Две жизни - Сергей Александрович Ким

Бортовой компьютер услужливо выводит сигнальный маркер – в какую сторону двигаться, чтобы невзначай не провалиться под землю, проломив крышу какого-нибудь бункера. На экране развернулась и трёхмерная карта, показывая район учений и услужливо подписывая кое-какие объекты местности.

- Пустыня Ст… Стр… Сш… Сф… Тьфу! Да что за изверг придумал такие названия?! – возмутилась Лэнгли, попытавшись прочитать одну из надписей.

- Пустыня Стшелецкого, - сказал я. – Название как название. Судя по всему –в честь какого-то поляка.

- Кошмар.

- Кошмар – это если бы Австралию исследовали исландские первопроходцы.

- С чего бы этого?

- А как насчёт пустыни Эйяфьядлайёкюдль?

- Обожаю поляков, - с чувством сказала Аска. – Правда, не особо представляю, где они живут… Это какое-то местное племя?

- Почти, - хмыкнул я. – И обитают между Германией и Россией.

- Прикольно.

- Да не прикольно, а стыдно, фройляйн. Ты же немка! Вроде бы. Неужели у тебя ни разу в жизни не появлялось желание захватить Варшаву?

- Это явно что-то из твоих фетишей, а не моих, - надменно бросила рыжая.

- Нет, а вы в колледже географию не проходили, что ли?

- Проходили, конечно. Мы там ещё изучали страны, которых больше нет, по глобусу, который похож на современный мир примерно также как глобус Луны.

- Справедливо, - признал я.

Ну да, планету-то, считай, пришлось заново картографировать и то уже после того, как немного пришли в себя после разрухи и хоть какие-то средства на космос снова появились. Мыс Канаверал разрушен, Куру во Французской Гвиане тоже смыло, к китайским только в танках с противоатомной защитой и можно приближаться, Плесецк всё ещё слишком северный, международный «Over the Rainbow» в Конго всё ещё достраивают, а единственный действовавший все годы Байконур всё-таки не резиновый…

Перед глазами насколько хватало глаз раскинулась унылая зеленовато-рыжая пустыня, кусками поросшая чахлой травой – как и в случае с Сахарой, тут и близко не пахло красивыми киношными барханами золотого цвета.

- Отстой, - словно бы подслушав мои мысли, изрекла Аска. – Как же тут всё…

- Отстойно? – предположил я.

- Во-во. Это мне так повезло, или в Африке пустыня такая же страшненькая была?

- Не, не такая же. Эта – ржаво-зеленоватая, а та была сероватой.

- А я тут уже, между прочим, пять лет сижу… - вздохнула Макинами. – Ой. Я как бэ не хотела вклиниваться в ваше милое воркование, но просто не могла удержаться…

- МЫ НЕ ВОРКОВАЛИ!

- Во всяком случае, не так уж и мило, - хмыкнул я.

- Молчу, молчу, - пропела Мари. – Мы будем вести телеметрию и запись, но обещаю, что без крайней, прямо сильно-сильно крайней нужды, в эфир выходить не будем.

- Какое облегчение, - саркастически прокомментировала Лэнгли.

- Но я будут очень-очень-очень внимательно слушать…

- Это к вопросу о чужих фетишах, Аска, - ехидно добавил я.

- Идём уже, - процедила рыжая. – Я хочу что-нибудь разнести из пушки.

- Кстати, - снова вклинилась Макинами. – Мы бедный офис, так что мишени у вас будут виртуальными.

- Мы будем просто стрелять по пустыне? – вкрадчиво уточнила Лэнгли.

- Вы будете просто стрелять по пустыне.

- Ну и ладно.

- Когда ты так покладисто отвечаешь – сразу начинаешь беспокоиться, - настороженно произнёс я.

- Сейчас… сейчас... – зловеще ответила Аска.

Мы прошли пару километров, после чего чёрно-алая полоса, опоясывающая по периметру основной экран, исчезла и появилась надпись «Безопасная зона. Оружие разблокировано».

Аска немедленно остановила Еву-02, зарычала и вскинула GG-3, которую несла в правой руке. Достала из магнитных захватов на поясе пистолет, и с двух стволов от бедра принялась палить по пустыне.

Я в это время тактично молчал.

Впрочем, магазины у нашего оружия были не особо большие, так что вскоре оба ствола замолчали. Из рукояти пистолета вылетел пустой контейнер, следом на землю с двадцатиметровой высоты упала кассета из-под 155-миллиметровых снарядов.

- Полегчало? – поинтересовался я.

- Ну, так, немного, - ворчливо ответила рыжая.

- Тогда – можешь отложить пушки и будем работать с АТ-полем.

- Окееей… - Аска азартно потёрла руки. – Ну! Давай уже свой секретный секрет, который ты всё не хотел раскрывать. Между прочим, даже в интересах спасения всего мира и персонально меня.

- Плохо просили, значит.

- Ага, торговля! Я хочу одним мановением руки плющить Ангелов в двухмерное состояние. Что для этого требуется? В плаще из кожи клятвопреступника начертить пентаграмму кровью девственницы во время парада планет на перекрёстке, где повесили убийцу?

Я поперхнулся.

- Просто пошутила, - невинным тоном произнесла Лэнгли.

- В общем, скидываю тебе собственноручно сделанную схему, - я нажал на дисплее несколько символов. – Лови.

- Оооооо… ЭЙ! Да ты же просто зациклил видеосигнал из моей кабины!

- Именно, - изрёк я. – Секретный секрет в том, что секрета нет – ты и так всё умеешь.

- Ну да, я же в Японии который месяц живу – чем меня тут могли ещё накормить, кроме как не этой высокодуховной байдой? – ядовито отозвалась Аска.

- Бобами натто?

- Моя женская интуиция и выдающееся здравомыслие подсказывают мне, что я не то что пробовать – даже знать не хочу, что это.

- Ну а если кроме шуток - ты вообще пробовала что-то делать с АТ-полем?

- Учитывая, что попробовать это без риска разнести ангар можно только в бою, а в бою я обычно занята чем-нибудь более важным? Знаешь ли – нет, как-то не особо, - яда в голосе рыжей стало ещё больше. - А само собой оно у меня как-то не получается. Но я пробовала.

- Что именно? – терпеливо уточнил я.

- Представляла, как я волной АТ-поля сношу Ангела.

- А плотность поля у тебя в это время не падала?

- Ну, допустим, падала… - с подозрением ответила Аска. – А ты как узнал?

- Да есть у меня теория, что надо от противного идти, - объяснил я. – Не пытаться масштабно работать, а наоборот – сосредотачивать АТ-поле в узкой проекции. Я вот почти всегда пытался усилить его не вообще всё, а определённый участок – рука, ноги, лезвие или копьё…

- Как мелко.

- Зато работает.

- Ладно, я и правда об этом никогда особо не думала, - признала рыжая и вновь азартно потёрла