Легенды «Вымпела». Разведка специального назначения - Валерий Юрьевич Киселёв

Когда на четвёртые сутки полковник утвердил план, Володя с Фёдором собрали свои шмотки и перебрались жить в блиндаж расчёта «Шилки». Ночью доползли сквозь минное поле до цели и дооборудовали укрытие. И остались уже на месте работать и наблюдать на весь световой день. Выбраться отсюда в светлое время суток незамеченными было уже невозможно.

Опять Володя лежал, прощупывая то в бинокль, то в оптический прицел окна дворца, сад, дорожки вокруг, подолгу задерживал взгляд на красивом балконе и ждал, когда выйдет Амин… К дворцу подъезжали чёрные «мерседесы», другие машины, из них выходили военные, гражданские люди, заходили внутрь и через какое-то время возвращались и уезжали обратно. Много народу мелькало перед глазами, но главного лица так и не было.

– Хоть бы сказали, где окна его кабинета, – опять ругался Фёдор, – там же наши и повара, и врачи, и советники разные…

– Я так понимаю, – отвечал Володя, ни на минуту не отрываясь от окуляров, – нельзя им говорить, вдруг как-то выдадут ситуацию.

– Или сразу разбегутся… Взяли бы вон из «Шилки» по этому окну как дали бы! Я, правда, не видел, как она стреляет…

– Я тоже не видел… Но, говорят, сносит всё на своём пути… Вон, смотри, опять «мерседес» подкатил.

– Живут же люди, на «мерседесах» катаются, во дворцах обедают, а тут…

– Я бы им не стал завидовать… Ты знаешь, он там, в тени кабинета сидит, а за ним в четыре глаза снайперы смотрят. Как-то это к зависти не располагает.

– Согласен, согласен, – я говорю, что жарко и жрать охота…

– Представляешь, если в него отсюда сделать выстрел, что начнётся. У них вон даже танки закопаны и охраны – не меньше батальона…

– Начнётся? Если бы дали ПБС[59]… всё тихо бы и произошло… А тут – грохот от выстрела и пыль поднимем… Кстати, пыль? Что делать?

И Фёдор схватил флягу с водой и стал поливать перед Володей пространство под винтовкой.

– Это чтобы после выстрела пыль не поднялась! Демаскирующий признак.

– Смотри-ка, ты жить больше хочешь, чем пить. Оставь водички, а то от жажды галлюцинации начнутся…

– Днём – галлюцинации, ночью – поллюции… Нравится мне эта жизнь. Кому бы её подарить?

Так прошёл весь день. Ночью уползли под «Шилку», где и забылись тяжёлым, беспрерывным сном. На рассвете разбудил боец и заботливо дал по кружке кофе.

– Чёрт возьми! Кофе? – удивлялся Фёдор. – Где они его здесь достали? Ай, спасибо, братцы… Вот уважили…

Попили кофе, как какой-то привет из далёкой, комфортной жизни, и обратно уползли в темноту на целый день.

К дворцу опять приезжали машины, двигаясь долго, как в замедленном кино, по серпантину снизу-вверх, выходили генералы, министры и скрывались в дверях сияющего своей красотой и монументальностью здания. На куполе развивался афганский флаг, а внизу, метрах в пятистах, шла большая группа солдат, удаляясь в поле. На плечах они несли разноцветные мишени: красные, синие, жёлтые.

– Знаешь, почему у них мишени цветные? – спросил Володя уже явно скучающего Фёдора и, не дождавшись заинтересованности, продолжил: – Мне военспец один рассказал. Ставят все мишени в ряд, сразу все цвета… и стреляют: одни – в жёлтые, другие – в другие…

– Ага… если все попали в красных – значит, против коммунистов, в жёлтых – против китайцев, ха-ха-ха… Для контрразведки упражнение?

– Я смотрю, ты сегодня какой-то очень шутливый…

– Володь! Но ведь ты тоже понимаешь – ерундой занимаемся. Полковник наш там уже давно другие планы нарисовал… Если Амин ни разу даже в окне не мелькнул, как ты думаешь, на балкон он скоро выйдет? А потом, если произойдёт чудо и он появится, и ты в него попадёшь… Что будет дальше? С территории русских прозвучал выстрел, убили их Генерального секретаря, и что?

– Должна быть операция прикрытия…

– Ты что, серьёзно думаешь, что она кем-то разработана и подготовлена? О том, чем мы занимаемся, даже наши не знают…

– Ну, кому надо – знают и даже очень знают.

– Брось ты, ерунда. А операция прикрытия – это мы и есть… Стрельнули, нас здесь положат, а потом переоденут в пакистанскую робу и скажут: «Вот этот, рыжий, – явно пуштун, а этот, с рязанской рожей, наверное, местный таджик?»

Володе и самому не нравилось это уже в общей сложности недельное выслеживание цели. Было понятно: этот способ не годен. Не появится Амин в зоне видимости снайпера. Его охрана, наши же советники, не дадут ему такой возможности. Он всегда будет находиться в мёртвой зоне. Несмотря на паршивое настроение, следить за дворцом в четыре глаза продолжали напряжённо и неустанно. Была в голове всё же шальная мысль: «А вдруг повезёт, и Амин появится где-то в районе досягаемости выстрела?!»

Но и этот день закончил своё путешествие по планете, и стало над полем рядом с дворцом Тадж-Бек, как и положено при окончании дня, темно. Выбравшись с позиции к «Шилке», Володя предложил сразу всё же пойти в штаб и доложить обстановку, заодно и узнать, может, есть какие-то новые вводные. В штабе и на вилле за эти несколько дней всё изменилось. Было много новых лиц. Все суетились, куда-то спешили, при приближении посторонних разговоры смолкали, но все доброжелательно улыбались. Многие лица были совсем белые и выбритые… «Значит, только что приехали из Москвы, – подумал Володя, – да, весело тут становится… Что же будет дальше? Не зря десять дней назад полковник сказал, что конец – это смерть Амина…»

В кабинете у полковника было необычно светло, вовсю горел свет и народ толпился около его стола. Доложив ему, на всякий случай – почти шёпотом, обстановку за два дня, Володя услышал от него вопрос. Не стесняясь, полковник говорил громко, обращаясь сразу ко всем в кабинете:

– Как вы думаете, сколько человек охраняет дворец? Что вы видели?

– Много, очень много, но точно я сказать не могу.

– Ладно, завтра с утра поедете вот с ним… – и указал на рядом стоящего человека, – во дворец. Попробуйте определить точное количество людей в охране.

Человек протянул Володе руку и представился:

– Михал Михайлович, группа А…

Вокруг стола стояли знакомые и незнакомые ему люди. Он узнал и почтительно поздоровался с Григорием Ивановичем Бояриновым и Яшей Семёновым, преподавателем КУОСа. Был ещё один, абсолютно лысый мужик, который протянул руку и сказал:

– Капитан Дроздов…