Волчья Яма - Альтер-Оми

Алан подпер кулаком щеку и не сводил глаз со своей невесты.

— Хорошииии, — протянул Тимур.

— Принимайте, — улыбнулась Инга. — Думаю, Тамара Семеновна оценит по достоинству.

— Ты волшебница, — Алан вскочил и, подойдя к женщинам, обняв обеих, притянул их к себе.

— Но-но! — тут же вывернулась Инга. — Я уже почти замужем, да и ты не один, — с насмешкой произнесла она.

— Спасибо, — улыбнулся Алан.

— Не забудь появиться на свадьбе с Никки.

Алан кивнул и, взяв Никки за руку, покинул магазин.

— Вкусно, — Тимур подмигнул Инге.

— Приглашение получил? — поинтересовалась та с улыбкой.

— Да. Обязательно приду.

— Главное, жену не забудь.

— Конечно, конечно, — пообещал Тимур, выходя за дверь.

Всю дорогу до дома Алана Никки молчала, но, когда автомобиль остановился, тихо спросила:

— Ты с ней спал?

— Что? — не поверив своим ушам, переспросил Алан.

— Ты спал с Ингой?

Алан молчал, не зная, что ответить. Заметив его смятение, она опустила глаза.

— Значит, спал.

— Слушай, — Алан попытался взять ее руку, но Никки ее выдернула и прижалась к двери автомобиля, будто пытаясь отдалиться.

В окно постучал Тимур, он припарковал свой автомобиль рядом и ждал, пока они выйдут.

— Это было в пятнадцать лет и всего два раза. После этого нас связывала только дружба.

— Да плевать, — буркнула Никки, но потом, подняв глаза, недоуменно переспросила: — Пятнадцать?

— Пятнадцать. Тебе тогда было лет восемь. Конечно, если бы я знал, что встречу в своей жизни Никки, то обязательно подождал бы, — улыбнулся Алан.

— А сейчас точно между вами ничего нет? — Никки было стыдно за устроенную сцену, но это было сильнее ее.

— Клянусь, что между нами ничего нет, — Алан еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. Что-то трогательное было в этой неумелой попытке ревности, — кстати, мы приглашены на свадьбу.

Тимур снова постучал в окно.

— Да идем, идем, — крикнул ему Алан и, подмигнув Никки, вышел из машины.

Она тоже открыла дверь, но помедлила несколько секунд. Ей было страшно. Рядом с Аланом она ничего не боялась, даже этот громила Тимур стал ей почти другом. Но родители… Все так быстро закрутилось, и казалось, что давняя несбыточная мечта ожила и воплотилась в реальность, но с ней пришли и сомнения. Вздохнув, Никки вышла из машины.

Алан буквально чувствовал ее напряжение, а увидев, как она нервно облизала губы, обошёл машину и, взяв за руку, молча увлек к двери. В прихожей пахло свежей выпечкой, кофе и слышались приглушенные голоса.

— МММ… Тетя Тамара, похоже, мой любимый пирог с абрикосами испекла, — Тимур закрыл глаза и втянул воздух ноздрями. — Это я вовремя зашел.

— Ты, кстати, не собирался спать? — съехидничал Алан.

— Ну уж нет, я буду присутствовать при историческом событии. А лет через десять мы сядем в баньке и расскажем, как ты выглядел со стороны.

— Вы чего тут шушукаетесь? — дверь в прихожую отворилась, и выглянул Игорь. Он явно плохо спал этой ночью, под глазами обозначились темные круги. — Давайте быстрее, вас уже давно ждут.

Алан шагнул вперед, но, почувствовав, что Никки тянет его за локоть, обернулся. Она стояла с поджатыми губами и выглядела виноватой.

— Я боюсь, — услышал он, склонившись ближе.

— Не переживай, дурашка, — прошептал он в ответ, — мои родители хорошие люди. И решительно развернувшись, потянул ее за собой.

Отец сидел за столом в гостиной прямо напротив входа и увидел их первыми. Как бы он ни пытался выглядеть равнодушным, по глазам было видно, что ему любопытно. Мама была более непосредственной и встала им навстречу. Не удержавшись, скользнула взглядом по Никки, и по легкой улыбке Алан понял, что та ей понравилась. Он и не сомневался, что так и будет, и прекрасно понимал сдержанное равнодушие отца, но в этом вопросе его больше волновала мама.

— Это Никки, — слегка выталкивая её вперед, — представил он невесту, — это моя мама Тамара Семеновна, а это мой отец Алексей Михайлович. Он повернул голову и, махнув рукой, добавил: — А это мой брат Игорь, но ты его уже знаешь.

Никки осмотрела всех и тихо пролепетала:

— Приятно познакомиться.

— Ну вот и прекрасно, — тут же захлопотала мама, — а мы еще не ели, вас ждали. Я сейчас быстро накрою на стол.

— Давайте я вам помогу, — робко улыбнулась Никки.

— Поможешь? — мама вначале растерялась. Она давно привыкла, что в этом доме только мужчины и все заботы по хозяйству лежат на ней, но быстро опомнившись, радостно кивнула, соглашаясь. Когда женщины удалились, Алан и Тимур уселись за стол.

— Девушка симпатичная, — начал первым отец, — ты правда собрался жениться? — он с сомнением посмотрел на сына.

— Правда, — кивнул Алан, беря хлеб с тарелки. Он только сейчас понял, насколько голоден.

— А ну положи обратно! — прикрикнул на него отец. — Ты же знаешь, что мать не любит, когда ты таскаешь.

— Я голоден, — пожал плечами Алан, но послушно положил хлеб обратно.

— А что ты сделал с нашим балбесом? — отец кивнул на Игоря, молча сидевшего в кресле у окна, — он последние дни как воды в рот набрал.

— Ничего, — Алан с удивлением посмотрел на брата, но тот даже не обернулся, будто речь шла не о нем. — Пап, — тут же перевел он разговор, — у меня есть для тебя сюрприз.

— Сюрприз? — удивился отец.

— Да, только я скажу, когда все соберутся, хорошо?

— Зачем тогда сейчас начал? Несносный мальчишка.

Оба посмотрели друг на друга и расхохотались.

Минут через пять вошла мама и Никки с тарелками, и в комнате вкусно запахло мясом и свежевыпеченным хлебом. Когда накрыли стол и все расселись, Игорь наконец пересел из кресла на стул. Обвел всех равнодушным взглядом и опустил глаза в тарелку.

— Ты знаешь, что с ним? — удивленно спросил отец Алана.

Тот лишь пожал плечами и слегка толкнул локтем Тимура, который умудрился задремать, сидя на стуле.

— А? Что? — Тимур дернулся и начал озираться по сторонам. Поняв, что ему ничего не угрожает, протер глаза, вызвав смех у остальных. — Я всю ночь дежурил, — будто оправдываясь, произнес он.

— Вот и покушай, — Тамара Сергеевна заботливо наложила ему на тарелку салата и ветчины.

— Спасибо, — довольно пробасил Тимур.

Алан наблюдал за Никки, она робела, осторожно рассматривая собравшихся, когда их глаза встретились, он подмигнул ей, а потом, встав, взял бутылку вина, стоявшую рядом. С интересом осмотрел ее и присвистнул. Две тысячи двадцать второй? Откуда такая? — он удивленно посмотрел на мать.

— Дед твой еще в те годы сделал пятнадцать штук. Четырнадцать уже выпили. Осталась одна, и я ее спрятала.