Серые кардиналы советской эпохи - Валерий Владимирович Пирогов

Подробности инцидента Сталина не интересовали. Но он всегда был щепетилен в вопросах, касающихся своего близкого окружения, и знал достаточно, чтобы не допустить ошибок. Он твердо был уверен, что виноват в свершившемся сын Хрущева, потому что это был не первый случай, когда в порыве алкогольного угара он выхватил пистолет и нападал на кого-то.

Еще в начале 1941 года с ним произошло подобное, он должен был предстать перед судом, но благодаря отцу избежал суда и наказания. Из офицеров сын Хрущева был разжалован в рядовые и направлен в штрафной батальон. Вскоре попал в плен. Немцы, узнав, что среди пленных сын члена Политбюро, стали использовать его для агитации в прифронтовой полосе: выступая по радио, он агитировал советских солдат и офицеров сдаваться в плен…

Дело приняло политический характер, и Сталин дал указание начальнику Центрального штаба партизанского движения Пономаренко выкрасть сына Хрущева у немцев. Когда Сталину доложили, что Леонид доставлен в расположение одного из партизанских отрядов, и попросили самолет для доставки его в Москву, Сталин ответил: «Не надо рисковать еще одним офицером, судите Леонида Хрущева на месте». Сын Хрущева был расстрелян как изменник Родины.

Хрущев после смерти Сталина тщательно скрывал этот факт — был пущен слух, что летчик Леонид Хрущев погиб смертью храбрых в бою с несколькими немецкими истребителями. Хрущев был настолько озлоблен на Сталина за то, что его сына расстреляли и Сталин не хотел его помиловать, поэтому после смерти сделал всё, чтобы опорочить «вождя народов».

Сам Хрущев, будучи членом Военного совета юго-западного направления и армий, сражающихся под Харьковом, в критический момент, когда немцы окружили наши войска, бросил фронт и бежал в Москву. Ему грозил суд военного трибунала, но от наказания его спас Молотов. В одном из послевоенных выступлений Сталин назвал Хрущева придурком. Поэтому из чувства мести Хрущев свою ненависть к Сталину стал насаждать в народе. При этом он мстил не только Сталину, но и его детям.

Документально подтверждено, что Хрущев принимал непосредственное и самое активное участие во всех сталинских репрессиях. Он не имел морального плана осуждать репрессии, потому что если Сталин являлся преступником, то не меньшим преступником являлся и Хрущев.

Он обязан был также предстать перед судом, или уйти в отставку, или, оставаясь у власти, прекратить и больше не повторять репрессии. Однако все вышло ровно наоборот: Сталин и его «культ личности» был заклеймен, репрессии продолжались, а Хрущев оставался у власти.

Именно такие исполнители, как Хрущев, были повинны в степени жестокости и бесполезности репрессий. Есть принципиальная разница между репрессиями при Ленине и при Сталине. Ленинские репрессии были направлены в первую очередь против классов, сопротивлявшихся власти большевиков. Сталин следовал тем же курсом, поэтому итогом подавления сопротивления крестьян стали «раскулачивание» и «голодомор».

Затем главную проблему для советской власти стали представлять чиновники из «госаппарата», большинство которых были малограмотными, беспринципными и алчными. Поэтому аппарат стал неэффективен и неуправляем, что представляло реальную опасность для Советского государства.

Однако попытка обосновать и оправдать репрессии кажется циничной с моральной точки зрения, хотя это было восстановлением справедливости и «советским термидором». Потому что люди, развязавшие революцию и уничтожившие миллионы людей, — троцкисты Тухачевский, Уборевич, Якир и сторонники Бухарина — заслуживали высшей меры наказания, но официально их не могли судить за их истинные преступления против российского народа. Но при этом нельзя вершить справедливость, умышленно совершая зло…

Однако в годы репрессий Хрущев, Эйхе и группа региональных корыстных руководителей партии сделали все возможное, чтобы придать репрессиям максимально антинародный характер. И им на короткое время это удалось, пока Сталин и Берия не обернули репрессии против самих реальных организаторов и исполнителей, однако такие циничные и изощренные политики, как Хрущев, выжили и со временем отомстили Сталину.

При Хрущеве репрессии теперь уже против его политических противников и народа продолжались полным ходом. Сначала он уничтожил Берию и десятки его сторонников, а заодно и руководителя госбезопасности Абакумова, собравшего на Хрущева компромат. Затем репрессировал старых членов Политбюро — Молотова, Маленкова и Кагановича, не согласных с его волюнтаристской политикой в партии.

Он предал даже своих верных помощников — председателя КГБ Серова и министра обороны Жукова, неоднократно спасавших его от попыток ряда членов Политбюро и ЦК отстранить Никиту Сергеевича от власти. Этим он создал прецедент взаимного предательства между правителем и его серыми кардиналами, который мгновенно был разыгран более молодыми партийными лидерами, отстранившими его от власти путем заговора с участием тех же армии и спецслужб.

Однако до этого Хрущев по воле партноменклатуры запретил органам госбезопасности и МВД контроль и наказание партийных и советских чиновников, совершающих должностные преступления, зато с новой силой начал репрессии против Русской православной церкви и любого инакомыслия. Это была уже стратегическая ошибка, которая способствовала перерождению советской элиты, поражению в идеологической борьбе с Западом и в итоге — к распаду СССР и ликвидации коммунизма.

Не обладая никакими дипломатическими и политическими талантами, Хрущев построил свою внешнюю политику на запугивании Запада угрозой взаимного ядерного уничтожения. Обладая стомегатонной ядерной бомбой и средствами ее доставки в любую точку земного шара, он считал себя вправе предъявлять США и Западу ультиматум.

Запад испугался, но не сдался, а, наоборот, объединился и начал агрессивную борьбу против СССР всеми доступными методами, в том числе и разрушением единства внутри блока социалистических стран. Прямолинейное давление Хрущева на союзников в Центральной и Восточной Европе привело к кризисам в Венгрии и в ГДР, где была построена Берлинская стена, а чуть позже к революции в Чехословакии, стало прямым следствием бездарной «европейской» политики Хрущева.

Но самой чудовищной ошибкой Хрущева стал разрыв дружбы и сотрудничества с Китаем, обусловленный в первую очередь несправедливой и несвоевременной критикой Сталина. Свою внутреннюю политику тоже начал с дезорганизации деятельности правительства и беспрерывных экономических реформ, которые проводились без плана и непоследовательно, поэтому ни одна не была успешно завершена. Он не только дезорганизовал экономику, но и уничтожил сельское хозяйство. В результате в магазинах не стало даже хлеба.

Со своими либеральными политическими взглядами он также вел себя как слон в посудной лавке. Начав развивать частную инициативу, Хрущев в результате развернул борьбу с индивидуальными хозяйствами и окончательно доконал крестьянство. После него русская деревня была уничтожена и до сих пор влачит жалкое состояние.

Зато он порадовал многочисленный слой советской циничной и алчной интеллигенции «оттепелью», дав им свободу на инакомыслие, которое привело к деидеологизации партноменклатуры, появлению и легализации