Идущие за лисой - Инга Фельтен

И козий платок был таким теплым вовсе не из-за шерсти, а от того, что Миреле вплела в него частичку своего тепла и заботы.

Зоя вытащила из ушка остаток нитки и сжала иголку большим и указательным пальцем, прикрыв глаза. В ее душе достаточно крепости для нити, которую не порвет ни один ветер!

Антон взмахнул веслами и изумленно уставился на иголку в Зоиных руках. В ней откуда-то взялась толстая — как только пролезла в ушко? — золотистая нить, от которой исходило легкое сияние.

***

— Интересно, почему он не стал стрелять?

Антон кое-как вытащил застрявший крюк из борта лодки и вышвырнул в воду. Затем уселся на скамью рядом с Зоей и принялся растирать онемевшие предплечья.

— Может, в темноте ему было плохо видно?

— Да ему и не нужно было ничего видеть. Он стоял вплотную. Тут куда ни попадешь — легко повредишь лодку. С такими-то пулями…

— Не знаю. Может, здесь и пистолеты выходят из строя, не только компас?

— Вот это было бы очень кстати.

Лодка послушно шла под парусом. Антон глянул на небо, сверяя курс.

— Надо бы спешить. Смотри, звезды уже еле видно.

— Пусти-ка, я сяду на весла.

— Но ты же…

— Что — я? У тебя руки и так почти отвалились. Ничего, что я не умею, сейчас научусь. Я же видела, как ты гребешь. Тем более, теперь будет легче.

Антон в который раз признался себе, что снова недооценивал свою спутницу: Зоя в самом деле довольно быстро приноровилась к веслам и гребла уверенно и ровно, не забывая ворчать в ответ на ценные советы, которые на нее то и дело сыпались. Лодка заметно прибавила скорость.

Зоя бросала отчаянные взгляды на стремительно светлеющее небо, стараясь запомнить, где именно слабо виднелась путеводная звездочка. Девушка уже порядком устала с непривычки, но изо всех сил налегла на весла.

— Все! Вот он, я его вижу! Можешь расслабиться! — торжествующе крикнул с кормы Антон. — Теперь мы дойдем и без звезд!

Зоя перевела дух и развернулась на скамье лицом вперед, приветствуя священный Остров, на вершине которого однажды родилась ее мечта.

***

Чем ближе лодка подходила к Острову, тем слабее становился ветер и наконец стих совсем, так что парус пришлось снять, и Антон сменил Зою на веслах. До берега оставалось рукой подать.

Наконец весла заскребли по дну. Антон вылез из лодки и подтянул ее к берегу, закрепив веревкой за прибрежный валун. Протянул руку Зое, помогая удержаться на скользких камнях.

— Что будем делать с рюкзаком? Оставим тут?

— Ты как хочешь, а кое-что я все-таки возьму, мало ли…

Антон рассовал по карманам мотки веревки и карабины. Затем вынул из недр рюкзака аккуратно упакованные накануне бутерброды с сыром и несколько сочных яблок.

— Завтрак не самый роскошный, но уж какой есть.

— Отличный завтрак. Для полного счастья не хватает только чашки кофе. А то спать так хочется…

— Нет уж, спать сейчас не время, — серьезно ответил Антон. — Это еще далеко не конец. Если хочешь, могу облить водой. Она достаточно холодная, чтобы взбодрить не хуже кофе.

— Ты вредный тип. Совсем уже помечтать нельзя… — лениво отмахнулась девушка. Черт с ним, с кофе. Сейчас завернуться в платок и чуть-чуть отдохнуть… Пять минуточек…

— Зоя, не спи! — Антон бесцеремонно потряс ее за плечо. — Слышишь? Мы скоро вернемся домой, и тогда будешь спать, пить кофе и мечтать, сколько влезет. А сейчас их спасать надо, мечты твои. И не только твои. Если я правильно понял, стоит ему закончить свою стену, и люди вообще разучатся мечтать раз и навсегда. Давай-ка, вставай! Он наверняка где-то неподалеку!

— Да. Конечно.

Зоя встряхнула головой, подошла к самому краю берега, зачерпнула — и в самом деле умылась холодной водой.

— Все, я в порядке. Пошли. Нам нужно найти дорогу наверх.

Впрочем, сразу стало ясно, что с дорогой не задалось. Никакой дороги попросту не было. Голая скала поднималась вверх, прежде чем перейти в плавный выступ, а до цепляющейся за нее сосны было слишком далеко, рукой не дотянешься.

— Я боюсь, — честно призналась Зоя. — Я даже по заборам никогда не лазила.

— Другого шанса у нас не будет. Подожди, я посмотрю, что можно сделать.

Антон выудил из карманов свое снаряжение.

— Будем надеяться, что она не лопнет. Так, ну-ка… теперь закрепить… Готово.

Зоя вскрикнула: парень резко оттолкнулся и решительно взобрался на уступ, цепляясь за свою импровизированную страховку.

— Давай, не бойся. Тебя она тем более выдержит.

Антон кинул девушке конец веревки. Второй конец он закрепил на сосне.

— Обвяжи вокруг пояса и поднимайся вверх. Я держу. Тут дальше уже вполне нормально.

Зоя выполнила первую часть указания: обвязала веревку вокруг пояса. И неуверенно покосилась на уходящую вверх скалу. Пусть не отвесная, но все же скала не внушала доверия.

— Не бойся, там не так уж скользко.

Но она все медлила. Сделать первый шаг почему-то было очень страшно.

— Слушай, даже если ты не удержишь равновесие и упадешь, я тебя вытащу, — уговаривал Антон. — Ну проедешься на боку, в куртке не страшно. Ну что ты там говорила про дорогу под ногами идущего?

«Нет, не так», — вспомнила Зоя. «Не под ногами. Под шагами. Пока не сделаешь шаг — никакой дороги не появится».

Она вцепилась в веревку и шагнула на скалу. Вперед. К лисицам. К Антону. К свободе жить и мечтать. Еще шаг. И еще. И еще чуть-чуть. Веревка в руках резко ослабла: она стояла на уступе, и Антон улыбался совсем рядом.

— Ну чего ты? После всего, что ты уже пережила, так испугаться какой-то скалы? В принципе, по ней можно было бы даже без веревки подняться. Ладно, ладно, не дуйся. Зато дальше смотри, какая отличная тропа!

По сравнению с голой скалой тропа, уходящая к вершине сопки, и в самом деле была отличной: она просачивалась между острыми валунами и высоко выступающими из скудной земли корнями старых сосен, за которые можно было хотя бы держаться. Иногда из-под ног скатывались мелкие камушки, и Антон с Зоей начинали скользить вниз, пытаясь удержать друг друга.

Зоя сняла куртку и повязала на пояс. Ей было