Свалка времени - Максимилиан Жирнов

- Ну ничего ж себе. Ты еще и парфюм с собой таскаешь? - наконец, выдавил Максим.

- Ну, я же девушка. Мне положено, - серьезно сказала Олеся.

Максима будто защекотало изнутри. С минуту он хохотал, не сдерживаясь, прямо в голос и эхо далеко разносило смех по коридорам.

- Все! – вдруг сказал Проводник и открыл дверь. – Я в порядке.

Майор и братья растерянно смотрели друг на друга.

- Извини, не сдержался. Здесь не все можно снимать, - с трудом выдавил из себя Церпицкий.

- Забейте, - Максим снова надел на себя броню цинизма и безразличия. – Где Петровский? Ладно. Сбежал – это его проблемы. Давайте заглянем в соседнюю комнату.

Никто не возражал.

В помещении размером со школьный класс валялся выкрашенный белой краской металлический стол с надписью «Управление… тренажером…» В стенах темнели погасшие дисплеи.

- Наверное, это что-то вроде экрана, - предположил майор. – А кнопками меняли настройки Зоны.

Максим поднял с пола тяжелый том:

- Журнал испытаний! При эксплуатации комплекса с модулем упаковки пространства не допускать превышения значений ипсилон-поля выше номинальных… китайская грамота, одним словом. Жаль, карту кто-то выдрал.

Майор прищурился, разглядывая измятые листы:

-Судя по всему, только что. Доцент постарался – больше некому.

- Давайте попробуем запустить всю эту конструкцию. Вдруг у нас что-то получится?

Церпицкий подошел к стене и щелкнул выключателем. Ничего не произошло.

- Я видел на первом этаже силовой модуль.

- Голова, - майор не удержался от издевки. - Это трансформаторная подстанция. Надеюсь, понятно, что будет, если ноль умножить на ноль!

Максим уставился на эмблему на стене:

- Я понял! Это не проценты! Это ноль, разделенный на ноль! Бесконечная мощь советской науки!

Посередине площади сверкало нарядное здание с надписью «Областной драмтеатр». Зачем его построили посреди секретного центра? Вряд ли кто-нибудь мог внятно ответить на этот вопрос.

- Давайте устроим привал, - предложил Максим, не отводя глаз от собственного отражения в зеркальной стене.

Майор внимательно посмотрел на длинные тени:

- Нужно торопиться. Иначе мы не успеем…

- Мы и так не успеем, - нахально оборвал его Максим. – Может, здесь и заночуем?

- Убедил. Идем на отдых! Пока не заходим дальше вестибюля!

Максим шагнул было внутрь, но майор схватил его за плечо. Илья и Павел вошли первые. Через минуту из театра донеслись их приглушенные голоса:

- Чисто!

Майор махнул рукой, приглашая войти.

В фойе, едва освещенном сквозь полупрозрачные стекла, Максим забился в самый темный угол и достал банку консервов. Но есть не хотелось: мешало чье-то назойливое бормотание. Да лучше бы этот тип кричал во всю глотку! С одной стороны, хотелось тишины, с другой – Проводника разбирало любопытство. Что же все-таки происходит там, за полуоткрытой дверью?

Майора подобные мелочи, кажется, не волновали. Он, тыкая пальцем в потолок, возбужденно спорил о политике с Олесей. Девушка тоже разошлась не на шутку. Ее звонкие реплики отскакивали от мраморного потолка и эхом разносились по фойе.

Максим положил рюкзак на стул, сжал ружье и тихо выскользнул в коридор. Подсвечивая дорогу фонариком, он миновал насквозь пропыленные зрительные залы, прошел до конца и спустился по лестнице на цокольный этаж. Голос доносился из-за металлической двери. Там, внутри, кто-то увлеченно, но совершенно невнятно, читал стихи!

Максим прижал ухо к холодному железу. Плохо закрытый замок щелкнул. Проводник потерял равновесие, не удержался и ввалился внутрь. В нос ударил острый запах нафталина и плесени.

В просторной комнате, на расставленных по периметру стен диванах, расположились два десятка человек. За отдельным столиком, на котором коптила керосиновая лампа, сидела пожилая дама в пышном платье. В неверном свете черты ее лица казались строгими и даже суровыми, но глаза смотрели ласково и, почему-то, печально.

- Здравствуйте… - робко проговорил Максим.

- Добрый день, - приветливо сказала женщина за столом. – Вы, наверное, новенький? Добро пожаловать в литературное объединение «Светлячок». Я – председатель, Надежда Николаевна. Поэтесса, член Союза Писателей. А вы…

- Максим Безымянный. Не понимаю. К чему все это? Ну, в смысле, общество?

- Объединение, - поправила Надежда Николаевна. – Мы помогаем литераторам развить свой талант. Конечно, сейчас мы переживаем трудные времена. С тех пор, как отключили электричество, приходится читать наши произведения чуть ли не при лучине. Зато среди нас есть не только члены Союза Писателей, но и редакторы. Они могут замолвить в издательстве словечко и поспособствовать напечатать роман, повесть или сборник поэзии.

- Но я никогда не писал стихов! Да и прозу тоже.

Надежда Николаевна укоризненно покачала головой:

- Не обманывайте. Все пишут стихи. Хотя бы любимому человеку. Прочитайте. Вдруг когда-нибудь вас примут в Союз Писателей!

Максим пощелкал выключателем фонарика, но никто не обратил на эту выходку внимания.

- Мы ждем, - нетерпеливо донеслось из «зала».

- Знаете, когда я своей девушке прочитал стихи собственного сочинения, она со мной едва не рассталась, - Максим предпринял последнюю попытку отказаться. – Это стало бы трагедией для моей мамы…

- Ничего, мы послушаем. Обещаем, никто здесь не будет над тобой смеяться.

Максим, разглядывая ствол ружья, кое-как выдавил:

- Люблю я белые ночи

На улицах нет никого

Смотрю в твои светлые очи

И чувствую: что-то не то...

Платье известной поэтессы зашуршало так противно, что заныли зубы. Запах нафталина стал невыносим. Надежда Николаевна захлопала, и тут же весь «зал» дружно зааплодировал.

- Давайте еще, - сказала она, как только шум стих. – У вас неплохо получается.

Максим почувствовал: еще немного, и лицо начнет светиться от стыда. Он взял себя в руки и почти прошептал:

- Стихи, стихи, кругом стихи

Я сочинять их не умею

Всех пробивает на хи-хи

Когда я что-то робко блею.

В углу привстал полный человек с маленькими светлыми глазами:

- Самокритично! Вам просто не хватает уверенности в себе! Принесите еще стихов, и мое издательство включит их в сборник на следующий год! А когда у вас будет две публикации, мы дадим рекомендацию в Союз Писателей!

Да что ж они, помешаны все на этом Союзе, что ли?

- А зачем? – неосторожно спросил Максим.

Скрипнул диван. Почти на середину комнаты выскочила стройная девушка в очках. Казалось, ноги у