Осенняя жара - Владимир Валериевич Стрельников

Резво забрались на девять тысяч, встали пеленгом в паре метров друг от друга под единым щитом и управлением от Ви. Скорость в семьсот км приличная штука, потому бдю, контролирую пространство. Но чисто, только около самой башни летают Илы-двадцать восьмые с базы в Ходжейли, отрабатывают посадку на аэродроме подскока. Потому сразу связался с командиром летунов, что висит на восьми тысячах и все контролирует, и обозначился.

— Главный бомбер Росомахе семь-четырнадцать. Иду на снижение, посадочная глиссада. Ваши перцы пусть осторожней, а то залетают в поле моей башни.

— Росомаха Аристарху. Садись, не бойся, не тронем. Прилетай знакомиться, как примешь дела, некрос. Проверим, как ты насчет выпивки. — ответил уверенный баритон, и в эфире ржач нескольких десятков молодых парней. Ну да, на этих самолетах летают молодые ребята, полки недавно воссоздали, в управление Яки и Илы намного проще современных машин, потому сюда лейтех из «китайских» наборов и отправили, летунов, штурманов, техников. Потому я и опасаюсь. Молодые и дурные, кровь кипит, из жопы пар. Чкаловы и Гагарины, едреный батон.

Но сели спокойно, бомберы малость отошли в сторону. Видно, но уже далековато.

— Ого. Я думала, она меньше. — Карлыгаш запрокинув голову смотрит на наш донжон. Амайя с некоторым пиететом сделала намасте башне, Кайка, глядя на её, тоже. И донжон откликнулся девчонкам, вот реально, я это почувствовал. Да и меня приветствовал, как хозяина. На что я тоже чуть поклонился, но в ответ. Тут я старший. Это что, в донжоне есть управляющий артефакт? И я его активировал в прошлый раз, когда ловил Самарина? Ладно, разберемся.

А пока загнали байки в старую пристройку кордегардии, как раз подходящего размера двери там. Да и коридоры удобные для транспортировки. Но это попозже, пока просто выгрузим топливо и продукты, а таскает уже пусть домовой и кикиморы.

Сейчас же я прихватил пару саквояжей, и сопровождаемый любопытными девчонками, порулили в заклинательный зал. За мной летят тючки с тканью, пряжей и пожей с куделью, ларец с инструментами и коробки с самопрялками.

Зал, где на меня пытался сделать засаду Самарин все такой же, пыльно, и неуютно, но мощные магические потоки. Девчонки поежились, особенно Кайка. Ей первое время будет сложно, но замужество оно такое, магическая сила мужа защищает жену, и выправляет ей потоки магии. То есть спектр Карлыгаш сдвинется в темноту, в фиолет и красноту.

— Так, девочки, начинаем. Стойте по обе стороны, вы тут боярыни. — Ну да, для домовых духов мои девчонки боярыни. В Ташкенте так и называют.

Поставил саквояжи на стол зала. И выгрузил на пол лапоточек и пару клубков. Пора призвать домовых духов.

— Здобун, Зыряна, Званка, проявитесь и появитесь. — Их я сам запечатывал, потому обращаюсь по именам и без ритуала.

Означенные нечистики появились над своими временными вместилищами. Домовой и пара кикимор. Слабенькие пока, неухоженные, чумазые.

— В ознаменование договора вот вам новое жилье и дом. Это мой донжон, магическая башня. Принимайте под руку. Но пока — вот вам мои жены, боярыни Карлыгаш и Амайя.

— Челом тебе, княже. Челом вам, боярыни. — в понимании нечистиков, Кайка, и тем более Амайя, покамест на княгинь не тянут. Княгиня в их понимании минимум Арканист, то есть маг второй категории в нашем понимании. Но на боярынь обе тянут. Амайя набирает магический вес и силу, причем очень активно, такими темпами к весне на третий уровень сдаст, а Кайка уверенно идут ко второму. Да, тут еще не очень близко, но третий плюс уровень она имеет. А то и два плюса. И да, фактически мы уже муж и жены. После вручения помолвочных браслетов девчонки носят их не снимаю уже несколько недель. Фактически принимая брачный контракт. Это для людей важны условности, нечистики смотрят в суть.

Кстати, обе, и Амайя, и Карлыгаш, совершенно не возражают против такого моего обозначения статуса. А потому… чего мне тянуть?

— Девчонки, дайте руки. Правые. — и надеваю девушкам на безымянные пальцы кольца из платины с приличными бриллиантами в десяток карат в огранке «маркиз». Сам делал, брюлики уже давно огранил, а колечки, точней, перстеньки, довольно массивные, к командировке собрал. — Клянусь вам, принимая вас в жены, беречь вас, любить, разделять радости и горести. Да будет так.

— Да будет так. — Ошалело промолвила Карлыгаш, глядя на руку. Амайя же сказала: «Аминь», и тоже крутит руку, любуясь игрой света и отражений.

На правых руках у меня возникли пара перстней, парных к тем, что я изготовил для девчонок, но с серым и черным бриллиантами, и тоже в огранке «маркиз». Однако, я этого не делал!

— Хозяин, тебя башня приняла. — благоговейно прошептал домовой, молча наблюдавший все это действо. — Боярыни, поздравляю вас! Будем служить и защищать!

Глава 38

Глава тридцать восемь

А вот этого я точно не планировал. Башня чуть-чуть дрогнула, и еле заметно изменился магический фон. Однако.

— Так, Здобун, тут есть артефакт управления? «Сердце дома»? — В тех документах, что я получил в МАКе этого не указано. Самарин тоже об этом умолчал, но тут я сам виноват, он отвечал только на заданный вопрос, Кутайсова это тоже не интересовало. Но без подобного агрегата никак иначе объяснить магическую фиксацию брака не могу.

— Да, хозяин, есть. Чуть живое, но есть. Чую его. — самого Здобуна и его кикимор мы с наставником забрали в старом разрушенном поместье императорского российского чиновника на Дальнем Востоке, где изъяли уснувшее «Сердце дома». В Империи такие артефакты устанавливали в том числе и в некоторых домах высшего чиновничества, и в том числе в подобных башнях. Это что, опять мне наставник помог, даже из-за Кромки? У Салавата присутствовал дар изредка видеть варианты будущего, но размытые и неясные. Как для политики — не годится, а для боевого мага иногда выручало, и очень сильно. В тот раз он мне отдал прямо-таки приказ как наставник — бери, пригодятся. А таким правом Салават пользовался очень редко, я всего раза три упомнить могу. Ему вполне хватало просто командных функций.

«Сердце дома» псевдоразумный управляющий артефакт, в девятнадцатом веке просто самый писк магической прикладной науки и артефакторики. Все царские и княжеские дворцы имеют такие, в Московском Кремле таких три, по официальной информации. Кроме того, такие есть в Казанском, Новгородском Кремлях, и были в крепостях в Польше, что оказались утрачены в ходе Первой Мировой. В современной Польше