Черноземье 2 - Иннокентий Белов

Так ли она безнадежна или есть возможность излечения?

Пытаться как-то исправить или все же сносить с концами?

Глава 15

Дом самого Крома оказался, естественно, самый большой и роскошный на площади перед Ратушей.

Его семья при власти не первый год, а все до единого двадцать лет нового Черноземья, так что все имеющееся благополучие вполне понятно.

Тем более, что его отец выступал таким явным лидером в разношерстном собрании Капитанов, тянул управление людьми и территориями немалыми как прирожденный герцог какой-то.

Весьма уверенно и с большим толком, как признают все.

Ну и сын на него похож, но все же при нем власть совсем разложилась, хотя процесс начался еще с его отца.

Остальные дома тоже смотрятся красиво, но все же переходить дорогу дому главы Совета Капитанов размерами не спешат.

Понимают, что это может оказаться не по понятиям, а Капитан Кром Второй здорово расстроится. Расстроится и лишит выгодных подрядов от города и остальных таких плюшек. Благосклонность настоящего хозяина города потерять легко, а вернуть обратно почти невозможно, много найдется желающих пнуть и толкнуть еще ниже проштрафившегося недоумка.

Мы приехали на его повозке с открытым верхом, карет в этом мире, чтобы таких сделанных богато по-дворянски, еще не придумали, но про защиту от лучей светила уже думают.

— Крышу я уже заказал, скоро начнут делать, — так он мне сказал после долгого молчания, заметив, как я щурюсь под ярким светилом.

— На лето можно и откидную крышу ставить, будет защищать от Ариала и ветра с дождем, — заинтересовал я Крома.

— Это как? — да, в таких вопросах Черноземье еще пребывает в полной дикости.

Здесь только всего лет пять по-местному делают повозки на рессорах, раньше все главные в городе на лошадках скакали, кататься на подводах было совсем не по понятиям для высокого начальства.

— Пошить из красивой кожи верх и раскладывать его при нужде свободно. Одной рукой, — добавил я, заметив, как недоверчиво блеснули глаза Главы Совета.

Но он явно заинтересовался идеей, не стал ее сходу отвергать. Быстро схватывает суть муж Клеи, в этом ему не откажешь. Глава Совета так и должен выделать реальные стоящие мысли среди кучи пустозвонства своих ровесников и друзей детства.

Мы высаживаемся из повозки, гвардейцы, несущие службу на самой площади, приветствуют главу города знаком руки, похожим на римское приветствие.

Ну, как оно показывается в разных художественных фильмах мужественными легионерами в коротеньких туниках…

Я пока внимательно оглядываю дом, перед которым мы остановились, надеюсь, что Клея выглянет в окно, рассмотрит мое не сильно изменившееся лицо, как следует приготовится и к моменту возобновления нашего знакомства сможет выглядеть так, как будто видит меня, если и не в первый раз в своей жизни, то давно уже напрочь забыла.

Мы все же пришли вместе из Сатума, но было это давно, а про наши тихие встречи в уединенном месте никто и не должен знать.

Власть ее, конечно, сначала подрезала во всяких долях от бизнеса и правах, но теперь она с этой властью спит и растит общих детей. Так у Клеи явно все отлично, кроме того, что от управлением долями и бизнесами ее отстранили и не вернули, а свою прежнюю жизнь в Сатуме с молодым бандитом вспоминает, наверняка, только как дурной сон.

Заметно, что младший Кром тоже довольно суровый мужик сам по себе и с ним придется жить только так, как он сам позволит.

Мы поднялись на второй этаж вместе с Кромом, там он меня покинул, дальше уже повел дворецкий или даже мажордом и привел в отдельную комнату.

Где я и дождался Крома с Клеей.

Клея изменилась заметнее, чем Грита, ну она и детей уже троих родила, немного погрузнела и стала пошире во всех местах, зато глаза остались такими же яркими, необыкновенно зелеными для Астора.

Она без проблем справилась с волнением, уже как статусная дама с умением невозмутимо себя вести и виду не подала, что как-то особенно отреагировала на мое появление.

Очень мило поздоровалась, я так же ответил, и мы сразу перешли в соседнюю комнату, где в постели лежит в жару совсем маленький, лет четырех ребенок.

— Ну, не мой ребенок, значит, болеет, — незаметно выдохнул я про себя.

Жаль, что не увижу сейчас сына, судя по определенной сдержанности Крома, до знакомства со всей семьей дело еще не скоро дойдет. Если вообще когда-то дойдет до этого.

Клея, наверно, незаметно играя, что не знает о моем лекарском умении, начала мне рассказывать симптомы болезни и все такое прочее. Я молча выслушал, присел к ребенку, достал из мешка артефакт и пустил около груди мальчика ману через камень, потратив три процента. Наверно этого количества хватит, чтобы совсем маленький ребенок быстро пошел на поправку.

После этого по-деловому попрощался, отказался от предложения Крома подвезти меня куда мне угодно и был проведен дворецким обратно на площадь. Радостные родители остались вместе с сыном, уже не обращая на меня особо внимания.

У Крома это в крови — принимать все как положенные услуги от окружающих, а Клее тоже ни к чему особенно смотреть в мою сторону с восторгом, лучше сосредоточиться на сыне, который теперь уже почти здоров.

Еще раз обошел всю площадь, внимательно разглядывая изменившиеся с прошлого раза дома. Потом прогулялся в порт, полюбовался суетой в гавани, купил снова жареной мелкой рыбки у торговцев с местным горячим напитком из душистых трав и встал за высоким столиком.

Чай стал совсем дорогим в продаже, не знаю из-за чего это случилось, поэтому немало народа собирает ароматные травы и правильно заваривает их.

Свидание с Клеей прошло очень прилично, никак мы не выдали, что друг для друга что-то значим и это значит, что не испортили ей жизнь. Сына своего я не увидел, но уверен, что умная женщина даст нам возможность повидаться, чтобы самим перекинуться парой слов наедине.

Когда для этого появится реальная возможность.

Кром Второй заметно, что очень ревнивый мужчина, поэтому все ему знать и не нужно. А то совсем спать перестанет и превратиться в Отелло. Ну и мне очень серьезно жизнь попортит, придется начинать настоящую войну с Советом. Все это вполне возможно, но лучше не сейчас, будут у меня еще поводы значимо увеличить свои заслуги перед городом и всем Черноземьем.

Еще мне очень