Мои турецкие ночи - Диана Ярук

Глава пятьдесят седьмая

— Снежка, а они тут всегда играют? Круглый год? Такие красивые!

Мы сидим на пирсе у Алиханова дома и наблюдаем за дельфинами. Расположились с комфортом: для нас сюда вынесли удобные деревянные шезлонги с пледами от ветра, мы попиваем горячий свежезаваренный чай из маленьких стаканчиков и передаём друг другу бинокль.

Пришлось дожидаться осенних каникул, чтобы привезти сюда мою не в меру ответственную маму.

— Кажется, зимой они уйдут дальше в море.

Хотя Алихан и настаивал на пышной церемонии — именно такой, какую я себе навоображала и даже подробно рассказала, — а он потом по памяти записал! — я решила, что лучше нам скромно расписаться в тесном семейном кругу.

Все детали будущей свадьбы, скомпилированные по мотивам любимых романов и фильмов были моими незрелыми мечтами; когда церемония бракосочетания — это конечная цель любви двоих людей. А ведь после свадьбы предстоит ещё больше замечательных, прекрасных, порой скучных, а иногда и совсем ужасных событий: грандиозных и крошечных. Мне хочется надеяться, что такое насыщенное происшествиями начало совместной жизни скоро немного выровняется и мы сможем наслаждаться тихим семейным счастьем.

Да и будет ещё где погулять: семьи Давута и Нермин запланировали грандиозный праздник на тысячу человек в их родном Ване. Подозреваю, что мы с Алиханом там не очень желанные персоны, но молодожёны выставили ультиматум — или старший брат с невесткой приглашены как почётные гости, или свадьбе не бывать.

А потом, сразу после торжественных мероприятий мы с Али улетаем в Америку.

Я совершенно забыла про свою запись на собеседование в посольстве в Астане, — и немудрено, учитывая наше с Алиханом состояние после моего возвращения к нему. Запланированная встреча должна была состояться как раз на исходе нашей с Али жизни в хижине на горе. Пришлось записываться снова — но уже в стамбульское консульство, с моим новеньким паспортом гражданки Турции по фамилии Кая.

Всё-таки мне хочется закончить запавшие в душу курсы по экстремальному гриму при киностудии в Остине, штат Техас. Алихан тоже записался на курсы — режиссёрские. Зачем время терять, правда?

После возвращения на домой он поедет со своей шпионской драмой в промо-тур по стране. Надеюсь, всё с моей беременностью будет хорошо, и я смогу сопровождать Алихана в его путешествии по Турции. Оценю, в конце концов, на месте знаменитые газиантепские десерты с молотыми фисташками, бодрумские морепродукты, и черноморскую тушёную фасоль, которая так хороша, что стоит дороже первоклассного стейка. Токсикоз отступил на исходе десятой недели, но я всё ещё избегаю мяса и курицы, зато бобовые, похоже, навсегда в моём рационе.

Мама с детским восторгом распробывает все новые турецкие блюда. В наш визит в ресторан известного Нусрета владелец сети сам сервировал нам стол, и она долго не могла прийти в себя от потрясения.

— Снежик, а он с Али за руку поздоровался! Ты только подумай, они оба — мировые знаменитости, а мы с ними сидели за одним столом!

— Ты не поверишь, а я ведь даже беременна от одного из них!

— Да ну тебя! — смеётся мама, пихая меня в бок.

Я и сама не могу иногда принять, как же повернулась моя жизнь. Порой чудится, что я вот-вот очнусь ото сна, снова окажусь в дождливом ноябрьском ЕКБ, мне пора вставать и топать на работу в школу.

Но нет. Все — правда. Как и огромный квадратный изумруд в обрамлении бриллиантов на моём безымянном пальце. Зелёный — под цвет глаз Али. Он такой здоровенный, что я частенько зависаю, любуясь игрой света на его гранях. Вот уж не думала, что окажусь такой сорокой.

— А отец не хочет с ним поговорить по-хорошему? — уточняет мама и я сразу понимаю, о ком речь. Нет, Юсуф Османоулу не прислал даже сообщения ко дню нашей свадьбы. Зато выбралась из своего Вана его вторая жена, Айше, и обе матери Алихана, наконец-то смогли познакомиться. Мачеха Малахитовых глаз совсем молодая женщина, истовая его фанатка и предводительница фанклуба среди тётушек.

— Милый, приезжай когда-нибудь к нам домой, мы с тобой все-все хотим общаться. Ты наша гордость!

Алихан кривовато улыбается, искоса глядя на мать.

— Времена меняются, видишь, даже тётушки смогли принять твой жизненный выбор, — ободряюще кивает ему Мерьем.

С моей мамой свекровь тоже ожидаемо хорошо поладила. Они нашли общий язык — французский и подолгу болтали о жизни. У обеих по вине мужей оказалось тяжёлое прошлое и обе остались несломленными обстоятельствами.

— И что дальше? — спрашивает меня мама, передавая обратно бинокль. Она подливает себе чаю из термоса и поглубже зарывается в плед.

Что дальше? Не могу сказать. Жизнь с Али может быть совершенно непредсказуемой.

— Мой агент, узнав, что мы поживём какое-то время в Америке, связался с агентами в Голливуде и ему прислали несколько сценариев, — делится со мной Алихан, массируя перед сном мои ноги. — Я отказался.

— Но почему? — удивляюсь я. — А ты их читал?

— Я серьёзно хочу попробовать себя в режиссуре, — Малахитовые глаза задумывается. — Вдруг получится? Ради этого я готов вернуться в университет.

Подтягиваю к себе мужа и целую его сначала в нос, а потом в нахмуренный лоб.

— Узнаем, когда попробуешь, не так ли? Но я заранее вручаю тебе «Оскар»!

Алихан гладит моё лицо и заглядывает в глаза.

— Ты вдохновляешь меня на борьбу, моя Снежинка. Ты сокровище моего сердца. Люблю тебя. Люблю, люблю…

Я тону в его ласках, растворяюсь в зелени глаз. Я пропала. И я нашлась.

Эпилог

К тридцати годам я не посмотрела целиком ни одного фильма ужасов. Слишком страшно было. Все эти кровь, кишки, зомби, бензопилы и человеческие многоножки нагоняли на меня страху ещё на афишах, мимо которых я старалась проскочить поскорее.

И кто бы мог сказать, что я не просто начну по миллиметрам разглядывать каждого монстра, я ещё и начну выискивать недостатки в их внешности?!

Попав в школу экстремального грима, я, как студентка покадрово разбирала работу прославленных мастеров, получивших в своё время престижные премии.

Это творчество на стыке живописи, скульптуры и архитектуры. А ещё, кто бы мог подумать, но для создания правдоподобного образа злобного инопланетянина ты должна понимать механику, биологию и анатомию?

Не знаю, что из этого получится, но мне очень, очень понравилось — как и нашей дочери, которая именно в Америке потихоньку начала передавать мне приветы из моего живота.

Иногда, когда я слишком налегала на мексиканскую кухню — а она там, в Техасе, просто умопомрачительная,