Свет проклятых звёзд - Летопись Арды

Мелькор посмотрел на миллиарды своих отражений в множестве крошечных зеркал неправильно-причудливых или геометрически-выверенных форм и подумал, что нет смысла говорить с братом Улмо, да только выбора нет.

— Знаю, ты не станешь отвечать, — зазвучала сквозь пространство слышимая только двум Айну речь, — но я, честный брат, ничего от вас не скрывающий, должен предупредить. Если вода продолжит прибывать, мне понадобятся новые территории. Понимаешь? Мне придётся расширять границы. Ты можешь продолжать молчать, и я тоже замолчу, ибо всё, что хотел, я тебе уже сказал. Добавлю лишь одно: я дождусь появления в моих землях Младших Детей. Посмотрю, на что они способны. И, если они удобны, а воды меньше не станет, Старшим Детям придёт очень скорый и крайне печальный конец. Если на то нет воли Творца, что-нибудь мне помешает. Но я не хуже тебя знаю, что Арда создана, чтобы в итоге перейти во владение Младших Детей. И ни один из нас против Замысла не пойдёт.

О певчих птахах

— В пении этой птицы я слышу всю свою жизнь, — отрешённо произнёс Финдарато, когда длинное послание с картинками, стихами и официальным сухим текстом было прочитано летописцем, потом дважды сестрой. — Сначала это создание щебетало беззаботно и весело, просто привлекая к себе внимание всех подряд. Этой птахе было безразлично, кто её услышит. Лишь бы слышали. И хвалили. Пусть и неискренне.

Финдарато посмотрел в глаза сестры.

— Злишься на меня? — фальшиво-печально спросил сын Арафинвэ. — Вот и на того лесного певца стали злиться, что его песни покой нарушают. Птичке пришлось попробовать жить, как положено. Поэтому и песни стали тоскливее и ещё глупее, чем в детстве. Слышишь, какой бессмысленный щебет? О, а сейчас птаха пытается повторять за соседями. У них язык другой. Тоже птичий. Но другой.

Артанис не двигалась, смотря на брата снисходительно, пряча злость из-за длинного бессмысленного разговора, но молчала, потому что знала: после множества ничего не значащих слов может быть сказано нечто крайне важное.

— Слышишь, как он теперь щебечет? Нет? То-то же. Совсем сбили с толку лесного менестреля. Вот и замолчал. Но чуть ранее, среди всей той глупой музыки было нечто важное. И кто понял, тот молодец.

— Это всё, что ты хотел мне сказать? — уточнила Артанис, выдержав паузу.

— Ты крайне проницательна, любимая моя сестрица, — вздохнул Финдарато. — Говорить я больше не буду. Как и пытаться петь не своим голосом, повторяя наречия разных дятлов, петухов, глухарей и сорóк.

— Замечательно! Браво, братец! — поднялась с места дочь Арафинвэ. — Ты же понимаешь, что придётся хотя бы иногда петь с другими птицами, и они не всегда сладкоголосы!

— Придётся, — очень-очень печально вздохнул Финдарато. — Но не мне. Для этого у меня есть ты, драгоценная моя Нэрвен. И ты прекрасно подпеваешь разным венценосным голубям.

— И что ты хочешь, чтобы я пела, мой брат-король? — прищурилась Артанис.

Финдарато с детской усмешкой пожал плечами.

— Сестричка моя златовласая! Видишь это кольцо? Тот, кто мне его подарил, остался в Валиноре. Вымолил прощение Орла. И то, как он это проделал, нам очень не понравилось. Так не понравилось, что нас даже злой Моргот, хозяин Средиземья, не напугал. Отца-Нолдо мы больше не признаём. А матушка наша — белая лебёдушка. Вот и мы. Тэлери. Только красивые, как Ваньяр. Это и споёшь нашему венценосному голубку. А заодно узнаешь, что же произошло в его голубятне на самом деле. Картинки в письме выглядят слишком сказочно.

Артанис молча посмотрела на брата, подумала и заливисто рассмеялась.

Слишком много лжи

Стрела с серыми перьями вонзилась в прикреплённую к стволу мишень, за ней полетела ещё одна и ещё.

Молодой эльф-Авар громко усмехнулся и, подбросив лук, пошёл к дереву.

— Видишь, Сулион, — мрачно-отрешённо произнёс Линдиро, — кость старого зверя слишком хрупкая. Наконечники из неё ломкие.

— Я знаю, папочка, — хмыкнул юноша, рассматривая побывавшую в мишени стрелу и оставшееся от неё отверстие. — Я начал охотиться в тот же день, что и ходить.

Сын Асталиона опустил голову. Снова отправившись охранять границы лагеря от крылатых и четвероногих шпионов врага, Линдиро надеялся, что тяжёлые размышления оставят его, только легче не становилось. Невольно додумывая, как именно погибли отец и младший брат, и сколько ещё друзей и просто знакомых встретили страшную мучительную смерть, чтобы потом оказаться в Чертогах и в виде полуразвоплощённого остатка феа терзаться среди пустоты, Нолдо не мог справиться с собой и просто жить дальше.

— В Амане, — заставил себя говорить хоть что-то сын Асталиона, — все материалы были другими. Прочными, красивыми.

— Твоя правда, — спрыгнул с дерева эльф из Альквалондэ, во время плавания присягнувший Феанаро. Сереброволосый Нолдо порылся в поясной сумке и протянул Сулиону наконечник стрелы, похожий на рыболовный крючок. — Видишь, парень, — сверкнув бирюзовыми глазами, улыбнулся бывший подданный короля Ольвэ, — какие стрелы были в валинорской гавани? Такую одним рывком не вытащишь. Незаменимая вещь для подводной охоты.

Линдиро поджал губы, вспоминая раны, полученные отцом в Альквалондэ. Сереброволосый Нолдо с интересом наблюдал за рассматривающим наконечник Сулионом.

— Хочешь, подарю?

Юный Авар радостно закивал.

— Странная штука — жизнь, — задумчиво сказал альквалондский эльф. — Сначала я защищал Айнур от Нолдор, потом сам стал Нолдо и начал защищать свой новый народ от Айнур. Когда я оказался на передовой во время Битвы-под-Звёздами, и нами, бывшими Тэлери, командовал Туркафинвэ Феанарион, послав первыми в бой, я подумал, что это правильно. Я ведь пытался помешать справедливой войне.

— Сулиону это неинтересно, — напомнил Линдиро, что надо держать язык за зубами. — Есть более важные темы.

Сулион хотел бы послушать дальше, но чувствовал — настаивать не надо. Возможно, однажды Линдир расскажет всё сам.

— Я выжил в Битве-под-Звёздами, — всматриваясь вдаль, сказал сереброволосый Нолдо, — потому что в плечо и бедро вонзились три неотравленные стрелы, которые удалось легко вытащить. И нашли меня свои до того, как я истёк кровью или оказался сожран. Раны были серьёзными, и идти на переговоры с врагом я не смог. Видимо, мне суждено ещё повоевать. Храни нас всех Эру.

Хлопнув по плечу юного Авари, эльф ушёл в