Террагенезис: Земля - Роман Драксодий

Уже к вечеру рой терраформеров поднимал с океанского дна скальную породу и строил надводную перемычку между островами. Толщина десять метров, ширина двадцать, а длина без малого тридцать километров. Она будет лежать на массивных каменных треногах, расставленных через каждые сто метров. Этакий каменный мост, где в местах соединения отдельных участков пришлось городить металлические демпферные вставки, на которые я пустил военные корабли и всё оружие. Хватило совсем впритык.

Попутно увеличивалась глубина вокруг острова из-за перемещения грунта, что подвело меня к закономерной и неприятной мысли — на Земле мало земли. Чтобы отсыпать адекватную по площади территорию, мне придётся либо превращать весь океан в одну гигантскую Марианскую впадину, либо воровать чьи-нибудь горные хребты. Ну, или тащить булыжники из космоса, заодно разживаясь полезными ресурсами. Не трудно догадаться, что третий вариант был самым жизнеспособным.

Но для этого нужны расчёты. А для расчётов нужен компьютер сеятеля. А он сейчас занят созданием модуля добычи элементарных частиц. Поэтому я пока сосредоточился на «земляных работах».

Через полтора дня мост был готов, и я реквизировал полицейских джип, чтобы прокатиться по новому сооружению. Ну не у тристанцев же личный транспорт отжимать, в самом-то деле.

Добравшись до соседнего островка, отдал команду терраформерам на расширение и выравнивание. А вот тут уже требовалась защита будущих растений от постоянного сильного ветра, который с лёгкостью выдувает почву. Именно поэтому на главном острове нет ни одного дерева — им просто негде расти.

Ну, тут всё просто — тридцатиметровые пологие стены по границе с водой. Получится этакая миска на поверхности океана, дно которой несколько ниже уровня воды. Это нужно для того, чтобы уложить слоями песок и камни для дренажа, а сверху уже накидать толстый слой органики и запустить злющие бактерии, чтобы они всё это переработали в плодородную почву.

Можно конечно и просто земли накидать на камень, но это всё смоет первым же дождём.

Кстати о «смоет».

Хочешь, не хочешь, а придётся делать водохранилище для полива. Но, это решить довольно просто — двойная защитная стена, между которыми будет храниться пресная дождевая водичка. Бонусом шло то, что такая масса воды исключит резкие температурные перепады внутри контура.

Работа кипела. Паучки споро раскатывали островок в блин, периодически убегая на подзарядку. Из космоса это выглядело очень занимательно. Уверен, что у тех, кто за этим наблюдает через спутники, глаза на лоб лезут от удивления.

Когда основа острова была готова, а жучки взялись за защитные бортики, я разделил терраформеров на две группы, одну из которых отправил в океан на сбор органики. И тут меня снова огорошила неприятная истина — этих ресурсов в океане крайне мало. Даже беглый подсчёт говорил о том, что этот массивный сбор водорослей, ила и всего прочего в одном месте сломает устоявшуюся экосистему и приведёт к вымиранию множества видов животных. Придётся брать отовсюду и по чуть-чуть.

А ведь мне нужен всего лишь метр плодородного слоя, чтобы создать запас на первое время, пока флора не войдёт в саморегулирующийся цикл рост-увядание-гниение. Хорошо, что продолжительность моей жизни теперь величина условно бесконечная — смогу воочию наблюдать за плодами своей деятельности.

Вдоволь надышавшись запахом стройки, вернулся к пещере, где меня моментально поймал Сэм.

— А ну стоять! — он встал перед дверью, перегораживая мне путь. — Живой или мёртвый, ты пойдёшь со мной.

— Семейный ужин? — притворно вздохнул я.

— Именно, — он продемонстрировал белозубую улыбку, — Тома сказала, что тебя можно оглушить, если попытаешься сбежать.

— А в другой раз никак? Я немного занят великими делами.

— Вот как раз о твоих «великих» делах Тома и хочет поговорить. Пошли уже, большой белый человек.

Сели в машину и доехали до дома, куда я поселил матушку.

К моему удивлению тут присутствовали Элфорды, причём мама и Ева активно что-то обхихикивали на кухне. Льюис же сидел на диване за празднично накрытым столом и неспешно потягивал какое-то бухлишко из обычной белой кружки. Кивнул ему и прошёл на маленькую кухню.

— По какому случаю банкет? — спросил на английском, чтобы не сбивать матушку с ритма общения, хотя она всегда легко переключалась с языка на язык.

— О, нашлась пропажа! — мама с улыбкой повернулась, ни на миг не прекращая шинковать ингредиенты для салата. — Иди за стол, сейчас закончим.

Делать нечего. Вернулся в комнату и плюхнулся рядом с Льюисом и присевшим Сэмом.

— Ну, и что за внезапное собрание?

— Женить тебя будем, — хмыкнул в кружку профессор.

— А если серьёзно?

— Да обычные посиделки, — вступил Сэм, — расслабься. Посидим, покушаем, умного человека послушаем.

— Что мама опять задумала? — я вздохнулю

Как раз в этот момент женщины вышли из кухни.

— Ничего я не задумала, — произнесла мама, расставляя закуски на столе, вокруг тазика салата. — Льюис рассказал о твоих планах, и я хотела бы уточнить по какой модели ты собираешься строить государство.

Она сказала это так буднично, будто речь шла не о зарождении новой цивилизации, а о поклейке обоев или выборе цвета носков в магазине. Никогда не перестану ей поражаться!

— Если ты про форму правления, то это будет авторитарно-тоталитарная анархия справедливости, — ответил я, немного подумав. — По крайней мере, это наиболее близко к тому, что я задумал.

— Это взаимоисключающие вещи. Оно не будет работать, — с ходу, уверенно заявила она и шмякнула в мою тарелку половник салата. — Думай ещё, двоечник.

— Почему ты решила, что оно не будет работать? — я даже немного обиделся.

— Потому, что население нужно контролировать законами, — поучительным тоном сказала мама, — а анархия подразумевает вседозволенность и отсутствие общих правил.

— Ну смотри, анархия только в той части, которая будет касаться свободы. То есть, полная свобода слова, самовыражения и возможность дать в морду ближнему своему за косой взгляд.

— Ну так я об этом и говорю, — кивнула она.

— Подожди, — я поднял ложку, — вот на этапе «дать в морду ближнему» включается авторитаризм, который говорит, что так делать нельзя. Тут же в силу вступает закон об охране жизни и здоровья граждан. Ну и прочие с ним, вроде «не укради». То есть полная защита частной собственности.

— Я поняла, — она кивнула, —