Астральный апостол - Фатыхов

Эти двое провели последние несколько месяцев с Чэнь Фэном. Под его влиянием они больше не были против убийства чиновников. Главная причина заключалась в том, что они не хотели так просто нападать на других.

Группа поела и попила, прежде чем снова отправиться в путь.

Пройдя ещё несколько дней, все, наконец, добрались до подножия горы Тигровой Головы.

На первый взгляд, эта гора напоминала тигра, лежащего на высоком холме. Лес был безмятежным, но на деле скрывал в себе опасность.

Все стояли у входа в гору, не зная, как начать. Все одинаково повернулись к Чжоу Цзину, ожидая его указаний.

Фан Чжэнь оперся на посох с железным концом и спросил:

— Второй брат, нам сразу идти в гору или послать кого-нибудь на разведку?

— Мы пришли соревноваться в боевых искусствах, чтобы подчинить себе лидера другой горы, а не осаждать крепость. Мы должны быть вежливыми, прежде чем прибегать к силе.

Чжоу Цзин ответил небрежно.

Затем он огляделся и вдруг крикнул в сторону леса перед собой:

— Жители горы Тигровая Голова, выходите и говорите! Мы, воины Зелёного леса, пришли нанести визит!

Его голос был подобен реву тигра, эхом разносящемуся по лесу.

В лесу раздалось несколько ударов, как будто кто-то упал. Вскоре после этого выбежал слуга с горы Тигровая Голова с удивлённым выражением лица.

Каждая крепость в Зелёном лесу обычно выставляла дозорных на горном перевале, чтобы разведывать прохожих.

Дозорные прятались в лесу и давно заметили Чжоу Цзина и остальных. Поскольку они не были уверены в их намерениях, они не появлялись раньше. Теперь, когда они почувствовали, что те пришли с недобрыми намерениями, кто-то резко вышли спросить.

— Кто вы? Откуда вы? Что вы здесь делаете?

Часовой был напуган огромной фигурой Чжоу Цзина, но всё же решился спросить.

Чжоу Цзин держал в руках Копье Извивающегося Дракона и намеренно демонстрировал свирепое выражение лица:

— Мы, братья, здесь от имени горы Красного Облака, чтобы сразиться и покорить гору Тигровой Головы. Мы собираемся подняться на гору на встречу мастеру. Возвращайся и скажи своему лидеру, чтобы он явился ко мне. Кроме того, немедленно опустите оружие и сдавайтесь. Знайте, что для вас хорошо!

Глаза охранника расширились в недоумении. Он почти сомневался в том, что только что услышал.

Эти сто или около того людей были здесь, чтобы бросить им вызов?

Сколько они выпили?

Охраннику было трудно понять, и он громко спросил: — Осмелишься ли сказать своё имя?

Чжоу Цзин прижал большой палец к груди: — Этого дедушку зовут Чэнь Фэн!

— Ты — Ямараджа, Судья Загробного Мира?! — охранник был ошеломлён.

За последние несколько месяцев репутация Чжоу Цзина в районе реки Лу стала слишком высока. Все в Лесу были более или менее наслышаны о нем.

— Именно этот дедушка. После того, как Чжоу Цзин ответил, он вдруг оскалился и закричал: — Почему ты всё ещё остаёшься здесь? Поторопись и возвращайся, чтобы передать сообщение, или я дам тебе попробовать железное копье на вкус!

Он с силой ударил копьём Извивающегося Дракона по земле, и на твердой земле под его ногами появилось несколько трещин.

Часовой вскочил и поспешно развернулся, чтобы бежать на гору. Это дело не имело к нему никакого отношения, поэтому он решил, что пусть решение примет лидер горы.

Чжоу Цзин снова поднял Копье Свернувшегося Дракона и включил картографический радар, чтобы засечь этого часового. После этого он взмахнул рукой и приказал людям, стоявшим позади него:

— Пойдём поднимемся на гору.

Все смотрели друг на друга и могли только напрячься, чтобы последовать за ним.

Уголки рта Го Хайшеня слегка подёргивались.

Что это была за вежливость? Он просто искал неприятностей и специально раздувал пламя… В те времена, когда он ходил на спарринги, он даже не смел так говорить.

«Мой второй брат такой высокомерный. Он действительно не боится, что другие его завалят…»

***

Глава 187. Происхождение; Визит (часть 2)

На горе Тигровая Голова, внутри крепости.

Мастера пили и болтали о Линь Суне, которого они захватили несколько дней назад.

— На этот раз вы оба попали под горячую руку. Этот Линь пришёл из Секты Горы У и является одним из личных учеников Мастера Секты. Его личность не так проста.

Начальник Пэн Цзинь сделал глоток вина и покачал головой.

Его прозвище было Огненный Меховой Лев. Как и его тёзка, он обладал рыжей шерстью и широким львиным носом.

Ши Дун, на теле которого было несколько ран от меча, сердито прошипел: — Чего ты так волнуешься? Я хотел отпустить его, но он первый решил ранить меня. Если спросишь меня, мне все равно кто он. Я просто убью его.

— Брат, не стоит их так недооценивать. С Горной Сектой У не стоит шутить. Хотя их численность не сравнится с нашей, они все эксперты в боевых искусствах. Если они придут за «поучениями», мы ничего не сможем получить. По-моему, мы должны отпустить его.

Третий помощник Ли Пэй сразу попытался убедить его в обратном.

Когда-то он был охотником и хорошо владел луком, что дало ему прозвище «Летающий лучник». Его умение стрелять из лука было невероятным, и он обладал способностью пронзать все насквозь.

Услышав это, Ши Дун неодобрительно сказал: — Мы уже оскорбили этого человека. Даже если мы его отпустим, пользы от этого не будет. Может быть, этот человек всё будет чем-нибудь полезен?

Пэн Цзинь постучал по столу, его глаза сияли. Он понизил голос, чтобы заговорить:

— Этот Линь Сун — внутренний ученик Горной Секты У. Поскольку он знает глубокие боевые искусства Горной Секты У, почему бы нам не расспросить его о боевых искусствах Секты У… Мы все вышли из неортодоксальной среды. Может быть, вам неинтересно узнать о боевых искусствах такой большой секты? Особенно так называемые внутренние методы взращивания внутренней энергии, коих ранее я никогда не видел.

Глаза Ши Дуна загорелись, и он похлопал себя по голове: — Мастер действительно проницателен. Почему я не подумал об этом?

Ли Пэй нахмурился и обеспокоенно сказал: — Утечка информации о боевых искусствах — большое табу. Если мы это сделаем, боюсь, Горная Секта У не даст этому делу покоя.

Ши Дун фыркнул: — Есть только один человек с фамилией Лин. Если мы убьём его, чтобы заставить замолчать, новости не просочатся. Чего