Дела репрессированных московских адвокатов - Д. Б. Шабельников

Разговаривая со следователем о гр. Бать, я рассказала ему о том, что у меня с ним бывали конфликты на почве воспитания моего сына. Я рассказала, что Бать осуждал меня за то, что я вывешивала у себя в комнате грамоты моего сына, которые он получает за отличную учебу, Бать говорил, что этого делать не следует, т. к. это не развивает скромности в ребенке. Выслушав это, следователь обрадовался и даже стукнул ладонью по столу, сказав: «Вот вам, а вы говорите, что он советский человек, он против того, чтобы вы советскую грамоту вывешивали на стену». Такая постановка вопроса меня обескуражила, и когда следователь записал, что Бать высказывал свои антисоветские взгляды в завуалированном виде, я с этим согласилась, подумав – может, и верно, что это завуалированное выступление. Хотя разговор шел только о скромности, а не о политике.

От данных мной следователю НКВД показаний 19/XI-37 г. я категорически отказываюсь, потому что меня следователь запугал, накричал на меня, давил на меня морально в течение трех часов, он заставлял меня сказать о Бате, что он антисоветский тип, и я, будучи надавлена и доведена им до истерики, подписала протокол. Сейчас я с полной ответственностью утверждаю, что я ничего антисоветского за гр. Бать не замечала, не знала, считала и считаю его советским человеком, очень культурным и очень умным.

Никаких антисоветских стихов он у меня дома не читал. И я даже не знала, что он пишет стихи.

Писманник [подпись] П. следов. [подпись]

Продолжение.

Никаких других документов кроме протокола допроса я у следователя в НКВД не подписывала и никакой другой фамилии кроме своей не писала.

Писманник [подпись]

П. следов. [подпись]

л. д. 32

Заявление

[штамп: получено] 15 мая 1939 гр. Любови Григорьевны Бать (Москва, Пушкинская д. 9, кв. 44)[246]

23 февраля 1939 года я обратилась в Президиум Верховного Совета СССР с просьбой о пересмотре дела мужа моего Александра Григорьевича Бать, арестованного органами УГБ НКВД по Московской области 23 сентября 1937 года.

В первых числах марта с. г. Президиум Верховного Совета СССР направил мое заявление на рассмотрение прокурору г. Москвы.

3 мая с. г. Прокурор г. Москвы за № Д-4567 сообщил мне, что жалоба моя по указанному выше делу оставлена без последствий. Я прошу Вас, гражданин Прокурор Союза ССР, затребовать дело моего мужа и пересмотреть его.

При этом считаю необходимым сообщить следующее:

Муж мой принадлежит к советской трудовой интеллигенции, безусловно и до конца преданный советской власти. Мой муж никогда не принадлежал ни к каким антисоветским партиям и группировкам. Он происходит из трудовой семьи (отец его был учителем, а мать – учительницей) и сам всю жизнь был трудящимся.

С начала октябрьской революции и до дня ареста он работал по линии советской юстиции в качестве юрисконсульта, консультанта и члена коллегии защитников. Работа моего мужа в качестве члена коллегии защитников с 1922 года была безупречной с профессиональной и общественной точки зрения и не давала никаких поводов к каким бы то ни было взысканиям. Работу его, как члена коллегии защитников, знают много судебных работников г. Москвы.

л. д. 35

Протест

[штамп: ] Прокуратура гор. Москвы Спецсектор[247]19/8 1939 г. № Д4567

Начальнику УНКВД по МО. по делу Бать Александра Григорьевича от Прокурора гор. Москвы:

Постановлением Тройки при УНКВД СССР по МО от 20.ХИ-37 г. (дело № 3102) [осужден] Бать А.Г 1886 г. рождения, юрист. В прошлом член продовольственной управы г. Казани и председатель «Комитета общественной безопасности» Казанской губ. С 1922 года по сентябрь месяц 1937 г. работал в г. Москве Юрисконсультом и членом коллегии защитников, за систематическую антисоветскую агитацию приговорен к расстрелу. 22.ХИ-37 г. постановление приведено в исполнение.

Имея в виду, что в деле нет никаких документов, указывающих на систематическое ведение к/р. агитации, не указано, когда и где он вел таковую, по делу допрошен лишь один свидетель гр. Писманник, которая на допросе 10.VIII-39 г заявила, что данные ей 19.ХБ37 г показания она категорически отрицает как вынужденные следователем, мотивируя тем, что она этого следователю не говорила, а он сам написал это и потребовал их подписать, а когда она отказалась, кричал на нее, оскорблял и выгонял из кабинета, а потому прошу постановление Тройки отменить, дело дальнейшим производством прекратить за недоказанностью.

Приложение – дело и жалобы.

П/прокурора г. Москвы по Спецделам: [подпись] (Алексеева) «Согласен» Прокурор г. Москвы [подпись] (Муругов[248])

л. д. 36-38

Протокол допроса

1939 г. сентябрь 23 дня. я, м. следователь след. части УНКВД г. Москвы Тарханов допросил в качестве свидетеля

1. Фамилия: Шлифер

2. Имя и отчество: Бер Гиршевич

3. Дата рождения: 1892 г.

4. Место рождения: Николаевская обл., Новая Прага[249]

5. Местожительство: Пушечная ул. д. 7, кв. 51

6. Нац. и гражд. (подданство): еврей, гр. СССР

<…>

8. Род занятий: Зав. юрид. консультации № 31 Коминтерн. р-на[250]

Об ответственности за дачу ложных показаний по статье 95 У. К. предупрежден. [подпись]

Вопрос: Как и давно ли Вы знаете Бать Александра Григорьевича?

Ответ: Александра Григорьевича Бать я знаю с 1922 года с момента организации Московской коллегии защитников. Я с ним познакомился в б. К[расно]пресненской юридической консультации коллегии защитников, где мы вместе работали до 1925 года. После 1925 года я с Бать А.Г. продолжал знакомство, с 1930 года по 1931 год мы вместе работали в Баумановском коллективе защитников. После 1931 года мы вместе не работали, но поддерживали близкое знакомство.

Вопрос: Какие у Вас с Бать А.Г. были взаимоотношения, не было ли между Вами и Бать А.Г. личных счетов?

Ответ: Взаимоотношения между мною и Бать А.Г. были хорошие, товарищеские. Личных счетов между нами никогда не было.

Вопрос: Что Вам известно о социальном происхождении Бать А.Г.?

Ответ: Со слов АГ Бать я знаю, что его отец был преподавателем в средней школе в г. Одессе до революции, преподавал математику. Отец АГ Бать умер на грани Социалистической революции.

Вопрос: Что Вам известно о деятельности Бать А.Г. до революции?

Ответ: Со слов А.Г. Бать я знаю, что он по окончании университета был помощником присяжного поверенного в г. Казани и, кроме того, репетировал студентов, сдающих гос. экзамен по юридическому факультету. Больше ничего я, со слов А.Г. Бать, о его деятельности до революции не знаю.

Вопрос: Вам приходилось слушать