Дети Арога - igor parhomyuk

— Хорошо, если я не хочу платить или не могу, например? — спросил я.

— Ну если ты не хочешь — докажи, что ты полезен клану больше других, и тебя освободят от уплаты. Например, вонючка Трон — наверняка не платит. Но он всё равно должен зарабатывать деньги на жизнь своей семьи. Тут ему никто не поможет. А если ты не можешь платить по болезни или увечью — клан тебя прокормит и даже будет содержать твою семью. На это и идут деньги от вложений и недвижимости. В этом вся ответственность на герцоге.

— Да, — почесал я голову. — Бугром работать — это не лес валить.

— А ты думал, что он сидит у себя в усадьбе и мартини попивает? Я бы лично не хотел быть на его месте.

— Хорошо, — не унимался я. — Ну ты же понимаешь, что это колхоз. С каждого — по возможности, каждому — одинаково. Это коммуна. Один хочет чёрное, другой — белое, третий — в крапинку.

Я не люблю болтать о политике — считаю это делом неблагодарным. Сколько людей — столько мнений. Но, как каждый рождённый на стыке эпох, всегда вспоминал о социалистическом прошлом с ностальгией. Всё-таки детство. Но никогда в этом себе не сознавался. Поэтому клеймить прошлое считал делом правильным.

— Пожалуйста, в чём проблема? Заплати — и остаток потрать на себя.

— Но это большие деньги! Зарплата в Москве — полторы тысячи долларов, а он требует две! — начал кипятиться я.

Алекс рассмеялся.

— Знаешь, у евреев есть хорошая притча. Если хочешь — я тебе расскажу, — он захлопнул ноутбук и развернулся ко мне.

— Приходит бедный еврей к Равину. А Равин — это не только священнослужитель, но и психотерапевт. И говорит: «Ребе, я живу с пятью детьми и тёщей в одной комнате. Скажи мне, уважаемый, как наш Бог мне может помочь?»

Равин ему отвечает: «Ты сам можешь себе помочь. Купи себе козу, и пусть она живёт с вами в доме».

Рав — авторитет непререкаемый, еврей пошёл и купил себе козу. Через три месяца бедный еврей прибегает к Раву и кричит: «Ребе, пожалуйста, разреши мне вывести козу из дома! Вонь, шум, стук копыт!»

Ребе ему говорит: «Конечно, сын мой, выводи».

На следующий день еврей прибегает к Раву и целует ему руки:

— Спасибо нашему Богу! Спасибо тебе, Ребе! У нас столько места — и для детей, и для тёщи!

Я горько усмехнулся:

— Ты хочешь сказать, что Стив нарочно выставил такую конскую цену, чтобы я, наконец, начал шевелиться?

— Не знаю, — спокойно ответил Алекс. — Но точно знаю одно: мужик должен уметь зарабатывать.

— Легко тебе говорить, — буркнул я, уязвленный. — А сам-то ты как зарабатываешь?

— Перевожу книги, — просто ответил он.

— А если вдруг не хватает? Что тогда?

— Буду переводить быстрее. Возьму более жирные заказы, перейду на технический перевод. Да много чего — хоть вагоны разгружать, хоть на рынке торговать.

— Правильно. А жить когда? — спросил я.

— А кто тебе сказал, что я всю жизнь так работать собираюсь? — он посмотрел на меня, как на школьника. — Ты же спросил: «что будешь делать, если не хватает?» Я ответил. Не хватает на что-то конкретное — значит, ищешь способ. Всё.

— Да не об этом я! Я про то, что денег всегда не хватает. На саму жизнь. Постоянно. Вот, например, квартира в Москве — двушка — стоит двести штук баксов. Молодая пара хочет её купить. Объясни, на какой овощь она вообще может это сделать?

Алекс пожал плечами:

— Ты же сам экономист. Спрос, предложение, редкость товара. Москва — не для всех. Твоя семья хочет жить там — пусть зарабатывает. Не хочет — живите в Ростове. Или в Твери. Или в глуши. Это же выбор. И вообще, ты мне надоел. Давай я тебе кое-что объясню, на примере.

Он повернулся ко мне, уже всерьёз.

— Ты бросил родителей, женился, и уехал покорять Москву. Вопрос: чего тебе в Ростове не хватало, что есть в Москве?

Я почесал затылок.

— Ну… я считал, что там меня оценят по достоинству. Что я смогу заработать больше.

— Зачем?

— Ты издеваешься? Чтобы жить нормально! Машины, квартиры, отдых за границей, красивые женщины.

Алекс вздохнул.

— Это ты сам придумал или тебе интернет подсказал? Ты же разбираешься в психологии.Что в Ростове не было?

Объясняю у соседа трава зеленее баба краше и вообще вот у них там все лучше.

Что ты видишь а видишь ты витрину а за ней страхи проблемы, усталость и недостаток денег.

У нас, у удов, своя цель — отвоевать Эрот. И пока она есть, мы не сравниваем себя друг с другом. Но я тебя уверяю, как только цель будет достигнута — начнём. У кого дом больше, у кого конь быстрее, у кого жена сочнее. На Ароге это уже началось. Они там потихоньку влетают в потребление. Ноэто просто разогрев. Прелюдия. Потому что человек — он всегда сравнивает. И всегда хочет больше.

Он замолчал на секунду, а потом уже тише добавил:

— Но, знаешь, мы жили без всего этого пятьсот лет. И, может быть… не так уж оно и нужно.

— Хорошо, — сказал я, прерывая его монолог, — а как, по-твоему, должен жить человек?

Он посмотрел куда-то в сторону. Голос у него стал глухим:

— Я хочу, чтобы ко мне вернулась моя погибшая жена. Чтобы родила мне детей. Чтобы был дом, который я построил сам. Виноградник. Чтобы дети были похожи на меня. Чтобы я знал, что, когда умру — меня похоронят на родине. Хочу писать книги. Хочу быть человеком. Это — ценности. Деньги тут ни при чём.

— Ну да, каждый хочет того, чего у него нет, — пробормотал я, сам не веря в то, что сказал.

— Ладно, — отрезал Алекс, —