Меченный смертью. Том 1 - Валерий Юрич

Но особо настаивать на ней не стоило, чтобы не вызвать подозрения оперативника, что я пытаюсь его в чем-то убедить. Поэтому я добавил, пожав плечами:

— Хотя, это всего лишь мои предположения. И я уверен, что вы обязательно выясните, что же там случилось на самом деле.

Соловьев, прищурившись, взглянул на меня, и слегка улыбнувшись, ответил:

— Обязательно выясним, Александр Николаевич. Если ваша версия ночных событий подтвердится, то я буду ходатайствовать о заключении графа Волкова под домашний арест на все время следствия. Собранные материалы по нападениям и готовящимся терактам будут переданы в военно-полевой суд, который и вынесет окончательное решение.

— Это очень хорошая новость, Иван Федорович. Не знаю уж, чем я не угодил графу Волкову, но буду рад, если подобные нападки с его стороны больше не будут повторяться.

— В этом и заключается наша прямая обязанность: следить, чтобы никто не подрывал обороноспособность своих соседей. Ваша главная задача — охранять границы империи от монстров. Поэтому государь и запретил родовые междоусобицы на переднем крае.

Соловьев открыл свой портфель и достал два листа, плотно заполненные печатных текстом. Положив их передо мной на стол, он сказал:

— Протокол ваших вчерашних свидетельских показаний, Александр Николаевич. Ознакомьтесь. И, если со всем согласны, подпишите.

Пока я изучал содержимое документа, оперативник, как бы невзначай, добавил:

— Кстати, по поводу вчерашнего свидетеля, Ивана. Он на допросе сознался в тяжких преступлениях, и был переведен в разряд подозреваемых. Так что теперь он взят под стражу, и выдать его вам мы, как вы сами понимаете, не можем.

Главное, чтобы свидетель дожил до суда, подумал я, но в слух, конечно же, ничего не сказал. Хотя, у меня были серьезные сомнения на этот счет. Что-то мне подсказывало, что граф Волков с помощью денег и связей сумеет выпутаться из этой непростой ситуации. А это значит, что когда-нибудь он снова придет на мою землю. И когда это случится, я должен быть во всеоружии.

Я подписал протокол и вернул его Соловьеву. Тот убрал его в портфель, поднялся с кресла и, сухо улыбнувшись, сказал:

— Что ж, Александр Николаевич, впереди у меня еще много дел. Надо опросить ваших людей и осмотреть места преступлений. Если что-то понадобится, то я с вами свяжусь. — Оперативник отвесил легкий поклон и вышел из кабинета.

Оставшись один, я задумался о том, что такой опытный оперативник наверняка кого-нибудь расколет по поводу запретной темы. Весь вопрос в том, что ему удастся узнать? Всё, что видели другие бойцы — это странное оружие в моих руках, похожее на антидроновое ружье, и голубое свечение, окружавшее технику и магов противника. Конечно, с большой натяжкой, но все это можно списать на обычные вещи. Скажем, в руках у меня было стандартное антидроновое ружье, которое понадобилось для нейтрализации птичек противника. Транспортные средства останавливались по объяснимым причинам: выстрел из РПГ и блокировка дороги. Вот только голубое сияние… Но не всех же получится расколоть. В итоге выяснится, что кто-то его видел, а кто-то нет. А значит можно списать на обычные глюки. Не думаю, что Соловьев будет отражать столь неочевидный и странный факт в материалах дела.

Я решительно встал из-за стола и вышел из кабинета. Надо было срочно заняться чем-то полезным. Бессмысленные рассуждения, касающиеся Соловьева, только отнимали драгоценное время.

Сейчас мне был нужен Ярцев. Надо решить с ним несколько важных вопросов. В холле и на первом этаже его не было, а у себя в комнате он уж точно отсиживаться не будет. Значит, скорее всего, он либо на улице, либо в казарме. Я вышел на крыльцо усадьбы и поискал его глазами, но, не обнаружив, двинулся в сторону казармы.

Вот он огромный недостаток отсутствия мобильной связи. Нужного человека долго приходится искать, порой, даже ради простого минутного разговора. А рации бойцы, в том числе и Ярцев, брали с собой и только в дозор и на боевые задания. Так что это тоже был не вариант.

И, кстати, вопрос мобильной связи был одним из тех, что я хотел прямо сейчас обсудить и запустить в работу.

Дойдя до здания казармы, я обогнул его и вышел на довольно большое пространство между строением и забором поместья. Здесь, скрытые от посторонних глаз, находились: стоянка для техники, плац и несколько тренировочных площадок.

Также в стороне стояло длинное одноэтажное здание, покрашенное в белый цвет. По всей видимости это и был склад с холодильными установками, где хранились туши монстров. У входа в него я увидел Ярцева. Рядом с ним стояли Коршунов и Горин.

Похоже, весь командный состав сейчас занимался организацией похорон Митяя. Я решительно направился к ним. Обменявшись с собравшимися стандартным приветствием, я уточнил, получили ли они деньги и как идет процесс в целом.

— Ждем спецтранспорт, ваше сиятельство, — ответил Ярцев. — Тело повезут на родину в Вологодскую губернию. Там у него мать, отец и младший брат проживают. В сопровождении будет один наш боец. Он все организует на месте и передаст ваши деньги семье.

Я крепко сжал зубы. Хоть у меня никогда и не было детей, но не надо быть примерным семьянином, чтобы понять, что никакие деньги не заменят живого сына.

— Придет время, и я лично спрошу этот долг с графа Волкова, — процедил я, глядя в глаза собравшимся.

Мы постояли немного, помолчали.

— Господа, вы без Виктора Петровича справитесь? — наконец нарушил я затянувшееся молчание.

Коршунов с Гориным молча кивнули.

Мы с Ярцевым отошли и неспеша двинулись по направлению к усадьбе.

— Виктор Петрович, как вы думаете, у вас получится набрать еще человек десять в наш гарнизон? Из ваших бывших бойцов. Мы ведь договорились отправить парней в Москву за спутниковым оборудованием и коптерами. Может заодно и вы с ними съездите?

— Попробовать набрать я могу и отсюда, ваше сиятельство. Связь со всеми имеется. — Ответ Ярцева прямо намекал, что обязанности телохранителя он с себя снимать не собирается. — Достаточно дать знать парням, что их боевой товарищ погиб от руки обнаглевшего местного аристократа, и желающие поквитаться с ним сразу найдутся.

— Тогда попрошу вас это устроить. Трофейной техники и оружия у нас сейчас с избытком. Деньги пока есть. А в ближайшем будущем, помимо всего остального,