Российский колокол №7-8 2021 - Коллектив авторов

– Миша, открой, пожалуйста, я в туалет хочу, – как можно жалобнее произнесла она. – Я всё осознала!

Это было чистейшей правдой, хоть на Библии клянись. Её тоненький голосок звучал абсолютно уверенно, не позволяя Мише заподозрить сестру в дурных намерениях.

– Что ты можешь осознать, глупая курица? – беззлобно спросил Миша, открыв нараспашку дверь.

Поток жёлтого неяркого света от тусклой потолочной люстры ослепил его, он прищурил свои поросячьи глазки, хлопая белёсыми ресницами.

Времени на раздумья не оставалось. С неизвестно откуда взявшейся, копившейся долгие годы силой Марина вонзила нож в сердце ненавистного тюремщика. Он тут же затих, откинув голову на спинку своего кресла. Она отвернулась в сторону, чтобы не смотреть на кровь, расползающуюся ярким пятном по его белой рубашке, и не упасть случайно в обморок.

«Оказывается, это очень легко – путь к свободе!» – пронеслось в мыслях у Марины.

Трясущимися руками она взяла телефон на кухне и позвонила Артуру. Он тут же ответил, как будто бы ждал её звонка, и пообещал прийти через пять минут.

Войдя в квартиру и увидев собственными глазами неподвижно сидящее тело, бывшее совсем недавно Марининым братом, ездившее на коляске и говорившее всего несколько минут назад, он невозмутимо сказал:

– Я разберусь. Иди спать.

Началась свободная и счастливая жизнь. Вскоре они с Артуром должны были переселиться в его шикарный особняк, а пока жили в Марининой квартире, похорошевшей, посветлевшей и наполнившейся лучами света и робкими ростками надежды.

Сегодня утром Марина проснулась от яркого солнца и хорошего настроения. Она больше не верила словам своего брата, что нельзя обрести свободу, можно лишь поменять одну тюрьму на другую.

Она выглянула в окно и услышала негромкое, но плавно усиливающееся урчание мотора. Во двор крадущейся чёрной кошкой медленно вползал длинный лимузин. Машина отчего-то показалась до боли знакомой. Двое в штатском вышли и не спеша направились к их подъезду.

– Дело государственной важности, – сказал Артур и открыл входную дверь…

Роман Ермаков

Последний репортаж

Минивэн редакции мчал по центральному проспекту. За стеклом в туманной дымке мелькали витрины магазинов, прохожие, одинокие клёны, фонарные столбы. Шум мотора глушил звуки улицы и, казалось, мысли пассажиров автомобиля.

Шофёр упорно жевал зубочистку, журналист и оператор сидели с каменными лицами. Будто отправили эту троицу не сюжет снимать в мэрию, а на секретное задание.

Захар Валуйский, по ранжиру, расположился на переднем сиденье. Как всегда приглаженный, надушенный, уверенный в себе. Ведущий репортёр ТРК «Центр-ТВ». Известный колумнист местной газетёнки, щёголь, прожигатель жизни, бабник и редкостная тварь, если верить словам десятков обманутых им женщин.

Саша Чёрный скукожился позади – на страже аппаратуры. Классный оператор, профессионал, хороший семьянин, но простак и неудачник. Захар трахнул его Люсю. И Саша узнал об этом. Сегодня утром. Хотел убить мерзавца при встрече на пороге редакции. Но не смог. Даже слова не процедил. Лишь кулаки и зубы сжал, пообещав в мыслях отомстить этому петуху когда-нибудь потом. Жестоко отомстить. Больно.

Захар, конечно, злобный взгляд оператора поймал и понял: кто-то ему донёс про перепих с Люсей. Но он решил не показывать вида. Всё же Захар поимел её по пьяни, а не потому, что особо хотел или, упаси боже, любил. Просто так – по привычке. Как и большую часть женского коллектива редакции.

Для него это спорт, охота, самцовость. Глупый Сашка не поймёт.

Впрочем, плевать хотел Захар и на Чёрного, и на Люську. Сейчас у него в голове ворошились другие мысли, которые не мог заглушить даже шум тысяч моторов.

Он, наверное, влюбился. Как-то нечаянно и глупо. Он, человек, который старательно убивал в себе романтика всю сознательную жизнь! Влюбился почти с первого взгляда. В Настю из мэрии.

В это удивительно милое, невинное создание, богиню из снов, так похожую на Алёнку – его первую школьную любовь. Ту самую девчушку, которую он не смог спасти в горах. Она повисла над обрывом, смотрела на него своими синющими глазами, полными ужаса, а он сдрейфил… Даже руку побоялся протянуть, подумал – утянет за собой.

Так и улетела вниз Алёнка. Одна…

А теперь вернулась. В образе Насти. Светлой, синеглазой, какой-то пугающе родной, воскресшей из небытия. Сегодня он признается девушке в своих чувствах. Потому что давно опостылела эта лживая, распутная и пьяная жизнь. Хочется остановиться, сойти на остановке, спастись.

Оттягивать нет больше сил. Иначе снова виски, темень, страх и могила.

Минивэн заскрипел и остановился.

– Приехали, – пробурчал водитель и выплюнул в форточку изуродованную зубочистку.

* * *

В мэрии – как обычно. Сегодня награждение лучших студентов – победителей городского конкурса. Съёмка, блиц-интервью, стендап. Заместитель главы по молодёжной политике дарит молодым и талантливым медали, денежные сертификаты, путёвки. Всё это уже было много раз. Захар всей этой приторности наелся, хочет в Москву, покорять столицу. Вот только Наську с собой заберёт.

Сейчас запишет синхрон с замом, плюнет на заветы своей начальницы и женщины-вамп Маргариты Владимировны и отправится не в редакцию, а прямиком к Насте на третий этаж – пить чай, кофе, просто воду без газа, болтать.

Там и признается, обо всём скажет, предложит выйти замуж. Может. Вероятнее всего. Если не струсит, как тогда – у обрыва…

Чиновник что-то мелет о достижениях, талантливой молодёжи, будущем и патриотизме. Его слова будто тот туман за стеклом минивэна. «Когда же ты заткнёшься, боров?» – вопрошает про себя Захар и привычно улыбается заму во весь рот, кивая головой в знак одобрения.

Вдруг за дверью зала заседаний послышались хлопки, очень похожие на одиночные выстрелы, затем – взрыв. Задребезжали стёкла, началась какая-то беготня. Будто рота солдат промахнулась зданием, забежала в мэрию и устроила учения.

Один за другим в зал ввалились с десяток людей в чёрных масках, камуфляже и с оружием. Один из них приказал всем лечь, а для убедительности – пару раз стрельнул в потолок. Штукатурка осыпалась на лысую голову зама по молодёжке, который попытался возмутиться, но тут же получил прикладом в пузо.

Все легли. Захар тоже. В его висках настойчиво стучало. Лоб покрылся испариной, похолодели руки. Затошнило. Будто разом ожили в желудке вчерашний вискарь, тигровые креветки и эксклюзив – сыр с плесенью.

Количество заложников увеличивалось – террористы сгоняли всех с этажей в зал. Стало трудно дышать из-за дефицита кислорода. Но это не самое страшное. Один из амбалов завёл в зал Настю! Испуганную, беззащитную, в слезах. Потащил на сцену, приказал лечь.

– Вы все живы, пока послушны, а власти выполняют наши требования, – уведомил заложников железным