Идущие за лисой - Инга Фельтен

ничего исправить. Поэтому я даю вам ключ. Я не знаю, что это и как им пользоваться: я никогда не открывала эту коробочку. Ее передала мне прежняя Хранящая Границы, а ей — та, что была прежде нее. Откройте, теперь она ваша, если сумеете понять, что с ней делать.

— Открывай, — прошептал Антон. — Ты же у нас теперь ведьма…

Зоя судорожно вздохнула и взяла коробочку в руки. Немного повозилась с хитрым замочком и наконец открыла деревянную крышечку.

Ребята склонились над комочком сухой травы, лежащим внутри коробочки.

Зоя осторожно сунула туда пальцы и вытащила маленькое блестящее кольцо. Оно было бы совсем гладким, если бы не три маленьких камушка, вправленных в ободок. Камушки были разного цвета и расположены как-то хаотично: не рядом и не на равном расстоянии друг от друга. Зоя еще пошарила в коробочке, но ничего больше не нашла.

— Смотри… — она протянула колечко Антону. Тот повертел его в руках и протянул Миреле. Однако хозяйка даже не стала брать его в руки.

— Нет, нет. Этот ключ ждал вас — вы и разгадывайте его. Когда вернетесь, отдадите мне его назад, и я буду дальше хранить его…

С этими словами Миреле ушла.

— Ну-ка, надень его.

Зоя надела кольцо на палец и даже повертела в разные стороны — ничего не произошло.

— Камни так странно вставлены… И к тому же разного цвета. Наверно, это и есть ключ, только надо понять, как им пользоваться…

— Зеленый, синий, оранжевый…

— Ну-ка...

Зоя сняла кольцо и присмотрелась к третьему камню, поворачивая кольцо так и эдак. Рыжий, как огонек, и даже какие-то искорки внутри… Фиолетовые… Фиолетовые искорки в рыжем камне?!

— Вижу по глазам, что ты что-то надумала.

— Тебе ни о чем не говорит сочетание рыжего и фиолетового в этом камушке?

Антон снова взял кольцо и тоже повертел, рассматривая.

— Твои лисицы!

— Именно.

— Значит, этот камень символизирует сам Остров. Остается понять, что значат два других.

Майя что-то нежно насвистывала во дворе: ей здесь, похоже, очень понравилось. Зоя накинула куртку.

— Не хочешь прогуляться?

Антон убрал коробочку во внутренний карман и вышел вслед за девушкой на улицу.

Они долго брели вдоль берега, пытаясь разглядеть что-то на горизонте, но Миреле была права: ничего невозможно было разобрать.

Тогда ребята свернули к лесу и снова вышли на луг.

— Мне здесь нравится, — Зоя погладила какую-то пушистую травку с широкими листьями. — Все такое зеленое…

— Да… Зеленое. Зеленое, ты сказала?

Антон снова вынул кольцо.

— Тут остались синий и зеленый камни. Может быть, зеленый — это сами Пограничные Земли? Точка отправления?

— Тогда синий — это…

Нет, с синим что-то не складывалось. Ни небо, ни море — первое, что приходит в голову при слове «синий» — явно не годились. К тому же здешние море и небо упрямо оставались серыми. Как глаза всех местных жителей.

И еще…

— Что с тобой? — Антон встревоженно глянул на Зоино изменившееся лицо. — Что-то случилось?!

— Нет, нет… Я… просто кое-что поняла, кажется. Идем обратно.

***

— А ты внимательная девочка, — кивнула Миреле. — Да, тот человек, о котором ты говоришь, в самом деле когда-то жил здесь. Он носил другое имя, ну да это не важно. Долгие годы мы считали его погибшим, а он на самом деле тайно ушел из Пограничных Земель — он ведь знал, что это возможно. Наше племя не должно покидать Границу, нет, не должно! Но он покинул нас, и мы оплакивали его, доставая из воды обломки его лодки. И все-таки не было бы большой беды, если бы он только ушел жить к вам. Но он вмешался в жизнь Отражений, он много лет тревожил Остров — а я ничего не знала!

— Так вот почему вы сказали Азе, что никого сюда не пропускали!

— Да, верно. Я и не пропускала: ему и так не нужно было ничье дозволение. Как никогда не нужны были ничья любовь и ничья дружба. Я вообще не очень понимаю, что же ему могло быть нужно…

— Он… никогда никого не любил? — прошептала Зоя.

Антон тихонько поднялся со скамьи и вышел во двор. Ответ на этот вопрос не интересовал его совершенно, а видеть несчастное Зоино лицо было слишком тяжело: он уже очень сильно привязался к девушке. Вот же угораздило ее попасться на крючок этому чертову мерзавцу!

Миреле проводила Антона взглядом и покачала головой.

— Нет, девочка. Он не умеет ни любить, ни сожалеть, ни ненавидеть. Ему неведомы почти никакие чувства, оттого и глаза его отливают этим холодным блеском.

— Он был таким… убедительным. Как он мог говорить о чувствах так, что я ничего не поняла, принимая равнодушие за сдержанность?!

— Разве он когда-нибудь говорил «я люблю тебя»? — удивилась Миреле.

— Нет, но… можно ведь сказать не напрямую… Он вообще всегда обращался ко мне на «вы».

— Конечно. Ваша ведьма объяснила мне, что значит это обращение — у нас-то такого нет. А когда говоришь человеку «ты», намного сложнее спрятать ложь. И очень сложно сказать «я люблю тебя», глядя в глаза, так, чтобы в это поверили, если ты сам не только не веришь, но даже и не представляешь себе, о чем говоришь. Гораздо проще спрятаться за намеками. Он хорошо научился обманывать людей. Видно, многие хотели верить в то, что он им предлагал. Но знать правду намного полезнее, да! Пока ты знаешь правду, тебе нечего бояться. Понимаешь?

— Да. Кажется, да. Спасибо.

— Хорошо. Вы поняли, как использовать ключ?

— Пока не совсем. Сколько у нас есть времени?

— Столько, сколько вам нужно. Теперь никто уж не прогонит вас отсюда. Ищите ответы на свои загадки, пока не найдете.

***

— Что не прогонят — это хорошо, — Антон задумчиво вертел колечко и слушал шум волн. — А вот насчет времени я бы не обольщался. Он наверняка уже там.

Зоя кивнула. Она и сама не хотела задерживаться. Что все-таки значит синий камень? Остров, Берег… Что третье?

— Смотри, небо опять прояснилось. Как так получается, что днем тут почти всегда пасмурно, а ночью видно звезды?

— И в самом деле…

Антон задрал голову, присматриваясь к сверкающим точкам. Когда-то именно по звездам ориентировались древние мореходы…

По звездам.

Ну конечно.

— Звезда, которая не движется