Детство и юность Иисуса - Якоб Лорбер

12. И Иосиф тотчас же исполнил просьбу Цирения, и велел приготовить простой завтрак, состоявший из хлеба, меда и молока, и небольшого количества плодов.

13. После еды Цирений вместе со всеми присутствовавшими поднялся и хотел, в соответствии со своим намерением, немедленно отправиться в город,

14. но Младенец призвал Цирения к Себе и сказал ему: «Мой Цирений! Ты идешь в город, чтобы хоть чем-то помочь горожанам, находящимся в бедственном положении, и тебе больше всего хочется, чтобы Я был с тобой!

15. Да, Я тоже хочу пойти с тобой, но ты должен слушаться Меня и следовать Моему совету!

16. Смотри, кто страдает больше всех – так это те трое, которые осуждены тобой на двадцатичетырехчасовой страх смерти!

17. И Я вовсе не испытываю радости от чрезмерной боли этих страдающих. Посему сначала пойдем и поможем самым несчастным! И только после этого посетим в городе всех тех, кто менее несчастен, и осмотрим морскую гавань.

18. Если ты сделаешь это, Я пойду с тобой. Но если ты не сделаешь этого, Я останусь дома! – Ибо, смотри, Я в Своем роде тоже Владыка и могу делать что хочу, без того чтобы придерживаться тебя! Но если ты последуешь Моему совету, Я не оставлю тебя!»

Глава 74. Цирений на распутье. Совет Младенца. Мароний как знаток римского права. Помилование трех жрецов на месте казни. Их смерть от радости и оживление благодаря Младенцу Иисусу

21 ноября 1843

1. Когда Цирений услышал слова своего маленького Оратора в колыбели, как Цирений иногда называл Младенца, Который был для него превыше всего, изумился он про себя и не знал, как ему, собственно, поступить.

2. Ибо, с одной стороны, он понимал, что сильно скомпрометирует себя перед народом как нерешительный полководец и верховный наместник,

3. с другой же стороны, он с большим почтением относился к уже испробованной Силе Младенца!

4. Некоторое время он прикидывал так и этак и немного погодя сказал как бы про себя:

5. «О Сцилла, о Харибда*, о предание о Геркулесе на распутье**!

6. Вот стоит герой меж двух пропастей. И если он избежит одной, то неминуемо сорвется в другую!

7. Что же мне теперь делать? Куда повернуть? – Должен ли я впервые предстать нерешительным перед народом и исполнить Волю этого могущественного Ребенка?

8. Или мне следует поступить в соответствии с моим и без того уже весьма мягким решением?»

9. Тогда Младенец снова призвал Цирения к Себе и сказал, улыбаясь: «Мой дорогой друг! Ты толчешь воду в ступе!

10. Что есть Сцилла и что Харибда, и что есть герой Геркулес передо Мной? – Следуй за Мной, и тебе не будет никакого дела до всех этих пустяков!»

11. И Цирений справился со своей нерешительностью, и сказал Младенцу:

12. «Да – моя Жизнь, мой маленький Сократ, Платон и Аристотель в колыбели! Я сделаю по-Твоему, и пусть будет, что будет!

13. Итак, последуем к месту казни и там немедленно обратим наш приговор в милость!»

14. Тогда Мароний приблизился к Цирению и сказал ему очень тихо:

15. «Императорское консульское высочество! Я полностью согласен с советом Младенца, ибо как раз сейчас мне пришло в голову, что смертная казнь духовным лицам никак не может быть объявлена без согласия с Pontifex Maximus*** в Риме,

16. за исключением тех случаев, когда они признаны государственными смутьянами. Эти же трое вовсе не смутьяны, но лишь слепые фанатики своего дела!

17. И потому я весьма одобряю совет Младенца, ибо следование ему может принести тебе только пользу, но никак не вред!»

18. И Цирения обрадовало это замечание Марония, и потому он тут же отправился в путь со всем вышеупомянутым обществом.

19. Добравшись до места казни, он нашел трех жрецов уже почти бездыханными от слишком сильного страха перед мучительной смертью.

20. Только у одного из них хватило духу с большим трудом подняться перед Цирением и молить его о более милосердной казни.

21. Цирений же сказал ему, равно как и остальным двоим: «Посмотрите на Младенца, Которого несет на руках эта мать. Он снова дарует вам жизнь! И потому я тоже дарую ее вам и отменяю свой приговор!

22. И потому встаньте и будьте свободны! Fiat! А вы, стража и судьи, ликторы и палачи, расходитесь со всеми своими орудиями. Fiat!»

23. Известие о пощаде лишило жрецов жизни. Но Младенец простер над ними руку, и они снова вернулись к жизни, и сразу же с великой радостью последовали за своим маленьким Спасителем!

––

* Сцилла – морской водоворот близ Мессины. Харибда – скалы, также близ Мессины. Моряки, которые избегали Сциллы, обычно разбивались о Харибду, и наоборот.

** Геркулес (в греч. мифологии – Геракл) – герой античных мифов, отличавшийся огромной силой и мудростью. Геркулес на распутье – моральная басня, сочиненная греческим софистом Продиком, другом Сократа и Платона, и пересказанная впоследствии Ксенофонтом. Перед молодым Геркулесом, сидящим под деревом, предстают две женские фигуры, олицетворяющие Добродетель и Порок, каждая из которой убеждает его следовать за ней. Геркулес выбирает Добродетель. В античные времена басня была не очень распространена, но приобрела широкую популярность в эпоху Возрождения.

*** Pontifex Maximus (лат.) – первоначально в буквальном переводе: величайший мостостроитель – титул верховного жреца в Древнем Риме, со времен Августа перенятый императорами, начиная с папы Лео I – почетный титул пап.

Глава 75. Осмотр города после урагана. Хорошее действие урагана. Безрассудное намерение Цирения выбросить свой меч. Мудрые слова Святого Младенца о мече как о пастушьем посохе

22 ноября 1843

1. И все быстро покинули место казни, и отправились в город в сопровождении трех помилованных жрецов.

2. И когда они прибыли в город, и оказались на большой площади, а именно – перед внушительной кучей развалин на месте большого храма и огромного дворца жрецов,

3. Цирений всплеснул руками и сказал громким голосом:

4. «О город, как сильно ты изменился! Да, так может действовать только Божья Сила!

5. Всемогущему достаточно лишь подать знак, и в один миг вся земля будет обращена в пыль!

6. О люди! И вы еще хотите бороться с Тем, Кто повелевает стихиями, а они беспрекословно повинуются Ему?!

7. И порываетесь судить там, где повелевает Всемогущество Божества, и властвовать там, где малейшего мановения вечного Владыки достаточно, чтобы превратить вас в развалины?!

8. Нет, нет! Как глуп я, что ношу