Дурь как Мана. Путь Наркомана - Просто Бостон

Мы вскоре всё же пришли в себя и остановились, выстрелив по несколько раз. Я расхохотался.

– Сука! – крикнула Алька восторженно. – Давно так не веселилась! Но всё-таки целиться надо лучше, чтоб тебя уделать.

Кира вцепилась пальцами в столик, на котором сидела так, что костяшки побелели. Только когда мы остановились, она разжала хватку и выдохнула ставший в легких кислым воздух.

– Уф! Во вы долбаёбы! Давайте уже попадите кто-нибудь в кого-нибудь, а то сил моих нет!

– Чё, снова по хлопку или продолжаем на похер? – поинтересовался я.

– А давай по хлопку!

Кира снова ударила ладонью в ладонь, и мы продолжили пальбу. В этот раз более прицельно. Между выстрелами выдерживалась двухсекундная пауза.

Я под Дурью и Понка сама по себе были хорошими стрелками, но нам сбивал прицел азарт, ворошил мысли адреналин, и мешала ебучая банка на голове. Приходилось следить за движениями, чтобы она не упала. Особенно моя сгорбленная жестянка, которая еле стояла на мне, прислонившись к дереву.

Мой правый висок зажегся, ухо онемело, и прямо у глаза полетели куски дерева от врезавшейся пули. Сантиметр левее, и я бы выиграл спор.

«-2 ХП», сигнализировала Система о царапине.

Я выдержал лишнюю секунду для прицела и стрельнул. Бум! Коротки пряди Альки затрепетали. Я не задел её, но знатно так попортил причёску. Она чуть не подпрыгнула вместе с банкой от прилива адреналина.

Очередная двухсекундная пауза. Она щурит один глаз. Я играю честно и прибегаю к помощи Системы по минимуму. Я не приближаю банку на её голове и использую только выставленный Интерфейсом прицел.

Бах-Бум-Птыщь-Бум! Обе наши пули покинули стволы. Едва снаряд Понки начал своё движение в воздухе, Система остановила игру.

«Сэр. Согласно предварительной оценке, вероятность попадания пули вам в лоб соответствует 72%»

– Пригнуться – Стоять до конца –

– Ля, ну ты шо, меня не знаешь, что ли? – усмехнулся я выбору. – Играем по-честному, стоим до конца. Тем более целых 28 проциков на нашей стороне!

Всё отмерло. Через секунду банка слетела с головы Понки, улетев простреленной куда-то в ебеня. Над моей головой раздался бздынь, и я увидел сбоку свою банку, ставшую ещё более убогой, с бешеным вращением летящую с моей головы.

Кира возбужденно спрыгнула со столика, а Алька расхохоталась, держась за голову.

– Ебаааать! – проорала она. – Прикинь, да? Ничья что ли?

«Сэр, ваша пуля достигла цели на две десятые секунды раньше»

«А поди докажи ей это. Ничего. Пусть девчонка наслаждается ничьей».

– Походу да! – выкрикнул я, шагая ей навстречу. – Думаю, ещё один раунд будет издевательством над судьбой.

Мы подошли друг к другу, и Алька пожала мне руку.

– Ну неужели, – сказал я. – Теперь нормально попрёт у нас, думаю. Потушили мы друг друга.

Алька пожала руку и подошедшей Кире.

– Так держать, секундант! – похвалила она её. – Ты хоть и не стрелялась, да вот направлять такие забавы тоже яйца нужны.

Кира довольно кивнула.

– Хватит пуль на сегодня, – закончила урок Алька Понка. – Перейдем к медицине. Вон чуваку как раз надо заштопать царапину и ухо подлатать.

Я только сейчас вспомнил, что у меня покоцался висок и моя раковина. Я тронул ранку пальцами, и на них осталось кровавое пятно. ХП из-за такого пустяка уходило предельно медленно, поэтому я даже не обращал внимания. Дурь блокировала болевые ощущения, а адреналин бустанул её возможности, превратив меня чуть ли не в бога. В бога, который кровоточит, однако.

Алька Понка ушла в кусты и вернулась оттуда с роялем. Не, я прикалываюсь. Всего лишь с грязным рюкзаком, наполненным всякими медицинскими принадлежностями. Она склонилась над Константином Викторовичем с фамилией на «Ш» и начала демонстрировать на нём азы первой помощи.

***

Алька готовила нас с Кирой пару месяцев. Мы стреляли, накладывали шины, учились вытаскивать незаметно предметы из карманов и узнавали о всяких трюках, которые помогут нам втереться к человеку в доверие или сделать так, чтобы он запомнил всё о нас, кроме нашего лица.

Кира увлеклась последним, но преуспевала и во всём остальном. У неё хорошо всё получалось. Я не отставал и даже опережал её, но на моей стороне была Дурь. А на её стороне было умение схватывать всё на лету и прокаченный уличный скилл. О том, где она всему этому набралась, я узнал на одном из первых занятий по медицине.

Кира в очередной раз успешно перебинтовала Константина Викторовича после какого-то воображаемого ранения. Я под Р3 наблюдал за ней и залипал, пока Система запоминала её движения, чтобы я их потом повторил.

– Опыт, – вдруг вырвалось у меня. – Я стрелять умел, а ты людей обрабатывала раньше.

Насчёт себя я снова спиздел, но в такой версии были убеждены Алька с Кирой, она меня устраивала, и я её поддерживал. А вот догадка про Киру была в яблочко.

– Я детдомовская, – пояснила Кира. – Руководству и старшим особо не было до нас дела, если мы только не болели по-серьёзному, поэтому приходилось по мелочи чинить себя, а потом и младших.

Теперь всё сложилось и всё стало понятно. Теперь я знал, откуда у неё горбинка на носу, кто ей его сломал, почему она готова почти без разговоров пырнуть человека за оскорбление, откуда в ней вызов, колючесть и твёрдость. Также стало понятно, почему она пошла воровать.

– Ясно, – сказал я без сочувствия.

Да, она вряд ли получала его много в своей жизни, но и вряд ли хотела его от каждого встречного. Мне было лишь слегка неудобно за тот вопрос в первую встречу о том, не получила ли она горбинку на носу по причине въебашивания в столб будучи бухой. Я с самого начала подозревал, что она не от хорошей