Дела семейные - Роман Романович

— Да, так бы и сказал, — упрямо ответил Шупа. — А дальше как пойдет. Если же мирных вариантов нет, зачем в друзья набиваться? Держал бы дистанцию, вопросов бы не было. Он же, получается, в доверие втерся, а правду не сказал.

— Стоп-стоп, — выставил я руки перед собой, отметив, как на нас другие ученики оглядываются. — Шупа, а ты скажи мне, Гатс хоть раз подводил? В бою, может, трусость показывал? Или подставлял? Чего молчишь?

— Ты прав, — сказал он. — До этого момента он не подводил. Если не считать случая с Корентайном. И кто знает, что там было. Может, он новую мысль ему в голову закинул, а может, старую усилил. И на самом деле наш Гатс не прочь порубать всех. Он ведь клановый. Может, его специально к нам послали. Чтобы секреты Такена выведать.

— Перегибаешь, — начал и я закипать.

— Может, это ты недогибаешь? — усмехнулся Шупа с отвращением. — Я так понял, ты мстить собираешься. Что с Гатсом-то делать будешь, когда он у тебя на пути встанет?

— Когда встанет, тогда и буду решать, — ответил я твердо. — А сейчас ты, Шупа, херней страдаешь. Подрываешь атмосферу в коллективе. Вот зачем, а? Чтобы через пару недель пойти в бой и голову сложить нам всем? Потому что доверия нет?

— Ты сам можешь ему доверять? — просто спросил Шупа.

И я не нашел, что ответить. Нет, не смогу. Потому что Шупа прав. Что там у Гатса в голове творится — одному ему известно.

Но и потворствовать разложению отношений в коллективе не дело. Потому что сегодня Шупа радуется, что Вологда слил Гатса, глумится над этим, а завтра между нами бойня вспыхнет. Претензии накопятся, а уж убивать мы умеем. Как бы на друг друге эти умения не опробовать.

— Вы оба правы, — сказал Тим. — Обострять не надо, Шупа. Но и по-прежнему не будет. Гатс уже десять раз мог подойти и прояснить ситуацию. Да банально сказать Спару, что если сунется к родичам, то он за них вступится. Или что ему плевать на них, учитывая то, что он грохнул того парня с мечом на турнире.

На этом наш разговор и закончился. Больше не нашлось, что сказать по теме. Так что ситуация осталась в подвешенном состоянии.

Мы уже встали и отправились на выход, когда Тич меня перехватил. Расспросил про самочувствие и что вообще случилось. Пришлось и ему краткую версию рассказывать. Смотрел как-то внимательно слишком. Слышал, о чем спорили? Пожалуй, так и есть.

Как ни странно, чувствовал я себя к этому моменту если не отлично, то сносно. Планировал почитать книги, а дальше спать лечь. Завтра же всеми силами избегать этой Твари с большой буквы, которую родители лишь по недоразумению назвали Марией.

Ну и да, эта демоница будто мысли мои прочитала. Я вышел из столовой, а там она.

— Поел? — спросила Вологодская.

— Нет! — крикнул я. — Никаких тренировок!

— Твоего желания никто не спрашивает. Но не бойся. Вечерняя тренировка, если не будешь тупить, — бросила она с издевкой, — обойдется без боли. Жду тебя на крыше.

Я беспомощно глянул на парней, но те лишь плечами пожали.

Сбежать, что ли? Так ведь догонит.

Глава 16. Лекции, или Как Спартанец воспитанием решил заняться

На этот раз в качестве площадки для тренировки Гроза выбрала крышу нашего жилого здания. Там, где я уже встречался с Тамарой. Вечером стремительно похолодало, поэтому то, что пришла она за мной в легком платье, выглядело странно. Сам я кутался в походную куртку, с капюшоном. Да и артефактный плащ тоже от ветра защищал. Что защищало её — не скажу. Но кое-что видно и обычным глазом — её волосы не колыхал ветер.

Стояла она молча, дожидаясь меня. Был соблазн и свалить, и долго, перебирая каждую ступень, подниматься наверх. Но это какое-то малодушие. Поэтому я просто запрыгнул наверх, косясь на дамочку с подозрением.

Чисто технически она симпатичная. Фигура — что надо. Волосы волнистые. Есть на что посмотреть. Но это технически. Фактически же у змеи тоже есть плавные изгибы, только вот без омерзения не взглянешь.

— Так и будешь на меня настороженно смотреть? Раздражает.

«А мне какое дело до твоего раздражения?» — подумал я.

— Ясно. Щенок обиделся и боится руки хозяйки, — сказала она с недоброй усмешкой.

И в этот раз я проявил чудеса благоразумия, не реагируя. Пусть говорит, что хочет.

— Садись, — указала она на место перед собой. — Закрывай глаза. Я буду создавать сгустки энергии, ты должен определить самый слабый. Сразу начнем с задачи посложнее, возиться с тобой нет времени. И не смотри так. Не буду я больше ничего отключать. Пока что, — добавила она, улыбнувшись.

Раз пришёл, то и садиться пришлось.

Сделал, что просила. Напротив меня сразу загудели сгустки энергии. Их я услышал. Но не почувствовал. Потребовалось некоторое время, чтобы уловить.

— Этот, — указал я на сгусток.

— Надо же, правильно. Потратил всего лишь две минуты двадцать шесть секунд, — с издевкой сказала она. — Ещё раз. Усложним задачу.

Так в последующие минуты и развлекались. Я сидел с закрытыми глазами и указывал на сгустки энергий, в зависимости от того, что требовалось найти. Самый сильный или слабый, выделить два похожих или два самых отличающихся.

Физически меня это не нагружало вроде бы, сиди и сиди. Но всё равно внутри что-то напрягалось. Я даже вспотел немного от напряжения. И сам не заметил, как увлекся. Быть может, потому, что сидел с закрытыми глазами и не видел Марию. Только голос её слышал. Но дальше она никак словесно не издевалась, говорила монотонно, по делу и редко.

— Отличный потенциал, — похвалила она меня в конце, отчего я внутренне скривился. — Жаль, что ты не сможешь его полностью реализовать. Не успеешь.

Это была слишком очевидная подначка, но я всё равно спросил:

— Почему?

— Потому что умрешь раньше.

— Это очередная угроза? — посмотрел я на неё, открыв глаза.

Стало совсем уж темно. Сегодня облачно, ни звезд не видно, ни луны.

— Умрешь не от моих рук, — уточнила она. — И не в бою. Причиной станет то, что организм разрушается.

— Значит, так тому и быть, — невозмутимо пожал я плечами.

Сам внутри похолодев. Ведь целительница говорила то же самое про разрушения, но не упоминала, что это ведет к смерти. Точнее, я воспринял слова Фионы как то, что есть проблема, но нужно просто беречь себя чуть