В тебе моя душа - Татьяна Ма

— Ничего, можно было не торопиться, у меня уйма времени.

Кажется, Лили не уловила сарказма в его голосе.

— Поехали, мать уже заждалась нас к обеду.

— А где мы будем обедать? Я ужасно голодна.

— У меня дома, мать сама готовит.

— О! Твоя мама такая внимательная и заботливая. Обожаю ее.

Если Лили говорит правду, то, пожалуй, она единственный человек в этом мире, способный обожать Мань Синмей. Он восторгов девушки не разделял. Его бесило не только то, что придётся провести несколько дней в обществе матери и Лили, но и то, что мать решила, будто Лили стоит на этот раз остановиться не в отеле, а у него в квартире. Да и сама Мань Синмей решила разместиться там же, чтобы «соблюсти приличия» и не оставлять его и Лили одних в квартире ночью. Мать, конечно, может строить какие угодно планы, но Джейк не собирался терпеть обеих женщин под одной крышей. Что за фарс устраивает его мамаша! Он решил, что участвовать в этом не будет. Раз им так хочется пожить в его квартире, пусть! Сам он переберется в отель сегодня же вечером, а они пусть устраивают семейные ужины, завтраки или обеды. И пусть сами развлекают друг друга, а он пас! Джейк в общем-то не имел ничего против Лили. Ему не трудно было пригласить ее, например, в ресторан. Черт, да он был так мил, что в прошлый раз устроил ей целую экскурсию по Шанхаю. Но на этом все, хватит!

Когда они поднялись в квартиру, МаньСинмей уже накрыла на стол. Расцеловав Лили в обе щеки, она повела девушку осматривать дом.

— Джейк, вот уж не знала, что у тебя в Шанхае такая огромная квартира, — сказала Лили, когда они сели обедать.

— Я жил здесь три года, не в отеле же мне все время ютиться.

— Джейк у нас обожает комфорт, — ехидно сказала Мань Синмей. — Привык иметь все самое лучшее. А я вот живу непритязательно. Мне и в отеле неплохо. Тем более в своём собственном.

— Тетушка Мань, а я очень хорошо понимаю Джейка. Одно дело жить в отеле, когда путешествуешь, а другое дело — постоянно. Ведь в Даляне вы тоже живете дома, — улыбнулась Лили.

— Твоя правда, милая. Но когда ездишь из города в город по делам, нет смысла покупать жилье везде.

— Недвижимость хороший способ вложить деньги, — сказал Джейк. — Сколько стоила эта квартира, когда я ее покупал, и сколько она стоит сегодня? Ты же всегда ратуешь за то, чтобы деньги приумножать, — уколол Джейк мать.

— Ты прав, сынок, — она повернулась к Лили, решив сменить тему. — Милая, как тебе понравилось в Шанхае прошлый раз?

— О, мне кажется, я влюбилась в этот город. Джейк мне многое успел показать. После Шанхая Далянь кажется большой деревней, — затараторила Лили, рассказывая, что ей удалось посмотреть и где она ещё хотела бы побывать.

— Надеюсь, что и в этот раз Джейк найдёт для тебя время. А двадцать пятого мы устроим семейный праздник, отметим Рождество. Джейк после жизни в Америке перенял их традиции и полюбил этот праздник.

— Ой, мне тоже нравится Рождество. В фильмах всегда так красиво. Много снега, ёлки, разноцветные огоньки, — мечтательно произнесла Лили.

— В Шанхае вряд ли стоит ждать снега. За ним тебе бы стоило отправиться в Харбин, — иронично произнёс Джейк.

— Ой, а я ещё не бывала в Харбине, а ты был там?

— Джейк, ты должен как-нибудь свозить туда Лили. Зимой там чудесно, хоть и очень холодно.

— Поездку в Харбин ты для нас запланировала до Рождества или сразу после? — язвительно спросил он мать, вставая.

— Ты куда? — спросила Мань Синмей.

— Спасибо за обед, мама, но у меня есть дела в отеле. Увидимся завтра.

— Завтра? Ты не придёшь ночевать?

— Нет, возьму пару вещей с собой, переночую в отеле.

— Но здесь три спальни, совсем не обязательно… — начала было мать.

— Здесь действительно три спальни, однако квартира все равно слишком тесна для всех нас.

Мань Синмей понимала, что Джейк имел в виду вовсе не размеры жилья. Ему с матерью было бы тесно даже в королевском дворце. Они уже несколько дней жили под одной крышей и еле-еле выносили друг друга, даже несмотря на то, что виделись только по утрам и вечерам, когда возвращались с работы.

Следующие пару дней он по возможности старался избегать и матери, и Лили, предоставив их друг другу. Джейк заказал билет до Даляня на утренний рейс двадцать пятого. Пусть мать строит планы, но он твёрдо решил вернуться домой, как и обещал Надии. Джейк каждый день звонил ей, но разговор по телефону нельзя сравнить со встречей наедине. В Шанхае он задыхался. Нет, дело было не в городе и даже не в Лили. Он больше не мог выносить мать. Если раньше он только подсмеивался над ее попытками свести его с кем-нибудь, то теперь ему осточертели постоянные намеки. И это логично. Раньше у него было много женщин, но ему было плевать на них всех вместе взятых. Теперь у него была Надия, которую он не хотел терять. Их отношения с ней до сих пор не зашли дальше поцелуев и объятий. Но несмотря на это, а может быть именно поэтому они казались Джейку наиболее ценными.

Двадцать четвертого декабря накануне Рождества Мань Синмей всё-таки вынудила Джейка приехать в квартиру, которую они с Лили оккупировали, как захватчики, совершившие стратегический манёвр и вынудившие его ретироваться. Когда он открыл дверь своим ключом, то увидел посреди гостиной кучу коробок. Лили и Мань Синмей были заняты тем, что наряжали ёлку.

— Джейк, ну где тебя носит? Мы уже все замучились с этим деревом, — набросилась на него Мань Синмей. — Я же просила тебя приехать пораньше, чтобы помочь.

— Мам, зачем ты ставишь рождественскую ёлку, если ненавидишь Рождество?

Она остановилась и, прищурив глаза, превратившиеся от этого в два тонких лезвия, воскликнула:

— Чтобы сделать тебе и Лили приятное, зачем же ещё?

— Не нужно было.

— Тетушка Мань, Джейк нам совсем не нужен, — сказала Лили, расправляя последние ветки. — Я уже все сделала. Теперь осталось самое интересное — повесить