенные для сохранения земель и богатств; что