Кротовский, может, хватит? - Дмитрий Парсиев

— Проезд закрыт, — пьяный боец взмахнул оружием… по его мнению угрожающе.

— Любезный. Ты ослеп? — открываю окошко, — Ты бы проспался.

Казаки направили на горожанина дула точно таких же английских карабинов.

— Нельзя… — попытался настаивать пьяный, но голос его дал предательского петуха.

— Оружие — не игрушка, — я открыл дверь, быстро вышел из машины и вырвал из рук горожанина оружие, — Хорошо, что оно у тебя на предохранителе. Но лучше пусть у меня побудет.

Пьяный таращил глаза, открывая и закрывая рот от возмущения. Как так? Он только что стоял на дороге, олицетворяя собой силу справедливости и мощь английской короны. К такому неуважительному отношению он был не готов. Он полез отбирать оружие обратно, но я просто оттолкнул его, уронив на обочину.

Остальные горожане с угрюмыми лицами расступились. Им хватило остатков ума понять, что останавливать нашу моторизованную кавалькаду бессмысленно. Но когда мы отдалились от них, для порядка все же покричали в спины что-то угрожающее.

Они, конечно, простые недалекие работяги. Но как бы то ни было, грамотно англичашки работают. Не сомневаюсь, скоро нагонят на все дороги вооруженного народа. И в следующий раз их будет много с оружием, в следующий раз уже не пропустят.

Оставив карьер за спиной, я через некоторое время съехал с дороги и заглушил двигатель. Казаки сгрудились у машины.

— Мне нужно в город смотаться, — казаки между собой запереглядывались и начали спешиваться, — Нет, ребята. Я один схожу. Тут недалеко.

— Одному опасно, мы с вами.

— Поверьте, я смогу пройти незамеченным. Я хоть и плохонький, но маг. К тому же, в городе есть у меня надежный защитник.

— Защитница, — понятливо поправил пластун и осклабился, — Да, такая жинка казачьей десятки стоит. Идите, Сергей Николаич. Мы здеся вас ждать будем.

Отойдя на полсотни шагов, меняю на доспехе маскировочный режим. Закос под городского нищеброда. Один раз я уже пользовался этой маскировкой вполне успешно. А еще посылаю Еве текстовое сообщение. Вскоре получаю ответ: «рощица между особняком и Крысючихинской лавкой». Вот и отлично. Баронесса меня подстрахует.

Через городские кварталы мне удалось пройти без особых трудностей, хотя возбужденного, орущего, пьяного люда на улицах очень много. Я даже видел какие-то толпы с факелами, но приближался не стал. Обошел стороной. На одном перекрестке увидел черную машину. Двое англичан раздавали всем желающим бутылки с дешевым алкоголем. Перед багажником выстроилась очередь. Теперь понятно, откуда на улицах столько пьяных. Англичане целенаправленно превращают городское население в тупой агрессивный скот.

В рощице отыскал Еву благодаря радару, она пряталась за деревьями… и сразу обратил внимание, что ее уровень поднялся до трех с половиной. Спрашивать, кого она успела «полечить» за это время, не стану. Тот случай, когда лучше не знать. Чтоб получить пациента, она вполне может травануть человека. Методы у Евы не самые гуманные.

А вот сама баронесса узнала меня, только когда я подошел к ней вплотную.

— Ты? Черт тебя подери… — она неверяще покачала головой, — …но так даже романтичней. Граф тайком вернулся из изгнания и переоделся в нищего, дабы припасть к порогу отчего дома… все-все. Больше не ерничаю.

— Да ладно. За ерничанием ты прячешь тягу к романтизму. Как обстановка?

— Более-менее… — Ева пожала плечами, — … твой особняк крушили довольно долго… и даже пытались поджечь. Я сама не видела, но какие-то пшеки громко ругались. Дом оказался зачарованным. Не загорелся.

— А сейчас там кто?

— Основная толпа ушла. Они предпочли разграбить лавку Крысючихи, — баронесса мстительно улыбнулась, — Слышал бы ты, как Крысючиха вопила: «я своя… я за простой народ… мой папка чистокровный чех…» — увы, простой народ ее своей не признал.

— Я так понимаю, Крысючиху ты подлечила…

— Я тут уже много кого подлечила. Что… заметно?

— Твой текущий уровень три целых пятьдесят четыре сотых.

— Отлично, Кротовский, хочешь, я тебя укушу? Место укуса можешь выбрать сам, — баронесса недвусмысленно провела пальцем мне по животу сверху вниз, — А потом сразу вылечу.

— В другой раз, — усмехаюсь, — Мне нужно попасть в дом.

Мы прошли через сорванную с петель заднюю калитку. Толпа здесь знатно оттянулась. Трава вытоптана, кустарники поломаны. Но сейчас на приусадебной территории почти никого нет. Только под деревьями валяется пара тел… видимо спящих… видимо в дымину бухих. В самом доме радар тоже показывает несколько «нулевок», но это явно не засада. Скорее всего та же пьянь, уставшая от трудов мародерных.

— Вот скотье, — по-змеиному прошипела баронесса, ее зрачки в темноте кажутся вертикальными и светят желтым светом, — Передушу уродов.

— Плюнь на них, Ева. Трупы нам точно не нужны. Англичане тут же превратят их в сакральных жертв… жди здесь.

Я оставил баронессу снаружи, чтоб она не сорвалась ненароком. Характер у нее вспыльчивый. Прошел в настеж раскрытые двери особняка. Какой-то пьяный урод вдруг выскочил в прихожую из кухни. От неожиданности я его чуть не прирезал, а тот меня не заметил даже. Нетерпеливо подседая, он начал растегивавать ширинку, только со сна никак не мог с ней справиться.

— Ты ссать тут собрался, с-скотина…

Я не выдержал, схватил его за ворот и вышвырнул из дома. Снаружи донесся хрипловатый смех Евы. Смешно ей… прохожу скорее по коридору, стараясь не смотреть по сторонам. А то ведь не удержусь, начну наводить в доме порядок, а у меня другая сейчас цель.

В подвале не только никого нет, даже ни малейших следов погромщиков. Может, и вправду дом зачарован, запертая подвальная дверь наверняка должна была пробудить любопытство. Открываю замок своим ключом и захожу в портальную комнату. Думаю, даже если смогли бы мародеры сюда попасть, порталом бы не воспользовались. Просто не увидели бы его.

Переношусь в лавку к гоблину. Зеленый торговец технологиями встречает меня с насупленным видом.

— Почему так долго? Полночь давно прошла.

— Меньше часа прошло после полуночи, — возражаю.

— Это в твоем мире прошло меньше часа, — бурчит гоблин, — А в иных мирах прошли годы… ладно, показывай…

Одолжение он мне типа сделал… пожимаю плечами и высыпаю целую гору макров.

— Ну как? Неплохой улов?

— Посмотрим, — гоблин надвигает на глаз монокуляр и начинает перебирать кристаллы.

Я терпеливо жду.

— А что в других лавках продается? — воспользовавшись моментом, когда гоблин оторвал взгляд от макров, задаю вопрос, который давно вертится на языке.

— А ты не смотрел что-ли? — удивляется зеленый.

— Да я к твоему прилавку приклеенный.

— Вовсе ты не приклеенный, — еще больше удивляется гоблин.

— Ну… блин… ты сам тогда велел по сторонам не смотреть, шаг в шаг за тобой идти.

— Тогда это было обосновано, — подтверждает торговец, — Теперь