Конструктор сырой магии - Павел Игоревич Хохлов

ними, так как Гарфус больше не принимал физическую оболочку. Фактически, Селена единственная, кто меня мог видеть в форме духа. Она прожила долгую жизнь. Тысячу лет, я охранял её покой, а она была единственной в этом мире, кто мог скрасить моё существование. Когда пришла её пора умирать, она попросила Гафруса, чтобы он не оставил её родное селение без покровительства. Так я и остался вечным стражем Каменных врат. С годами, деревня, славящаяся своей безопасностью, переросла в посёлок, а затем и в небольшой город.

Когда Селена ушла, я, потерял и часть своей свободы. Ведомый волей бога, своего создателя, я защищал селение от опасностей. Но огонь — неукротимая стихия. С годами я всё больше чувствовал, что моя сущность подвержена влиянию пламени и, со временем, перестал себя контролировать вне Каменных врат. Но, так как защита Селения была изначально заложена в моё существование, я не мог самостоятельно покинуть его или не выходить за пределы, оставляя без защиты. А в последние несколько лет, я начал уничтожать всё, до чего могли дотянуться мои языки пламени. А дальше, вы и сами знаете.

— Интересная история. — Меня всё ещё интересовали несколько вопросов. — А что на счёт Леса Страха? Откуда он появился.

— Лес страха — создание Шульта. — Объяснил Габриель. — Изначально был создан, чтобы заманить в него Селену. Но, пока я находился рядом, влияние леса на эльфийку было минимально. Селена умерла, а Лес остался. Либо бог смерти забыл о нём, либо это его своеобразная шутка.

— Да уж. Злые шутки у богов. — Поёжилась Пешка. — Габриель, а что сейчас с твоими силами? Ты всё ещё можешь управлять огнём?

— Я не знаю, мой магический запас истощён, физические силы тоже, то, что я жив уже само по себе удивительно. Я ведь живым никогда и не был.

— Надеюсь, что твои знания жизни разумного не находятся в зачаточном состоянии? — Поинтересовался я. — Тебе теперь придётся жить в мире смертных, в этом есть свои удовольствия, но есть и свои недостатки. Как с голодом. Есть и множество других потребностей, которые разумным расам нужно удовлетворять. Ты же знаешь о них?

— Знаю, но я не привык к этому. — Габриель вздохнул полную грудь воздуха. — Даже ощущение запаха сейчас ощущается по-другому. Понадобится время, чтобы привыкнуть к телу смертного. Кстати, как я выгляжу? Какой я расы?

Я внимательно посмотрел на лицо Габриеля.

— Твои черты лица похожи на эльфа, но уши значительно короче, словно ты полукровка-человек.

— Согласна. — Добавила Пешка. — Я слышала о полукровках, но они встречаются настолько редко, что я не видела ни одного, ни разу.

— Почему? Неужели у разных рас не рождаются дети? — Меня давно интересовал этот вопрос.

— Рождаются… — неуверенно начала Пешка. — Но в большинстве случаев дети рождаются какого-то одного вида. И если для людей и орков это не проблема, так как у них примерно одинаковый срок жизни, то для эльфов такое неприемлемо. Поэтому эльфы чрезвычайно редко вступают в брак с представителями других рас. Даже по политическим причинам.

— А ещё полукровок не любят. — Добавил Габриель, а я на него удивлённо взглянул. — Хоть я и не общался с другими разумными тысячу лет, но это не мешало мне подсматривать и подслушивать их. Особенно интересны рассказы приезжих торговцев, наёмников или просто путешественников.

— Хм? Интересно. Тогда ты можешь мне рассказать, какова нынешняя староста, Алендиэль? Его знания могли мне пригодиться.

— С виду она добропорядочная и честная. Готовая всегда помочь нуждающимся. Но она корыстная, жестокая и себялюбивая. Как и все эльфы. Кроме Селены. Та была действительно добросердечным созданием, иначе, её бы не полюбил бог.

— А можешь ли ты поведать о ней что-то, что может пригодиться в борьбе с ней? — Мне нужна была какая-то подстраховка. — При отъезде у меня с ней произошёл небольшой конфликт, и мне хотелось бы иметь туз в рукаве?

— Туз в рукаве? — Габриель удивительно посмотрел на меня, как и Пешка. Я выразился по-русски, так как из головы вылетели все местные аналоги.

— Какой-нибудь грешок с её стороны, который может помочь в переговорах. — Пришлось объясняться иначе.

— У неё в подвале находится пыточная камера. — Задумчиво произнёс Габриель. — Полностью изолированная от внешнего мира, поэтому никто и никогда не слышал, как кого-то пытают в её доме. А пытали там многих, но живым никто не выходил.

— Уже что-то. Но, если ещё что-то вспомнишь, то расскажи. А теперь, я хотел бы обсудить с тобой довольно важный вопрос. — Я остановил телегу и полностью повернулся к Габриелю, Пешка держалась на своей лошадке рядом. — Что ты планируешь делать теперь, когда свободен от своей миссии вечного стража?

— Я… не знаю. — Габриель задумался. — Я даже не думал об этом. У меня нет цели в жизни. Да у меня ничего нет, денег, жилья, даже одежды, кроме этой робы, которая материализовалась вместе с моим физическим телом всё моё существование.

Что ж. — У меня было предложение для Габриеля. — В таком случае, я предлагаю тебе присоединиться к нашему отряду. В нашем отряде одни ненормальные — Я улыбнулся.

— Кто ненормальный? — Пешка надулась. — Ненормальный в нашем отряде — только ты.

— Ладно. Присоединиться к ненормальному мне и моей личной орчихе. — От последующего за моими словами подзатыльника я не стал уворачиваться. — А если хочешь, то можешь принести мне клятву верности, как давшему тебе новую жизнь существу. — Последние слова были шуткой.

— Ты прав. — Но Габриель шутки не понял. — Я, Габриель, рождённый в пламени и в нём же переродившийся, клянусь следовать за Рэем, моим спасителем. Защищать его жизнь как свою. Слушать его указаний и наставлений. Прошу своего создателя, Гафруса, запечатать мою клятву. И пускай меня постигнут муки всех богов, если я предам его.

Изначально ничего не происходило, но затем почувствовал жжение на запястье. Взглянув на него, я ничего не увидел, но ощутил, что клятва была принята.

— Теперь мне гораздо легче. — Габриель слегка приподнялся. — Конечно, это не значит, что я теперь безвольный раб, но моя жизнь теперь, тесно связана с твоей. И, пока ты не посчитаешь, что я исполнил свой долг и смогу дальше существовать, или пока ты не умрёшь от естественных причин, я буду следовать за тобой, Рэй. Уж извини, что не на Вы, но ты слишком молод.

— Понял. Я принимаю твою клятву. — Я улыбнулся и кивнул. — Дорога у нас длинная, нужно будет ввести тебя в курс дел и придумать историю, откуда ты такой появился.

— Да. Но сначала, мне нужна помощь. — Меня удивила фраза Габриеля. — Внизу живота я чувствую какую-то тяжесть. Я догадываюсь,