История Армении - Киракос Гандзакеци

И они смешались с войском султана и стали тут же громить их. Но воины грузинские, не обратив на это внимания, стали разбегаться так, что во время бегства и товарищей своих не узнавали. И бежали, не будучи преследуемы никем. От страха они бросались вниз, и ущелье повыше селения Гарни было заполнено ими. Когда увидели это воины султана, они стали преследовать их, многих вырезали, а остальных сбросили вниз со скал[697].

Султан, поднявшись на скалу над ущельем, увидел это печальное зрелище — множество людей и лошадей свалены были, подобно камням, в кучи — покачал головой и сказал: «Это дело [рук] не человека, а лишь бога всемогущего».

Затем он обобрал мертвецов /226/ и, разорив множество городов, пошел на Тифлис. Персы, бывшие с ним, подсобили ему, он захватил город, множество людей истребил, еще больше людей заставил отречься от христианства и склониться к лживому и неверному учению мусульман.

После этого многие из страха перед смертью променяли истину на ложь; другие же дерзостно предпочли смерть жалкой жизни и, унаследовав славу мучеников, покинули мир сей с добрым именем.

Потом [султан] издал приказ — не спрашивать, желают или не желают [отречься от христианства], а насильно обрезать всех. И так два [мусульманина] на площадях насильно хватали людей за руки, а третий выхватывал меч и отсекал кожу мужского члена. Они совокуплялись с женщинами и гнусно оскверняли их. Везде, где только находили кресты и церкви, ломали и разрушали их. И делалось это не только в Тифлисе, но и в Гандзаке, Нахичеване и других местах.

Один из их вельмож, по имени Орхан, чьей женою была мать султана, особенно сильно угнетал жителей города Гандзак — и не только христиан, но и персов тоже — большими /227/ поборами. Он был убит в том городе мулехидами[698], у которых в обычае коварно убивать людей. В то время как человек этот (Орхан) шел по улицам города, к нему подошли какие-то люди, якобы притесняемые кем-то и [желавшие] подать прошение о правах. Показали ему бумагу, которая была у них в руках, и с криком требовали: «Правосудия, правосудия». И когда он остановился и хотел расспросить, кто их притесняет, они кинулись на него со всех сторон и мечами, которые они, спрятав, держали при себе, нанесли ему раны и убили его. Таким образом, зло было уничтожено злом же. А убийц его едва смогли поразить стрелами; они бежали по городу, и многие были ранены ими, ибо люди этого племени, обитающие в укреплениях, называемых Тун и Танджах[699], а также в лесах ливанских, имеют такое обыкновение: получив от своего повелителя, которого почитают за бога, деньги за кровь свою, отдают их (деньги) детям и женам своим, сами же отправляются туда, куда посылает их повелитель, скитаются долгие годы, переодетые, пока не найдут удобного случая, чтобы убить; тогда убивают [человека], которого хотели убить. В связи с этим все князья и цари боятся их и платят им дань. Они неукоснительно исполняют повеления сво/228/его властителя [и делают все], что бы он ни сказал, вплоть до того, что жизни своей не жалеют. Таким образом они убили многих из вельмож, не желавших платить им дань, так же как и этого нечестивца.

ГЛАВА 19

О гибели султана Джалаладина и исчезновении его с лица земли

Совершив эти злодеяния, [Джалаладин] направился в город Хлат, что в стране Бзнунийской. [Хлат] находился под властью султана Ашрафа. [Джалаладин] дал ему сражение и захватил [город]. Была там и жена султана по имени Тамта, дочь Иванэ, о которой мы выше упомянули, что [Ашраф] взял ее себе в жены[700]. [Султан] пошел и разорил многие гавары, подвластные ромейскому султану, которого называли Аладином. Тогда султаны Ашраф, брат его, владетель египетского края Кемл, и Аладин, договорившись, призвали к себе на помощь войска армянские из Киликийской страны и франков, [проживающих] на морском побережье, и пришли, чтобы дать сражение хорезмий/229/цу Джалаладину. И когда они приблизились друг к другу, страх овладел обеими сторонами и ни одна из сторон не осмелилась начать наступление. Тогда христиане из армян и франков, уповая на бога, бросились на них. Число их было невелико — менее одной тысячи, но могуществом Христа они ударили по войскам [хорезмийцев] и обратили их в бегство. Видя это, напали на них мусульманские войска и, ударив, истребили множество [людей]. Сеча продолжалась до захода солнца. Затем султаны приказали не преследовать отступающих, якобы потому, что те были их единоверцами. И тогда перестали их преследовать. А султаны, поскольку были людьми богобоязненными, не показали себя неблагодарными по отношению к войску христиан, так как поняли, что с их помощью господь даровал им победу.

После этого они в великой радости вернулись к себе в страну; и в городах и гаварах, по которым они проходили, [население] выходило навстречу им с плясками и цимбалами, восхваляло их и приветствовало.

Когда Аладин прибыл в Кесарию Каппадокийскую, все жители города вместе с христианами и их священниками с крестами и трещотками вышли навстречу ему на расстояние одного дня пути. /230/ При приближении султана мусульмане не дали христианам подойти вместе с ними на поклон к султану, а оттеснили их назад. Те поднялись на какой-то холм напротив стана [султана]. Когда султан спросил, мол, кто это такие, и узнал, что это — христиане, он один, оставив войско, направился к ним, приказал им бить в трещотки и отправлять громогласно церковную службу. И так вместе с ними вступил он в город, роздал им подарки и отпустил восвояси.

А султан Джалаладин возвратился с великим позором в страну Агванк — плодоносную и плодородную долину, называемую Муганской, и, устроившись там, хотел собрать войско. Тогда татары, вынудившие его к бегству с родины своей, напали на него, погнали до Амида[701] и там нанесли жестокое поражение его войску. В этом бою и погиб тот нечестивый властитель. Другие говорят, что, когда он бежал пешим, его встретил кто-то и, узнав, убил, [мстя] за кровь какого-то своего родственника, которого тот когда-то убил[702]. И так зло было уничтожено злом.

ГЛАВА 20

/231/ О том, как появились татары, чтобы опоганить весь свет

Все рассуждения наши до сих пор были предисловием к истории этого