Темный Лекарь 4 - Саша Токсик

— Она это как-то объясняла? — сразу уточнил я.

— Ну… как и все, — пожала плечами Октавия, — собственно об этом я и хочу тебе рассказать. Об общепринятой легенде.

Я взял в руки кружку кофе и приготовился слушать.

И Октавия начала:

— Легенда гласит, что однажды великие кланы открыли «благодать» — чудесное средство, которое делало мир лучше, а самих одарённых — сильнее.

— Открыли? — переспросил я удивлённо.

Это надо умудриться, приписать себе в заслугу мировое бедствие.

— Да, именно так, — подтвердила Октавия, — И только Рихтеры и подвластные им кланы выступили против благодати.

Удивительно, но самое начало легенды действительно частично пересекалось с правдой. Похоже, мои враги использовали старый как мир способ вранья. Когда правду перемешивают с ложью, и таким образом убедить других становится проще.

Я слушал дальше.

— Но Рихтерам это не нравилось лишь потому, что они сами не могли воспользоваться силой благодати. Другие кланы уже давно подозревали, что это проклятый клан. Их дар всегда казался остальным противоестественным. И теперь, это стало очевидным для всех.

Я усмехнулся. А вот появился и особый взгляд на события тех лет.

Заметив мою реакцию, Октавия отвлеклась от рассказа и серьёзно спросила:

— Тебе есть что добавить?

— Нет, — покачал головой я, — просто это слишком предсказуемо.

— Именно, — согласилась она, глотнув кофе из кружки, — так что ты, наверное, уже и сам догадываешься, что, якобы, было дальше. Рихтеры попытались уничтожить благодать, но Великие кланы объединились и пошли на них войной. И стёрли с лица земли проклятый клан во имя всеобщего блага.

— Но? — с улыбкой уточнил я. — По твоему выражению, в этой истории должно быть «но».

— И здесь ты в точку, — кивнула Октавия, — Всегда есть «но». Перед своей гибелью, глава рода Рихтер, тот самый Максимиллиан, на которого ты так похож, сотворил страшное заклятие. Он превратил благодать в скверну и открыл очаги по всей земле, чтобы уничтожить всех других магов, кроме некромантов. Ведь, как известно, только проклятые могут чувствовать себя в очагах, как дома.

— Вот значит как, — ответил я, — но даже как-то разочаровывает. Я ожидал большего.

— Зачем выдумывать какую-то сложную версию, если поверили и в эту? — пожала плечами Октавия.

— А что же ты? Почему ты в неё не веришь? — спросил я, подливая себе кофе из кофейника.

— Да, — кивнула она, — я и впрямь в это не верю. Можно сказать, что всё моё увлечение Рихтерами началось с того, что мне в руки попали некоторые материалы, — она сделала драматическую паузу, а потом продолжила, — это были подлинные записи самого Макса Рихтера. Даже удивительно, как они дожили до наших лет, но факт остаётся фактом, — она понизила голос, — я нашла их в одном родовом склепе Рихтеров.

Я удивлённо поднял бровь:

— И где именно ты его обнаружила?

Она неопределённо махнула рукой.

— Далеко отсюда. Да и я была не первой, там уже всё было разграблено до меня. Ну, почти всё. Я всё-таки обнаружила небольшой тайник, где нашла записи и вот это колье, — она показала пальцем на свою шею.

Я задумался. Колье сестры и какие-то мои исследования. В этом склепе должен был покоиться кто-то приближённый к верхушке клана, если не сама Эльза. Мне стоило бы самому туда наведаться в будущем. Кто знает, может быть там спрятан далеко не один тайник. Надо будет потом выяснить у Октавии, где точно находится это место. Но сначала, закончим с другой темой.

— И что же было в этих найденных записях? — поинтересовался я.

Она накрутила на палец локон и медленно ответила:

— Исследования об опасности очагов. Разработка их разделения на уровни, которой мы пользуемся сейчас. А ещё заметки самого Максимиллиана, о том, как именно он их уничтожал. Это совершенно не стыкуется с тем, что Рихтеры якобы сами повинны в их появлении, не находишь?

— А почему ты так уверена, что записи подлинные? — не мог не спросить я.

— Не уверена, что имею право об этом говорить… хотя… к чёрту! — решилась она, — у Регины в закрытом зале библиотеки есть целая книга, написанная Максом Рихтером. Полагаю, она её не решилась уничтожить, потому что это просто потрясающий трактат об устройстве энергосистемы одарённых и о том, как именно работают энергопотоки. Полезность этой книги трудно переоценить. Возможно, что даже Вийоны не раскрыли бы эту тему лучше.

Я хмыкнул. Эта книга всегда хранилась в академии клана. По ней училась наша молодёжь. Значит, Регина всё-таки умыкнула её себе.

Я даже не удивлён. Она всегда была жадной до моих знаний. И с удивительным упрямством посылала своих шпионов, часть из которых я возвращал ей в виде перевязанных бантиком взрывающихся умертвий. Других оставлял себе, как материал для химер.

Но её никогда это не останавливало.

— Получается, ты сравнила почерк? — уточнил я у Октавии.

— Не только. Я провела несколько независимых экспертиз. Разумеется, втайне от нашей главы. Но все они показали одно и то же. Что записи делал один человек.

— Получается, ты скрываешь от Регины Сципион, сколько на самом деле знаешь?

Октавия медленно кивнула.

— Скрываю. О таких вещах нельзя говорить открыто. Более того, что может скрыть опасные знания, лучше, чем коллекция безделушек? — она невинно похлопала ресничками. — Так что свою находку я не обсуждала ни с кем. Кроме тебя.

— Польщён, — улыбнулся я.

— Это не просто так, — серьёзно ответила Октавия, — считай это платой за твою откровенность. Ты убедил меня в своих способностях. И это не менее опасная правда, чем та, о которой я рассказала тебе сейчас. Так что если это выплывает наружу…

— Нас обоих уничтожат, — закончил я. — Тайные знания неспроста бывают таковыми, так что теперь мы с тобой повязаны общей тайной.

Мои слова, вместо того, чтобы напугать Октавию, заставили её оживиться.

— Что ж, я рассказала тебе обо всём, что знаю, — подытожила моя собеседница, — но… есть ещё кое-что, что я хочу тебе показать, — таинственно добавила