Путешествие в молодость - Мефодий Отсюдов

Саныч мою тираду еле дослушал. Вначале, казалось, он совсем не вдупляет, о чем я. Но после слова “Габитус” он затрясся в приступе беззвучного смеха. А потом и вовсе сложился в кресле пополам, уперевшись лбом в кулак с зажатой сигаретой.

- Как говоришь? Габитус у тебя подрос? - переспросил он, еле сдерживаясь. - Медичка сказала? Ой, бля. Не могу. Молчи а. Дай в себя прийти, - выдавил он, вытирая слезы.

Ненадолго его хватило. Вытер дружан глаза, посмотрел на меня и опять, трясясь от приступа смеха, рухнул на стол.

Совсем обидно мне стало. Но виду я не подавал. Состроил морду кирпичом и курил, пуская кольца в потолок.

- Слушай сюды, животное, - выдохнул Саныч, когда очередной приступ отступил. - В животноводстве есть такое определение - габитус. Если по-простому, это общий внешний вид, упитанность животины, вкупе с её настроением и прочим. В общем, если скотина не жрёт ни хрена, на ногах еле стоит и у нее на морде написано “Лучше пустите меня на колбасу” - эт херовый габитус. Один мой знакомый зоотехник так говорит. А вот если скотину правильно лечить начинаешь, габитус повышается. То бишь, животина и жрать начинает, и поиграться не прочь, и к размножению начинает интерес проявлять.

Саныч перевёл дух, опрокинул в себя ещё стопарик и продолжил.

- Второе. По вечерам к тебе в гости заглядывала не медичка, а зоотехничка. Практикантка с четвертого курса. Она у Фёдорыча, есть у нас тут неподалеку животновод такой, практику производственную проходит. Так эта мандель подумала, что ей все за красивые глаза поставят. А хер там. Фёдорыч не такой. Он ей в начале практики сказал: “Зоотехник в отпуске. Будешь его работу делать. Вон бычатник, там конюшня. Хозяйство у меня племенное. Дуй семенной материал с производителей собирать. Манекенов у меня нет, так что ручками поработаешь и моих производителей за писюны подёргаешь, чтобы они в специальный сосуд накончали. Да ты и так должна знать. В институте учишься, да и сама не маленькая уже.

Я сидел с открытым ртом, не въезжая, то ли на мне тренировались, перед тем, как к быкам и коням идти, или…

- Так эта манда нихрена не сделала, - прервал мои размышления фермер. - Может забила, а может не смогла. А утром за материалом покупатель приехал. В криокамерах, соответственно, вместо спермы лучших производителей района - воздух. Причем, не свежий.

- Короче, люлей зоотехничка эта знатных огребла. Я в кабинет к коллеге заглядываю, а она Фёдоровичу орет, я лучше у престарелого директора и зоотехника семенной материал целую неделю по три раза на дню забирать буду путем оральной стимуляции, чем быкам пиписьки массировать. Фёдорыч от злости аж покраснел. У него здоровья на такие подвиги не хватит, а мне предложение интересным показалось. Ну, поговорил я с коллегой, и пошла студентка в больничку, свою вину засасывать. Как то так, - подмигнул мне Саныч.

- Я нахрена у тебя про неё спрашивал то? Завтра у этой специалистки практика заканчивается. Фёдорыч мне весь мозг вынес, справилась она с заданием или нет? - расставил Саныч все точки над i.

Друга я слушал с открытым ртом. Оказалось, вон оно как. А я-то на свидание хотел ее пригласить.

- Ааа, - махнул я рукой. - Предупредить не мог? Я ж почти жениться надумал.

- Прям так душевно сосет что ли? - опешил фермер. - Предлагаешь её ещё на отработке задержать?

Причём спросил он это с таким выражением лица, как будто это для него было в порядке вещей. С таким лицом, обычно, вещь обсуждают, а не судьбы людей. Лично мне, противно даже стало. А Саныч даже ухом не повел. Сидел, смаковал коньяк и ждал ответа.

- Тебе и не снилось, - решил подлить масла в огонь.

Обидно мне стало. Куда катится этот мир? Так нажраться захотелось. Еле сдержался. И была то мне эта девушка никем. Даже имени ее не знаю. А вот зло меня взяло.

- А если так, то чего грустный? - удивился Саныч. - Один звонок и через двадцать минут она тут. Гараж в твоем полном распоряжении, - хмыкнул дружан.

- Иди ты в баню, - сплюнул я. - Вечно у вас богатых все продается и покупается. Привыкли к власти. За людей только свой круг считаете. А остальные - так… Товар, - разозлился я.

- Санек, ты чего? - опешил фермер. - Да я же…

Слушать я его не стал. Спокойно встал, прихватил со стола яблоко и вразвалочку направился в сторону выхода. На пороге остановился, вдохнул полной грудью свежий ночной воздух, наполненный ароматами цветущего луга, и закурил очередную сигарету.

- Счастливо оставаться, - бросил я через плечо и, не оборачиваясь, шагнул в темноту летней ночи.

Вот правда говорят, спину взгляд буравит. Я это на себе почувствовал. Неприятное ощущение. Пока я за калиткой не скрылся, оно меня не покидало. Так и подмывало обернуться и посмотреть в глаза другу. Спросить.

А что собственно я у него спрошу? - начал вслух рассуждать я, шагая по ночной улице родного села. - Привык он руководить, а в такой должности, да чтобы не прогореть, по-другому никак. Профессиональная деформация. Обычный предпринимательский цинизм.

Размышления прервал звонок мобильника.

- И куда это мы такие обидчивые на ночь глядя свинтили? - с издевкой поинтересовалась трубка. - Как баба. Ей богу. Из-за какой-то бляди другу детства, считай что в морду плюнул и в утреннюю кашу насрал!

- Истерить завязывай, - прервал