Сага об исландцах - Стурла Тордарсон

Гнал нас прочь далече

Резчик лыжи веча.

Весть приходит поздно:

Страшен полк был грозный.

Но чуть раньше было,

То, что все покрыло:

В пояс почвы дернул не гордо

Сам годи Озерного Фьорда[438].

Вот что еще было сочинено:

№ 24

Прорвало Бергтора.

Бранд ревел про черта.

Ингимунд не к месту

Поминал срамное.

Но едва завидев

Строй мужей с оружьем,

В направленье Снорри

Устремился каждый[439].

После того, как сыновья Йона ускользнули от Торвальда, он заехал на Холмы и забрал свои щиты. Затем он вернулся на хутор и провел дома короткое время, а потом с множеством народа выехал в Окраинные Фьорды.

Сыновья Хравна вовремя узнали об этом, и собрали на Песчаном Берегу вокруг себя людей; и у тех, и у других было много народу.

Торвальд прибыл на Песчаный Берег, и бонды выступили с посредничеством, чтобы они заключали мировую. Договорились на том, что Магнус епископ — с теми людьми, которых он сам выберет, — должен будет помирить их, а сыновья Хравна прекратят поддерживать сыновей Йона.

Но когда сыновья Хравна пошли заключать поруку с Торвальдом, Одд сын Али с Ароном сыном Хьёрлейва вели беседу наверху у стены укрепления и не захотели подходить за порукой к Торвальду. Это Торвальд позднее вменял Одду в вину и расценивал как умысел против своей жизни, о чем еще будет сказано впоследствии.

После замирения Торвальд вернулся в себе в Озерный Фьорд и сидел зиму на своем хуторе.

49. Кончина Сэмунда из Одди и раздел наследства.

[7 ноября 1222 г.] Следующим летом после тех событий, о которых сейчас было рассказано, Сэмунд в Одди подхватил болезнь и умер в седьмой день перед ноябрьскими Идами[440].

В эту самую осень, а также в начале зимы, на небе часто можно было видеть звезду, которая называется комета. Кроме того, солнце являлось взору красным, как кровь.

А распоряжения Сэмунда были таковы, чтобы Сольвейг, его дочь, получила не меньшую долю наследства, чем любой из его сыновей. Тогда Сольвейг переехала на Ключи, к своей матери. Мать с дочерью обратились за помощью к Торвальду сыну Гицура, с тем, чтобы помог удержать долю Сольвейг при разделе имущества с ее братьями.

Сыновья Сэмунда согласились принять ту долю наследства, которую при дележе вместе с ними укажет Снорри сын Стурлы; зимой они послали за Снорри, чтобы тот приезжал на юг делить имущество.

Тогда Снорри выехал на юг вместе с Ингимундом сыном Йона и Асгримом сыном Бергтора и хорошими провожатыми. Он остановился на Ключах. Мать с дочерью очень любили его, и Сольвейг отправилась в Одди вместе со Снорри. Снорри было очень занятно беседовать с ней.

А когда Снорри ехал вместе с ними с Ключей, им повстречалась женщина верхом на лошади, она ехала им навстречу: на ней был темно-синий тулуп из лоскутов, и несколько лоскутов было завязано у нее на голове; это заменяло ей шляпу. Один человек сопровождал ее. То была Халльвейг дочь Орма, богатейшая из женщин Исландии. Снорри счел, что вид у нее небезупречный, и ухмыльнулся.

Снорри приехал к Одди и устроил все так, чтобы Сольвейг получила все ценные вещи, до которых у нее дошли руки. А из всех сыновей Сэмунда больше всего он выделил Хальвдану.

Мать с дочерью велели отвезти свою добычу в Обвал к Торвальду сыну Гицура и поручили ее и себя его заботам.

Той зимой между Торвальдом сыном Гицура и Сигхватом сыном Стурлы все время сновали гонцы.

50. Женитьба Стурлы сына Сигхвата.

[1223 г.] Весной после Пасхи Сигхват вместе со своей женой Халльдорой выехал с севера и прибыл в Долины. Оттуда он поехал на юг через пустошь; всего их было девять человек, включая его сына Стурлу и Бранда сына Йона. Сигхват прибыл в Обвал. Там уже находились Вальгерд с Ключей и ее дочь Сольвейг. Было озвучено сватовство Стурлы, и кончилось тем, что Торвальд сын Гицура сыграл свадьбу Стурлы и Сольвейг у себя в доме.

Упоминается о том, что в день, когда была назначена свадьба, Торвальд вывел перед Сигхватом всех своих детей, — сперва шли дети Йоры Епископской Дочери, — и сказал, что ему кажется очень важным, чтобы Сигхват как следует разглядел детей[441]. Сигхват какое-то время смотрел на них и сказал, что навряд ли найдется много таких, кто подавал бы больше надежд.

Затем подошли дети Торвальда от Торы, и впереди их стоял Гицур, а Торвальд взял его за руку и сказал:

— Вот мой любимец, бонд Сигхват, и я придаю очень большое значение, чтобы человек этот показался тебе удачливым.

Сигхват помрачнел и долго вглядывался в Гицура. Гицур же стоял спокойно и просто смотрел на Сигхвата, не опуская глаз. Затем Сигхват произнес эти слова, и довольно неприветливым голосом:

— Не нравится мне этот взгляд исподлобья.

И поскольку Сигхват дал такой ответ, Торвальд больше не возвращался к этой беседе[442].

Пир прошел как нельзя лучше, угощали с размахом и расставались ласково.

Сольвейг с матерью уехали на запад вместе со Стурлой.

Рассказывают, что Торвальд с несколькими людьми выехал проводить их; и прежде чем расстаться с Сигхватом, они оба слезли с лошадей и долго говорили о своей дружбе.

Тут Сигхват сказал:

— Я бы хотел просить тебя, Торвальд, чтоб мы держали ваших сыновей в узде, и они соблюдали дружбу, как полагается родичам.

Торвальд потупил взор и ответил, довольно задумчиво:

— Они и будут сдерживаться, пока мы оба с тобой живы.

Слова эти, как поняли люди впоследствии, оказались пророческими, ибо, когда случился Поход к Озеру Пересмешника, Торвальд уже преставился.

После этого Торвальд уехал домой.

А когда Сольвейг прибыла на Овечью Гору, она приняла тамошний хутор в свои руки. А Халльдора велела проводить Вигдис дочь Гисля, которая раньше была наложницей Стурлы, домой в Средний Фьорд. Дочь Вигдис и Стурлы звалась Турид.

Сигхват отбыл к себе на север.

Мрачен был Снорри, когда он узнал о женитьбе Стурлы, и люди полагают, что он рассчитывал на иной исход.

Перед тингом Стурла поехал на запад к Грязному Двору, и навстречу ему туда подъехал Торвальд из Озерного Фьорда. При их беседе были священник Снорри сын Нарви и священник Торви сын Гудмунда. Они договорились