Прем Сагар - Лаллу Джи Лал

любовью встретил Удхава и, поздоровавшись, с большим почетом и почтеньем пригласил его в свой дом. Сначала он велел омыть Удхаву ноги и предложил ему сиденье. Потом распорядился изготовить для него обед роскошный и угостил Удхава джи. Когда он с удовольствием откушал, то Нанда джи распорядился постлать ему прекрасную постель, роскошную как пена. На ней он бетелю покушал и заснул и радостно проснулся, прогнав дорожную усталость. Когда же Удхав встал от сна, то Нанда джи приблизился к нему, присел и стал расспрашивать: «Скажи мне, Удхав джи, здоров ли Уграсены сын, и задушевный друг мой, Васу дева джи, со всей своей семьей и сохраняет ли он к нам приязнь былую?» Сказавши так, он дале молвил:

«Скажи, почтенный Удхав, как здоров наш сын?

Ведь ты всегда в Матхуре там с ним вместе жил.

И вспомнил ли когда наш милый сын о нас?

Для нас ведь без него то солнца свет погас,

Он всем нам говорил ведь: „я вернуся к вам!“

Прошло поры немало, срок уж миновал.

А каждый день Яшода вот встает и ставит простоквашу, снимает масло, ставит все для Хари. Скажи мне, вспоминает ли когда там Канха о Яшоде и о браджских женщинах, которые его так сильно любят? Иль все забыл уже?»“.

Поведав это сказанье, шри Шукадева джи сказал царю Паракшиту: „Владыка земли! Таким вот образом расспрашивая обо всем и вспоминая все былые чудеса шри Кришначандры джи, в великом умиленьи Нанда рай джи вдруг заплакал от любви. Сказав все это, погруженный в созерцанье господа, безмолвно он сидел, промолвив только:

«Давно могучий Канса с присными убит!

Как можем мы теперь все Кришну позабыть?»

И в это время, потеряв рассудок, память, вне себя от горя, к Удхаву джи подошла с рыданьями Яшода и, спросивши о здоровье Рамы с Кришною, сказала: «Скажи мне, Удхав джи! Как там живет без нас так долго Хари? Какую весточку прислал он нам с тобой? Когда вернется он, когда покажется он нам?» Услышав это, Удхав джи сначала Нанде и Яшоде джи прочел послание шри Кришны и Баларама джи. Затем он стал их утешать: «Кто мог бы описать величье тех, в чьем доме сам господь рожденье принял, кому он дал блаженство видеть игры детские свои? Высок ваш жребий! За сына своего вы удостоилися почитать предвечного Адипурушу, который Шиву сотворил и Брахму, у которого нет матери и нет отца, нет брата и нет друга. Вы всякий час живете с сердцем, погруженным в созерцание его; и как он может быть от вас далеко.

Ведь сказано:

„Всегда, кто любит Хари, тот вблизи него:

Для них лишь воплотился Хари, в мир пришел.

Не ведает друзей, не знает он врагов,

Нет низких, нет высоких в мире для него.

И каждый, в чьем лишь сердце есть к нему любовь,

Идти за Хари может, пестуя любовь.

Как бхринги, черная пчела, с собой червя уносит и придает ему свой облик, иль наподобие того, как бхаунри[315] попадет случайно в плен, в цветок прекрасный лотоса, его же самка всю ночь жужжит над ним, не хочет разлучиться с ним, не хочет улететь, подобно этому того, кто любит Хари, кто держит Хари в мыслях, Хари претворяет в самого себя, всегда живет вблизи него“».

Промолвив это, Удхав джи сказал: «Отныне не считайте Хари сыном: почитайте господом его. Он благодетель верных, проникающий в сердца господь. Он к вам придет, он явится и ваши все желания исполнит. Вы не печальтесь ни о чем, махарадж!» Так долго говорил он с ними обо всем… Когда ночь миновала и лишь последний час ее остался, то Удхав джи сказал так Нанде раю джи: «Махарадж! Теперь настало время масло вам сбивать. Коль вы позволите, то я пойду, в Ямуне искупаюсь». И Нанда рай ответил: «Очень хорошо». Сказавши это, он остался там сидеть и погрузился в мысли. А Удхав живо сел на колесницу и поехал на Ямуну. Сначала он, одежды сняв, очистил тело, а после, подойдя к воде, он возложил на голову там прах земной, потом, сложивши поднятые руки, он прочел хвалу калинде[316] и, совершив ачман, вошел он в воду. Закончив сандхья[317], пуджу и тарпан[318], он стал творить молитву. В то время браджские все женщины уж встали и подмели в домах, помазали полы навозом, воскурили благовония, зажгли светильники и стали масло все сбивать.

Сметану сбили, масло вынули они,

И занялись своею в доме все работой,

Потом собрались, вместе за водой пошли…

Прекрасные браджанки все снуют в хлопотах.

Махарадж! Пастушки все в разлуке со шри Кришной, опьяненные любовью, воспевали славу Кришне и, собравшися толпой, любимого все вспоминают и на дорогах вспоминают чудеса и игры господа.

Одна сказала: «Тут я встретила вдруг Канху».

Другая: «От меня он спрятался тут как то».

«Меня он как то сзади за руку схватил».

«В тени смоковницы там Хари наш стоит».

Та говорит: «Видала, как коров доила».

Другая: «Как-то я здесь на заре следила».

Одна сказала: «Стадо он пасет в лесу.

Послушала, свирели слышен даже звук».

«Теперь — дорогой этой не пойдем мы, мать.

У нас подачку Кришна будет вымогать.

Распустит все узлы он; разобьет кувшин».

«Посмотрит лишь глазком он, будешь без души».

«Он где-то спрятался, чу! вдруг он прибежит.

Куда бы нам пойти и где б его найти».

Так меж собою-жены Браджа говорят,

В разлуке со шри Кришной вянут их тела“.

Так гласит глава сорок седьмая „Хождение Удхава в Вриндаван“ в „Прем Сагаре“, сочиненном Лаллу джи Лалом.

Глава 48

Удхав беседует с пастушками о три Кришне

Шри Шукадева муни сказал: „Владыка земли! Когда почтенный Удхав помолился, он вышел из воды, надел свои одежды, украшения и сел на колесницу. Когда он с берега Калинди ехал к дому Нанды, тогда пастушки, которые шли за водой, увидели далеко на дороге колесницу. При виде колесницы стали все друг с другом говорить: «Чья ж это колесница приближается сюда? Давайте-ка посмотрим.