Осенняя жара - Владимир Валериевич Стрельников

демонстрация седьмого. Куда денешься, это честь, представлять Бухару в городской колонне. Мы, кстати, тоже там будем, в этой колонне. Каким боком к этому имеет отношение алмаатинка Карлыгаш, не понял, но ей уже оформили командировку и сейчас она прикомандирована к нашему отделу МАКа. Бухарскому, я имею в виду. Хотя, когда Арферьев услышал об обучении боевой медитации целителей, то он сразу её оформил. Вот уж чего у нас не отнять — это поощрение учебы. Чем больше знает маг или магиня — тем они сильнее. Тем сильнее страна. И никак иначе.

— О чем задумался? — поинтересовалась мама, сдувая парок и отпивая крохотный глоточек.

— О следующей неделе. Суетливая суета, надо признать. Вы у меня в квартире поживете? Или снова в профилактории? — ташкентский профилакторий МАКа тема отдельная, и в основном из восхищенных междометий. Огромное шестнадцатиэтажное здание, с прекрасным видом на Большой Чимган и старый город. Великолепные пятизвездочные номера, прекрасный сервис. Такого в Алма-Ате нет, это точно. Сам пару раз со службы получал туда путевки, в основном после ранений. Сюда отдыхать из Москвы не стесняются приезжать. Да и просто подлечиться, нервы поправить. Здесь очень хорошие массажисты, не удивлюсь, если лучшие в Союзе в целом. Даже кремлевские старцы порой к нам приезжают. Брежнева самолично видел, и даже пообщались за шахматной доской. Я тогда только-только прапором стал, и сразу после этого словил пригоршню осколков в спину и плечи. Древняя мина, установленная чуть ли не полвека назад, и подловила. Ладно броник хоть и легкий, но полный, спина тоже прикрыта была, поверхностные раны в основном. Так что отлежался в госпитале, хотя, какой отлежался? В основном полулежа на животе, и ходил. Сидеть — швы расходились, паршивая мина, сто старым проклятьем была. Из госпиталя на месяц в профилакторий, массажем восстанавливали подвижность мышц спины и предплечий. И там реально все поправили, настоящие маги, хоть и слабосилки. Зато видят токи и плетения, что редкость, и правят повреждения своими пальцами.

— В профилакторий, Аким. У нас своя компания, у вас своя, не будем мешаться. Ну, теряться тоже не будем, но тебе просто точно не будет, Аким. Девки у тебя прелесть, но обе характерные, жесткие, хоть с виду шелковые. Но под шелком сталь. Так что постепенно привыкай. — Мама улыбнулась. Снова сдула парок и чуть-чуть отпила чаю. — чем пока заняться думаешь?

— Мам, так своими прямыми делами. Восстановлю доджик, обменяю его на «Садко-универсал», отдам его Кириллу, помогу Славке с ховербайком, договорюсь с бригадой, а завтра вообще хочу всей нашей бандой из меня, Кайки и Амайи сгонять в башню, заселить домового с кикиморами, заключить с ними рядный договор, подселить в камин и печи саламандр, сходить в одну пещерку, получить уговоренное от Самарина. Там неподалеку, но без слова-ключа не найти и не войти. Заодно сделаю авиасъемку с дрона, намечу места для вышек с генераторами, вышек-ретрансляторов мобильной и космической связи, метеовышку, поищу выходы воды поближе, там поставим вышки-водонасосные, надо водокачку разместить по уму. Делов выше крыши. Да еще размечу будущую рощу пиний, и ореховую с миндальной рощи. Сад тоже можно успеть высадить, саженцы надо… короче, завал, мам. — я почесал макушку.

— Это нормально, сына. Не забывай, еще тебе надо к Заире и Фаине слетать в гости. Минимум две недели. Ноябрь у тебя пролетит и не заметишь. И совет — к сестрам лети без своих девочек. Купи прямо завтра-послезавтра в Алма-Ате домик-таунхаус, и пусть Амайя учится контролю, это только начало минимум два месяца. До середины декабря занята будет точно. А то на самом деле сорвет сосредоточие в нечаянном разгоне хронопотока.

И в Москве покупай дом с умом, расчитывай на молодых парней и девчонок, чтобы могли на метро до вуза доехать. Байки, авто это хорошо, но студиозу удобней всего на метро перемещаться. Даже твоим будущим мажорчикам. И чего так на меня смотришь? Детишки архимага это мажоры, никуда от этого не денешься. — блин, мама снова вогнала меня в ступор. Нет, понятно, что если я косячить не стану, то мои дети родятся с золотой ложкой во рту, в прямом и переносном смысле этого слова. Но вот я только сейчас осознал эту проблему. И надо думать, как её решать. Ладно хоть несколько лет до деторождения есть точно — мама запрет с меня не сняла, и с девочек тоже. За это время что-нибудь да придумаю.

Глава 37

Глава тридцать седьмая

— Вот. — я поставил на стол перед мамой кофр с яйцом виверны.

— Это что? — мама осторожно потыкала вилкой в кофр. После чего задумчиво на неё посмотрела, и коротким заклом стерилизовала её. — Опять какая-нибудь шняга?

— Это яйцо виверны под сложным стазисом. Виверна миниатюрная зеленая лесная, яйцо попало в Спецотдел хранения в Орске в тысяча двадцать третьем году, после того как не смогли снять стазис. Яйцо точно живое, как стазис мы тут с Марком и Изенькой погадали, и вроде как нашли решение. Тут вот, смотри. — под восторженный вздох Амайи и Кайки я подвесил голографическую схему над столом. Схематическое яйцо пересекали три оси в трехмерной оси координат. — Видишь? Три оси зачарования, то есть снимать тоже надо втроем и синхронно. Схема зачарования, оси заклов, всё здесь. — я передал маме флешку. — у вас в больнице прекрасный заклинательный зал, у тебя очень сильные подруги-магини. Неужели не справитесь? Сразу оживите, и сделаешь фамилиаром. Вылупится, вот тебе и дракошка-фамильярчик. Ты же вроде как давно мечтала.

— Ты понимаешь, какая это редкость? — мама сидит, и внимательно изучает схему. — Как она к тебе попала?

— Так шабашнул же, за это мне четыре предмета в зале спецхранения на выбор предложили. Так, ничего особенного, пара нагаек для Карлыгаш и Нади, плюс древняя астролябия. Это яйцо мне отдали даже с облегчением, предмет строгой отчетности, каждую смену под роспись сдавали-принимали. — тут я обратил внимание на своих девчонок. — Девочки, вы чего?

— Аким, я никак не привыкну, что ты можешь в визуальную графику. Хотя смотрела все твои выступления перед школьниками. А ты «Сферу галактики» можешь? — Карлыгаш внимательно поглядела на меня.

Ну, довольно сложная схематическая проекция, требующая серьезного контроля и приличной личной силы.

— Могу, а что? Если хотите, пойдемте на улицу, покажу. — В комнате песчинок нет, а для этого закла лучше всего простой песок подходит.Гранит, базальт или кварц, главное, чтобы мелкий и примерно одинаков.

На улице, куда выскочили девчонки, и вышел на садовую дорожку, как раз