Путь под лазурным небом - Харников

этих мест только отнял то немногое время, оставшееся до отбоя. Перезвон колоколов огласил отбой, и светильники, освещающие коридоры потускнели, почти не освещая путь. До гостиной было идти минут пятнадцать, и я поспешил обратно в надежде, что Дадли уже вернулся и с ним ничего не случилось. В ином случае стоило бы обратиться к старостам.

Не повезло мне сразу же, ведь дорогу до башни преградила Миссис Норисс — кошка завхоза. Зашипев, она юркнула за угол, и меньше чем через минуту по коридору раздались глухие шаги. Завернув за угол, я сорвался на бег. Поворот за поворотом, я пытался оторваться от преследования, но завхоз знал замок куда лучше меня. Уверен, он знал такие проходы, о которых не подозревали даже старшекурсники. Погоня поджимала, и в панике я забежал в первую попавшуюся дверь. Стараясь успокоить дыхание, я зажал рот руками и вслушивался в происходящее снаружи, и когда шаги прошли мимо, вздохнул с облегчением.

— Люмос.

На кончике палочки засверкал небольшой шарик света, освещая заброшенный класс. Пыльные парты, скиданные в кучу сломанные стулья. Ничего необычного, если бы не легкий перезвон, похожий на невнятные голоса, исходящий от одной из стен. То, что я сначала принял за обычную передвижную классную доску, накрытую тканью, при внимательном рассмотрении оказалось чем-то другим. Я сдёрнул ткань и отошёл, чтобы рассмотреть получше то, что скрывалось под ней.

Высокое, куда больше человеческого роста зеркало, украшенное золотым орнаментом казалось окном, кем-то вырванным из готического дворца. Сверху была выгравирвоана надпись «Еиналеж». Не успев поразмыслить над значением этого слова, я вздрогнул и обернулся, услышав тихий скрип двери.

— Гарри? — удивился директор, закрывая за собой дверь. — Не ожидал тебя здесь увидеть.

— Добрый вечер, директор Дамблдор. Я просто слегка заплутал.

— Удивительно, что ты попал именно сюда, — он явно понял, почему именно я «заплутал», но точно удивился, что я оказался именно здесь.

Он подошёл к зеркалу и провёл рукой по орнаменту, сметая накопившуюся пыль.

— Как и многие другие, ты смог найти его, хотя и не специально.

— Это какой-то секрет?

— Не то чтобы секрет, Гарри. Это можно назвать ловушкой. Как огонь, сжигающий наивных мотыльков. Еиналеж… Как думаешь, что это значит?

Еиналеж. Взгляд опустился ниже, выхватив ещё одну надпись: «Erised stra ehru oyt ube cafru oyt on wohsi». Практически сразу пришло и понимание.

— Желание? — спросил я.

— Да, Гарри. Это зеркало создано показывать наши сокровенные желания. Для кого-то это стало возможностью идти дальше, а для кого-то погибелью.

На последнем слове я взглянул в зеркальную гладь и вздрогнул.

— А что видите вы, директор?

— Я? — почему-то удивился он. — Себя с парой тёплых носков. И не смотри на меня так, в моём возрасте хочется чего-то тёплого и уютного, а не той кучу книг, что мне обычно присылают по праздникам, — он засмеялся и уселся на одну из парт, стоящих ближе всего.

Я присел рядом, сам не зная чего ожидая от директора.

— Ты знаешь кто такая Моргана? — спросил Дамблдор.

— Древняя волшебница, соперница Мерлина и предок половины магов Британии.

— Ну, с половиной ты преувеличил, но, в целом, верно. Полагаю, историю о короле Артуре ты тоже знаешь?

— Да, у простых людей она довольно популярна, а Драко на Рождество даже подарил книгу о Камелоте, но я всё ещё не дочитал её.

— Это хорошо. Когда при Камланне погибли Артур и Мордред, Моргана впала в отчаяние. Она не хотела смерти сыну и брату, но именно её непомерные амбиции привели к этому. Она не могла вернуть их, поэтому решила закрыться в собственных воспоминаниях и мечтах, где все живут счастливо. В мире и согласии. В порыве тоски и ненависти к себе она создала зеркало, которое смогло бы показать их снова. Не заклятыми врагами, но добрыми друзьями. Ты ведь слышишь этот шёпот, не так ли?

— Если этот звон можно так назвать, — подтвердил я.

— Так ты слышишь звон? Что ж, будь уверен, это голоса. Голоса фей, ливших слезы вместе с волшебницей и ставших частью зеркала, чтобы воплотить мечту в реальность.

Глаза почему-то защипало, будто вот-вот польются слёзы.

— Что было дальше?

— Второй сын Морганы смог вытащить её из собственного рая, ставшего адом и увёз с собой подальше.

— Я думаю, что в мечтах и памяти о прошлом нет ничего плохого. Мечты должны помогать идти вперёд, а прошлое не дать совершить уже пройденные ошибки. Нужно лишь не утонуть в этом.

— Я рад, Гарри, что ты так думаешь, но порой случается так, что человек уже не может отпустить всё, что произошло и затухает. Так затухла и величайшая волшебница древних времён. Передав свои знания внуку, она отправилась на Авалон доживать свой век и больше её никто не видел. Я надеюсь, что этого не произойдёт с тобой, и зеркало даст тебе толчок двигаться дальше.

— Не бойтесь, профессор, мои мечты заставляют меня двигаться только вперёд и я не собираюсь закрываться от мира, — с грустной улыбкой сказал я, что не укрылось от директора, и он понимающе кивнул. Хотя, вряд ли он понял, о чём именно я думаю.

Некоторое время мы просидели молча, думая о своём. Мне показалось, что директор хотел поговорить со мной о чём-то, но почему-то не решался. Наконец, он посмотрел на часы и поднялся с парты. На его лице играла виноватая улыбка, словно он совершил большую оплошность. Повернувшись к зеркалу, он достал палочку и взмахом вернул на место ткань, закрывающую его.

— Уже поздно, пойдём, я провожу тебя до гостиной. Я запомнил твои слова, Гарри, поэтому не стану убирать зеркало отсюда. Надеюсь на твоё благоразумие.

Уже на выходе я снова взглянул на зеркало, и по спине пробежались мурашки.

«Для кого-то это стало возможностью идти дальше, а для кого-то погибелью.» — прозвучал в голове голос директора.

Непроглядная, клубящаяся комками тьма отражалась и смотрела на меня. О чём же я мечтаю и что ждёт меня впереди?

***

— Гарри, где ты был?

Дадли налетел на меня, стоило только переступить порог гостиной. В обычном состояние и бы сам перешёл в словесное нападение, ведь весь этот поход по замку был направлен на поиски кузена, но сейчас на это не было ни сил, ни желания.

— Решил прогуляться по замку и встретил директора. Мы немного заболтались.

— А,